Чтение онлайн

Тони попросила одного из мужчин помочь ей стереть рвоту со скафандра и опрыскать его. Пока он работал, она смотрела вокруг, пытаясь восстановить последовательность событий и понять причины случившегося.

В сарае стоял стеклянный ящик с вытяжным вентилятором, напоминавший самодельный лабораторный шкафчик с биозащитой. Внутри Тони увидела мертвого кролика. Лабораторного? Рядом с ним стояла миска для воды с наклейкой — ДЖО. Существенная деталь. Сотрудники лаборатории редко давали имена животным, с которыми работали. Они по-доброму относились к объектам экспериментов,

но не позволяли себе привязываться к животным, которым предстояло погибнуть.

Тони вернулась в дом, вошла в кабинет, села за стол и прочитала электронную почту Майкла. Он заказал книгу «Этика обращения с животными». Она проверила навигатор и обнаружила, что недавно он посещал сайты, посвященные правам животных. Несомненно, его беспокоил нравственный аспект работы. Тони сочувствовала ему, но считала, что опыты над животными — печальная необходимость.

Тони нашла записную книжку Майкла. Не успела она ее открыть, как ее внимание привлекла голубая вспышка на улице. Она выглянула в окно и увидела серый седан с полицейской мигалкой на крыше. Тони ждала полицию. В соответствии со схемой быстрого реагирования, которую она разработала, охранники Кремля позвонили в штаб-квартиру местной полиции в Инверберне и сообщили о чрезвычайном происшествии. Теперь полиция прибыла, чтобы выяснить, каковы реальные размеры катастрофы. Тони надеялась, что приедет суперинтендент Джим Кинкейд, отвечавший за инциденты химического, биологического, радиационного и ядерного характера.

Еще два года назад Тони сама служила в полиции. Она была «золотой девочкой» — ее быстро продвигали по службе, похвалялись ею перед средствами массовой информации и прочили будущность первой в Шотландии женщины — начальника полиции графства. Потом она разошлась во взглядах со своим шефом по поводу расизма в полиции. Слух о конфликте просочился в газету. Тони не стала отказываться от своих убеждений, и ее «ушли» в отставку.

В то время она жила в гражданском браке с детективом Фрэнком Хакеттом. Они были вместе восемь лет, хоть и не оформляли своих отношений официально. Когда Тони впала в немилость, он ее бросил, и ей было больно до сих пор.

Тони вышла из дома и попросила себя продезинфицировать. Затем сняла шлем, чтобы поговорить с суперинтендентом. Однако в «вольво» сидел не Джим, а ее бывший любовник — суперинтендент Фрэнк Хакетт. Сердце у нее упало. Несмотря на то, что Фрэнк сам ее бросил, он всегда вел себя так, будто потерпевшей стороной был он.

Хакетт вышел из машины:

— Что здесь происходит?

— Сотрудник лаборатории, вероятно, подцепил вирус. Мы только что увезли его в специальном герметическом фургоне. Где Джим Кинкейд?

— Отдыхает в Португалии.

Жаль, подумала Тони. Кинкейд разбирается в биобезопасности, а Фрэнк — нет.

Словно прочитав ее мысли, Фрэнк сказал:

— Не волнуйся, у меня есть утвержденные правила.

У него была стопка ксерокопий толщиной сантиметра в три — схема, которую Тони разработала вместе с Кинкейдом.

— Мне не нравится эта схема. Согласно ей, за обработку места преступления

отвечают гражданские лица. И все же как ваш сотрудник подцепил вирус?

— В этом должен разобраться местный отдел здравоохранения, — уклончиво ответила Тони.

— Здесь были какие-нибудь животные, когда ты приехала?

Тони замялась. Для Фрэнка, хорошего детектива, который всегда держал ухо востро, этого было достаточно.

— Значит, животное выбралось из лаборатории и заразило сотрудника, на котором не было скафандра?

Тони не успела ответить, потому что из ее шлема донеслось треньканье.

— Извини, мне звонят, — сказала она, вытащила из шлема наушники и надела.

Звонила доктор Соломонс:

— Майкл умер, Тони.

Тони закрыла глаза:

— Ох, Рут, как мне жаль.

— Я почти уверена, что это Мадоба-2. У вас есть предположения, как это могло произойти?

— Похоже, его волновала жестокость по отношению к животным, — ответила Тони. — Рут, здесь полиция. Поговорим позже.

— Хорошо.

Связь прекратилась, и Тони сняла наушники.

— Значит, он умер, — сказал Фрэнк.

— Его звали Майкл Росс, он, видимо, подхватил вирус, который называется Мадоба-2.

— Что это было за животное?

Повинуясь минутному побуждению, Тони решила поставить Фрэнку небольшую ловушку и ответила:

— Хомяк по кличке Пушок.

— Кто-нибудь еще мог заразиться?

— Майкл жил один. Те, кто приходил к нему до того, как он заболел, были в безопасности, если не вступали с ним в близкий контакт, например пользовались с ним одним шприцем. Те же, кто мог прийти, когда проявились симптомы, наверняка вызвали бы врача. Так что вероятность того, что он никого не заразил, высока.

Фрэнк зашел с другой стороны:

— Слышал, как ты сказала, что его волновала жестокость по отношению к животным. Откуда ты знаешь?

— Просмотрела личные бумаги.

— Это работа полиции.

— Согласна, но ты не можешь войти в дом.

— Я могу надеть скафандр.

— Сначала ты должен пройти курс техники биобезопасности.

— Тогда вынеси его личные бумаги сюда.

— Я могу поручить моему сотруднику послать их тебе по факсу. К тому же мы можем загрузить на ваш компьютер все содержимое его жесткого диска.

— Мне нужны оригиналы! Что вы там утаиваете?

— Ничего, уверяю тебя. Но все в доме должно быть обеззаражено либо дезинфицирующим составом, либо паром под высоким давлением. И то и другое разрушает бумагу и может основательно повредить компьютер.

— Я собираюсь добиться изменения этих правил. Интересно, знает ли начальник полиции, как Кинкейд все устроил, чтобы тебе все сходило с рук.

Тони смертельно надоело считаться с чувствами бывшего оскорбленного любовника.

— Ты, может, и прав, но таковы правила. Не могли бы мы постараться забыть о прошлом и работать одной командой?

— В твоем понимании работать одной командой — плясать под твою дудку.

Она рассмеялась:

— Верно подмечено. Что, по-твоему, мы должны делать дальше?