Чтение онлайн

Она сразу узнала голос — и застыла от ужаса.

— О, уверен, ты найдешь способ отблагодарить его. Ведь так, принцесса?

Если до этого у Элси и была слабая надежда на то, что она обозналась, то теперь все ее сомнения развеялись как дым. Так ее называл только один человек. Собственно, он и дал ей это прозвище. И поначалу в нем не было никакой насмешки. «Моя маленькая принцесса»… Элси очень нравилось, когда он так называл ее. И только много позже она начала понимать, что в этом ласковом прозвище с самого начала был оттенок легкой издевки…

Горло

у Элси от волнения перехватила судорога, но она сумела взять себя в руки и сказать:

— Здравствуй, Берт.

Ее глаза понемногу привыкли к темноте, и она уже различала, что он стоит у входной двери, засунув руки в карманы брюк и слегка наклонив голову. Вся его поза олицетворяла насмешливый вызов.

— Что ты здесь делаешь?

Берт шагнул вперед. Поблизости горел только один фонарь, но и его света оказалось достаточно, чтобы Элси разглядела его улыбку — вернее, жестокую, исполненную презрения усмешку, от которой у нее сразу побежали по коже мурашки.

— Ты ведь все равно не поверишь, если я скажу, что пришел поздравить тебя с днем рождения и пожелать тебе счастья?

— Нет, не поверю.

— А зря. — Теперь Элси уже казалось, что она ошиблась: Берт улыбался едва ли не дружелюбно. — Я действительно желаю тебе счастья… Сколько тебе исполнилось? Двадцать четыре? Пусть следующий год твоей жизни принесет тебе радость и будет лучше прошедшего.

Он произнес это с такой теплотой и искренностью, что Элси чуть ему не поверила. Наверное, я просто очень устала, сказала она себе. Однако расслабляться нельзя. Это было бы непростительной глупостью.

— Да уж. Хуже, чем год прошедший, ничего быть не может, — сказала Элси и тут же пожалела о неосторожных словах: они выдали слишком многое.

Не хватало еще, чтобы Берт догадался о долгих одиноких ночах, когда она лежала без сна, изводя себя мрачными мыслями. Элси не хотела, чтобы он знал, как ей было трудно собраться с силами и жить дальше после того страшного унижения.

— А знаешь, со временем я поняла, что мне надо было бы сказать тебе спасибо, — задумчиво произнесла она. — Только благодаря тебе я не совершила, может быть, самую крупную в жизни ошибку.

Берт нахмурился, и Элси с удовлетворением отметила, что ей все-таки удалось его задеть.

— Но ты, наверное, приехал не для того, чтобы устроить вечер воспоминаний? — продолжила она, пряча довольную улыбку. — Может, ты все же скажешь мне, почему столь неожиданно материализовался?

— Материализовался? — усмехнулся Берт. — Ты говоришь так, словно я инопланетянин какой-то или призрак.

Действительно призрак! Призрак былых времен, болезненное напоминание о тех днях, когда Элси была счастлива… Приутихшая за год боль вдруг пронзила ее с новой силой.

— Скорее, вампир или оборотень!

— Ну, у тебя и фантазии…

— Это не фантазии, Берт!

Элси чувствовала, что голос звучит слишком громко, слишком надрывно, выдавая ее с головой. А ведь она столько раз представляла себе, какой будет спокойной и сдержанной, если им вдруг доведется встретиться снова!

Как она заморозит его ледяным презрением… Чтобы только он не узнал, как ей было мучительно больно.

— Я давно хотела сказать тебе одну вещь. Ты действительно самый настоящий вампир! Вампир, который паразитирует на человеческих чувствах. Который использует тех, кто оказывается рядом, подпитывает себя их страданиями и радостями, выпивает из них все силы, а потом просто выкидывает за ненадобностью, когда от них уже нечего взять!

— Да брось ты, — лениво протянул Берт — похоже, гневная тирада Элси не произвела на него ни малейшего впечатления. — Еще скажи, что я разбил твое сердце! Признайся наконец: тебе ведь был нужен не я, а только мои деньги!

Его голос вдруг сделался жестким и резким. Он подошел к Элси почти вплотную, и ей понадобилось все самообладание, чтобы не отшатнуться в испуге.

Она уже забыла, какой он высокий, какие широкие у него плечи… Сегодня Берт был в джинсах, простой белой футболке и легкой серой ветровке. Эта полуспортивная одежда лишь подчеркивал все достоинства его атлетической фигуры.

Раньше Берт почему-то никогда не одевался так небрежно. На свидания он неизменно приходил в строгих, элегантных костюмах. И она невольно залюбовалась его ладной и сильной фигурой.

О Боже! Элси вдруг поймала себя на том, что смотрит на Берта во все глаза. Неужели он все еще привлекает ее — пусть даже чисто физически?! И это после того, как жестоко он с ней обошелся! Неужели она так беспомощна перед ним, что снова подпала под действие его чар, стоило только ему появиться?!

— Ты разбил мне сердце? Чушь собачья! У нас были не те отношения, Берт, чтобы разбивать друг другу сердца. И ты это прекрасно знаешь. Просто ты хотел меня, я хотела тебя…

— И мои деньги! — грубо оборвал он ее. — Лучше расскажи мне о своем новом любовнике.

— О моем новом любовнике? — Элси не сразу поняла, о ком он говорит. — А-а, ты, наверное, имеешь в виду Майкла?

— А что, есть кто-то еще? Значит, Майкл так прекрасно о тебе заботится? Интересно, что же он делает такого, чего не делал я? Что он дает тебе, чего не мог дать я? Он, очевидно, оказался вторым богатеньким дуралеем, который вошел в пресловутую дверь после того, как из нее вышел я?

— Вот именно, ты уже вышел! Тебе уже нет места в моей жизни! Можно подумать, ты забыл, что сам от меня отказался, и теперь разыгрываешь из себя обиженного жениха. Но если ты хочешь помешать мне устроить свою судьбу…

— У меня даже и в мыслях не было ничего подобного! — осадил ее Берт. — Выходи себе спокойненько замуж хоть за Майкла, хоть за черта лысого — мне наплевать. Только вот что любопытно: он знает, на что идет? Знает, с кем имеет дело? Или он уверен, что ты готова жить с ним и в шалаше?

Элси была уже не в силах выносить его издевательства.

— Если хочешь знать, Майкл — всего-навсего младший клерк в фирме «Рамберт и Питни». Это папины…

— …Адвокаты, — перебил ее Берт, опять не дав ей договорить. — Знаю.