Бум
Шрифт:
отвлёк шум за окном. Казалось, кто-то провёл металлическим предметом по
стеклу. Раздвинув занавески, увидел кота, царапавшего лапкой по створке.
Открыв окно, впустил того в комнату.
Кот спрыгнул на пол, подошёл к тумбочке и выразительно посмотрел на
меня.
– Что хочешь сказать, друг мой? – обратился я к нему.
Кот вспрыгнул на тумбочку и попытался лапой открыть ящик. Пришлось
помочь. На каких-то пожелтевших листах лежал ключ. Неужели от
Попробовал, подошло.
Вместе спустились вниз ко мне в комнату.
– Ну, что, едем в Петербург? – обратился я к коту.
Тот мяуканьем выразил своё согласие. Я и сам уже твёрдо решил ехать в
столицу, чтобы разгадать тайну портрета. Неужели там встречу Женевьеву?
Если нет, то откуда в русской глубинке могло появиться её изображение?
Успокоенный принятым решением, решил собираться. Впрочем, вещей у
меня фактически не было. Только мой старый и верный дневник, которому я
поверял все свои тайны, сомнения и размышления. Шарль куда-то пропал.
Вероятно, ушёл с отступающими войсками Бонапарта. Жаль, не удастся
больше свидеться.
На следующее утро заявился Никодим узнать о принятом мной решении. Я
сказал, что готов отправиться в Петербург.
– Вот и славно, батюшка, - подобрел управляющий, - мы уж и гнедого
запрягать велели и провианту тебе в дорогу приготовили. На, - мне протянули
портмоне, - тут тебе на всё про всё, должно хватить. А это на мелкие расходы,
– в руку упал увесистый кошелёк.
– Можно вопрос? – решился я.
– Валяй, барин, от нас не убудет.
– Разрешите взять с собой кота?
– Да забирай. Кому он здесь нужен. Барыни сей кот. Дюже шкодливый.
Отвезёшь в столицу. Нам спокойней без него будет. Это всё?
– Вроде да. Когда ехать?
– Иди, перекуси, да в путь дороженьку. Прощаться, думаю, не стоит.
На том и расстались. Сразу после завтрака в сопровождении дворового
мальчишки, отправленного со мной в Петербург, выехал за ворота столь
негостеприимной и в тоже время загадочной усадьбы. Как мне пояснил мой
новый слуга по имени Митяй, ехать до столицы предстояло дня три, и это,
как я понял, в лучшем случае.
– По дороге шалят, - пояснил на мой недоумённый взгляд мальчишка, - есть и
хфранцузы какие отстали от своих. Шуруют. Есть и нашенские тати. Эти
могут и зашибить.
Дальше мой попутчик посмотрел на меня и, смущаясь, спросил, нельзя ли
ему взять с собой волчка. Я поинтересовался, что за волчок. Парнишка
пояснил, что по осени с отцом ходил на охоту. Тот волчицу подстрелил.
Погрузили её на подводу, а тут послышался писк. Оказалось, маленький
слепой
Хотели и его прибить, но уж больно мал был зверь. Пожалели, забрали
домой, выкормили. К зиме подрос, привязался к людям. Как домашняя
собака стал.
– Так как, барин, можно я за ним сбегаю?
– Так и быть, беги, - разрешил я, подумав, что в дороге всякое может
случиться и помощник, хоть и зверь, лишним не будет.
Вскоре Митяй вернулся, за ним бежал чёрный с серыми подпалинами щенок,
больше похожий на собаку, нежели на дикого зверя. Так мы и отправились
вчетвером. Я со своим котом и мальчишка с диким зверем. К моему великому
изумлению кот подружился с волком, и они во время привалов старались
держаться вместе. Волчонку в силу своей молодости хотелось играть, и он не
раз пытался вовлечь в свои забавы кота, но тот показал, что ему больше дорог
покой, но друга не обижал.
Прошёл день и на ночь мы расположились на закрытой от ветров лесной
поляне. Волчонок с котом обследовали близлежащую территорию и,
вернувшись, легли у костра. Накормив животных, поели сами и
приготовились ко сну. Первым лёг Митяй, я остался дежурить. Ближе к утру
разбудил мальчишку, подкинув дров в костёр, устроился на отдых. Сон
пришёл сразу, сказалась усталость прошедшего дня. Не знаю, как долго я
спал, но разбудил меня лай волка. Открыв глаза, не успел увернуться от удара
вилами. Вскочив на ноги, огляделся. К нашей стоянке подходили люди,
человек пять мужчин.
– Ну, что, барин, - поделиться бы надо, - начал один из них, - вишь, конь у тебя
справный, харч, как погляжу, тож имеитси. Не жирно ли одному будет?
Я поискал глазами Митяя. Тот сидел неподалёку, вытирая разбитый в кровь
нос. Я попытался выхватить шпагу, но не успел. Сильный удар по голове
свалил меня с ног. Очнулся уже привязанным к дереву. Рядом сидел и мой
спутник. Волчонка с котом нигде не было. Разбойники расположились вокруг
костра и что-то готовили из наших припасов. Голова болела страшно,
хотелось пить, но я не мог даже пошевелить рукой. До меня донёсся разговор
двух мужчин, сидевших ближе всего. Говорили они, как я понял, о нашей
дальнейшей судьбе. Главарь предложил оставить нас в лесу. Свидетели им
были не нужны, а так волкам корм будет, и душегубства не произойдёт.
Другие же предлагали прирезать, так на всякий случай. Ещё я понял, что тати
решили переночевать у костра и лишь на следующий день отправиться в