Чтение онлайн

— Ну и что, что доминирует? А если он не препятствует? Попробуй заставить меня сжать кулак, а я попытаюсь тебе не мешать.

Некоторое время тело Оли выполняло короткие беспорядочные движения и даже немного кряхтело, но борьба за власть над конечностями происходила на рефлекторном уровне. Наконец девушке удалось достаточно «потесниться» в своей собственной голове, и Семён заставил её сжать пальцы сначала одной руки, а потом другой.

— Забавно, такая вязкая отстранённость! — вслух произнесла девушка, восстановив контроль над собственным речевым центром.

— Зато

мне пришлось бороться изо всех сил, — перевёл дух парень уже от себя — он поскорее вернулся в свою родную голову.

— Давай ещё попробуем. Постараюсь сдаться быстрее, — приободрила его подруга.

Вторая попытка далась заметно легче. А потом была и третья, и ещё, и ещё.

— Забавно, — как маленькая радовалась Оля. Словно новой незнакомой игре. — А попробуй моей рукой что-нибудь инопланетянское сделать. Например, подмани карандаш.

Сёма произвёл несколько попыток. Только с четвёртой лежащий на столе карандаш неохотно шевельнулся в сторону тянущихся к нему пальцев. Но тут брякнул будильник, напоминая, что вот-вот с работы вернётся мама — кавалеру пришлось в пожарном темпе облачаться в одежду и убегать.

«Любопытно, — подумала девушка после того как прозвучал хлопок закрывшейся двери. Она протянула руку в сторону спинки стула — висевший на ней лифчик послушно прыгнул к ней и повис на плече. — Очень любопытно»

Шустро приведя в порядок растерзанную постель, и прибравшись вокруг, девушка, слушая, как вернувшаяся домой мама загремела кастрюлями на кухне, попробовала пробраться в сознание Сёмы. Не сразу это у неё вышло, но потом она увидела перед глазами городскую улицу и испытала радостное чувство — её парень мечтал о ней. Вот ненасытный!

Хм! Возвратившись в своё сознание, поняла, что оставшееся без контроля тело начало оседать на пол и чуть не грохнулось. Зато карандаш, так неохотно отзывавшийся на команды друга, легко запрыгнул к ней в руку. Вот это прогресс в отношениях!

Обслуживая клиентов своей чебуречной, Оленька грезила будущим. Прежде всего, её занимал вопрос о том, где они с Сёмой будут жить, когда поженятся. На покупку квартиры деньжат у них маловато. То есть, хоть она и зарабатывает вполне прилично по меркам их городка, да и Сёма всегда при деньгах, но на крупную покупку у них вряд ли хватит.

Родители, конечно, помогут, но не слишком сильно — старые накопления съела инфляция, а новых просто не образовывается, потому что деньги продолжают достаточно быстро обесцениваться. Да, жизнь потеряла былую устойчивость и стала похожа на бег по замкнутому кругу, когда заработанное нужно поскорее истратить для того, чтобы снова торопиться заработать. Таков, видимо, основной закон капитализма, когда он развивается.

А по телику вспоминают об обеспеченных драгметаллами червонцах времён НЭПа, которые играли роль твёрдых денег. Вообще-то в таких вопросах хорошо сечёт Арсюха Золотарёв. Надо бы с ним это дело перетереть. А, может, он в долг даст? Ведь большими суммами ворочает!

И ещё через год Сёму заберут в армию. Осенью следующего, девяносто шестого. Она к этому моменту никак не успеет родить второго ребёнка,

так что никакой отсрочки для мужа не будет. Он ведь собрался после школы поступать в вечерний филиал института, что работает у них в городе, а вечерников тоже от армии не освобождают. Тревожно как-то. Опять же столько шума стоит про дедовщину… хотя… Сёма себя в обиду не даст. Да он, если осерчает, весь полк по кирпичику разнесёт. Или по винтику, если попадёт в танкисты.

Забывшись от захлестнувших её чувств, Ольга непроизвольно разрушила электрочайник — тот с негромким хлопком просто развалился. Вода попала в отверстия подводящего разъёма — оттуда заискрило и пошёл дымок. Выбило электричество.

Пришлось срочно возвращаться в реальность, вытирать лужу, вытаскивать из розетки вилку и бежать к щитку включать автомат.

Посетители чебуречной, а тут всегда сидело несколько желающих перекусить, весело прокомментировали происшествие — клиентская общность уже давно сложилась из числа базарных торговцев, желавших, чтобы было быстро и сытно. Впрочем, заглядывали сюда и случайные прохожие, и водители, прихватывающие еду в дорогу. Заведение, хотя хмельного тут и не продавали, давало, пусть и скромный, но устойчивый доход.

Обмениваясь с посетителями шуточками по поводу своей неловкости, Оленька невольно обратила внимание на незнакомца лет пятидесяти, вдумчиво жевавшего и неторопливо прихлёбывавшего чай.

Мужчина очень уж внимательно глядел в окно и никуда не спешил. Стало любопытно, что он там высматривает?

Протёрла стол, из-за которого только что ушли посетители и, отвернувшись к раковине, чтобы прополоскать тряпку (разлили сок), любопытно проникла к тому в сознание. Человек из числа прохожих выбирал молодых людей примерно её возраста и, провожая их взглядом, думал: «Как же узнать, он это, или не он? Или она?» — девушки его тоже интересовали.

Стало ужасно интересно — на память пришло беспокойство по поводу незнакомца, которого видели на лесной дороге. И о том, что ребят-пришельцев могут забрать на родную планету. Ведь понятно, что незнакомец выискивает кого-то её возраста. То есть, запросто это могут быть Сёма, Натка и оба Золотарёвы.

Что же делать? Как узнать наверняка? А вдруг это плохой человек, посланный кем-то мерзким? Может, они готовят нашествие на Землю? И собираются призвать её друзей в свои ряды?

Охватившая девушку паника сковала её действия — некоторое время она так тормозила, что вторая официантка наградила свою нанимательницу укоризненным взглядом.

Но мозги, наконец-то прочистились — Оля всегда была очень собранной девочкой. Вот теперь она, сообразила, как действовать — потянулась к сознанию отца. Тот был на работе — сидел в кабинете и знакомился с документами. Удачно. Удачно, что один.

— Пап! — позвала она мысленно. — Это я, Оля. Ты меня слышишь? Если да, то кивни или подумай, что слышишь.

Упавшее кресло, вздрогнувший стол, боль в ноге, которой отец здорово саданулся. И, наконец, панический вопль прямо в черепе:

— Ты же нам родная дочь! Или инфекцию подцепила? Половым путём? — отец всегда очень быстро соображал.