Чтение онлайн

— А давай! Надо регистрироваться?

— Ща посмотрим.

Мы полезли на панель с регистрациями, нашли там лекцию и, о, чудо, зарегистрировались на два последних места. Оставалось только успеть.

Кампус был маленьким и компактным только на плане. В реальности сейчас от пруда до библиотеки с лекцией, нам надо было уже бегом бежать, чтобы не приходить совсем уж минута в минуту. Потому что еще предстояло найти сам зал, я в нем ни разу не был.

Два раза поскользнувшись на опавших листьях, каждый по разу, мы доскакали вовремя,

и зал нашли быстро: специально для первокурсников организаторы расставили стрелочки. В зале было уже битком, Хмарь присмотрела себе место на втором ряду, а я в лучших традициях отправился наверх. Из наших неугомонных тут был Швед, Оба и Питон, — и все разбросаны по залу. А из преподов вся обойма органики, причем на первом ряду. Уважаю. Сами порекомендовали, сами пришли.

Лекция оказалась ничуть не легче, чем книга, разве что энтузиазм лектора взбадривал неиллюзорно. По его словам выходило, что мы вот-вот расшифруем список сигналов, которые клетки подают друг другу, а с этой точки уже можно будет ими управлять, одновременно позволяя им импровизировать. Оркестр из клеток играет джаз, ага. Долго нас этой идеей мучить не стали, лектор поговорил минут сорок, что было гораздо меньше обычного, а потом принялся отвечать на вопросы. Я же погрузился в собственные мысли, и из задумчивости меня выбил только вопрос незнакомого студента про память клеток и восстановление статус-кво.

А это же мысль! Вот из такой штуки мы можем попробовать сделать пластырь для нашей проблемы: изобразить заплатку с памятью, которая будет восстанавливать тот статус системы, который она держит у себя в голове, путем напоминания тем частям, которые забыли, как они должны выглядеть. Это никакая не импровизация и никоим образом не путь к успеху, но как временное решение пойдет. Мало ли, сколько времени мы будем искать постоянное.

Я еле досидел до конца мероприятия, и как только народ начал подниматься с мест, рванул в инкубатор — пробовать. Вот натурально пластырь и сделаю. Надо только готовый модуль памяти найти, надеюсь, его еще не одолела новая ржа.

Не сказать, что у меня всё получилось, но общие контуры условного пластыря я наметил, и даже на ужин не опоздал. Но из наших все равно пришел последним, они уже пили чай, когда я уселся за общий стол со своим подносом.

— Что у нас плохого? — поинтересовался я. — Как наше будущее жилье?

— Утренний улов принес нам хостел на берегу Нерли, — сообщил мне Дима. — Я пока сомневаюсь, потому что за него надо не только платить, но еще надо собак хозяйских кормить.

— В принципе можно, — проговорил я, разламывая котлету. — Почему бы не покормить.

— Есть нюанс, — усмехнулся Баклан. — Собак надо кормить за свой счет. Список еды и объем прилагается.

Дима вытащил планшет и сунул мне под нос. Я аж поперхнулся. По-моему, это было чертовски много мяса.

— Там питомник что ли?

— Ага. Беговой.

— А покататься дадут?

— За отдельные деньги.

— Неважная сделка…

— Вот нам тоже так кажется, но для чистоты эксперимента мы хотели с тобой обсудить.

—

Так. Я против. Я не против собак, они всегда были у бабушки, но не в таком же количестве. Я, может, чего-то не понимаю, но, судя по цифрам, их там штук сорок.

— Так и есть! Риц, ты мастер расчета! Там сорок собак. И все голодные.

— А неплохо придумано, это, небось, какой-нибудь экологический питомник, где люди сливаются с природой?

— Типа того.

— Я думаю, нам надо что-то поближе к городу. И без зверей. Мясо мы сами съедим.

— Поищем, — улыбнулся Дима. — У меня, если что, нарисовался план Б, и он нам ничего не будет стоить в деньгах. Есть дружественная контора, она пустит нас жить в свой офис, надо будет только спальники купить. Там и кухня есть, и душ, а на весь январь они все равно закрываются.

— Идеально! Я уже согласен, — заявил я. — Чувствую, мы лучше не найдем. А что надо за это делать?

Дима вздохнул.

— Пока неясно. Возможно отвечать на голосовые вызовы и изображать команду в сборе.

— Ну это терпимо… Главное, чтоб не круглосуточно.

— А вот тут ничего неизвестно пока.

Макс только головой покачал.

— Парни, я вам сочувствую. Я бы к себе позвал, но у нас реально нет места. Если только на улице.

— Ты можешь позвать к себе Центуриона, у него есть меховая палатка.

— Не, Центуриона не надо. Хотя он как-то притих, но уверен, он полон идей…

— Надеюсь, они проявятся не раньше воскресенья. Потому что в субботу мы Обу ведем на скалодром по случаю его дня рождения.

— Я тоже надеюсь. Тем более, что Центурион сам озаботился этим днем рождения, мы там только группа поддержки, — вспомнил я. — Хотя с Центуриона станется. Но, думаю, субботу мы проскочим. А вот дальше — вопросики. Я видел его среди организаторов Дня Мандрагоры.

— Чего? Это что еще такое?

— Это, по ходу, целое дело. Мне в инкубаторе рассказали. И настоятельно рекомендовали хотя бы заглянуть, потому что универ этим ивентом реально гордится.

—???

— Подожди-подожди, и он даже не попытался затащить нас в этот движ? — удивился Баклан после того, как я в красках расписал предстоящий День Мандрагоры. Вернее, воображаемый, потому что с чужих слов.

— Неа. Ему кто-то умный объяснил, что если кого-то куда-то на аркане тащить, он туда не пойдет. В идеале еще надо было максимально скрыть от нас это мероприятие, чтобы мы туда начали рваться сами. Я вот точно такой: если меня куда-нибудь не пускают, я начинаю туда немедленно хотеть.

— Хм. И что, будем рваться?

— Ну не знаю. Смысла особого я не увидел, хотя в целом звучит прикольно. Выступать ни с какими театральными номерами я точно не буду, оставлю это Больешу. Он вроде бы участвует. И презентовать наработки тоже никакие не буду. Во-первых, у меня ничего не готово, во-вторых, без разрешения инкубатора я все равно ничего не могу.

— А как же те элементные штуки, которые вы уже переделали? Ты говорил же… Или это секрет, я ничего не путаю? — уточнил Макс.