Босс навсегда
Шрифт:
– Не за что. Как тебе было не помочь-то? Ты ж меня со всех сторон давить начал, – посмеивается губернатор. – Завтра шуму будет на всю Рассею-матушку.
– Вам же плюс, Сергей Михайлович. Это же вы преступления вскрыли и пресекли.
– Посмотрим, кому плюс, а кому минус. Страхова я давно хотел выпнуть, но он хитрожопый больно. Был, – губернатор смеётся. – Но Сурганов твой похлеще моего зама. Ты знаешь, что его выпустили под подписку?
– С чего это?
– Это уж ты сам выясняй, но только да, выскользнула пташка. И уже
– А я нужен?
– Можешь пригодиться. Я тебе, ты мне. Это же дружба, да?
– Не вопрос. Со мной полетите?
– Могу и с тобой, заодно поговорим по душам. Давай тогда часиков в семь вылетим, лады?
– Да, договорились.
Закончив разговор, Рыков смотрит на меня, о чём-то размышляя.
– Даш, ты тоже завтра полетишь, – говорит он. – Познакомлю тебя там с людьми разными. Пора уже. Давай-ка пока быстренько глянем, что там у нас с панелями. Покажи, что у тебя выходит по расчётам. Ты не доделала ещё?
Да когда тут доделывать было со всей этой чехардой…
– Не до конца…
Договорить я не успеваю, потому что в приёмной раздаются громкие голоса и дверь резко распахивается. В кабинет входят два человека в костюмах. У одного из них чемоданчик. Выглядят оба очень уверенно. Вслед за ними забегает Кристина.
Они подходят к столу.
– Рыков Роман Григорьевич? – спрашивает один из них.
– Слушаю вас, – отвечает Роман.
Они достают удостоверения в красных корочках и показывают ему.
– Подполковник Данилкин, отдел борьбы с экономическими преступлениями, – говорит один из пришедших. – Пройдёмте с нами, пожалуйста
5. Бремя должности
– Бумагу, – спокойно говорит Рыков.
– Что?
– Постановление или что там у тебя?
– Нет, постановления нет.
– Ну а чего тогда пришёл?
– Генерал Первухин вас настоятельно приглашает на разговор.
– Данилкин, ты что дурачок? На разговор? Меня? Таким способом меня на разговор только верховный главнокомандующий может пригласить. Если бумаги нет, у секретаря запишись на приём и приходи в порядке очереди.
Данилкин выглядит практически спокойно. Подготовка у него неплохая.
– Роман Григорьевич, – говорит он, пытаясь сохранять лицо, – очень не советую вам пренебрегать этим приглашением, и тем более разговаривать со мной в таком тоне. Мы ведь можем и задержание произвести.
– А я, подполковник, могу произвести разжалование. Так что решай сам, что тебе приятнее, задержание или последующее разжалование и шпицрутены в придачу. Ну как, хороша идея? Иди, горемыка, и больше мне на глаза не попадайся и тень свою молчаливую с чемоданчиком не забудь. Что там у вас, ядерная кнопка что ли?
– Роман Григорьевич, в этом чемоданчике
– Так вы не с пустыми руками, значит? Ну давайте, показывайте свои козыри.
– Пусть посторонние выйдут.
Рыков кивает Кристине и та исчезает. Я смотрю на него вопросительно, и он неопределённо пожимает плечами. Я воспринимаю это как то, что моё присутствие необязательно, поэтому тоже выхожу за дверь.
Кристина старательно делает вид, что всё в порядке и ничего не происходит.
– Кристина, – говорю я, – времени уже довольно много. В принципе ты можешь идти.
– Да ничего страшного, Дарья Андреевна, я могу и задержаться.
Может она задержаться. Вон, от любопытства глаза как у совы стали. Нечего тебе здесь делать, любительница сплетни собирать.
– Необходимости нет, я тебя отпускаю. Иди домой.
В отличие от Рыкова, я совсем не так спокойна. Наоборот, внутри меня бушуют ураганы. Я усаживаюсь за стол Кристины, пытаюсь посмотреть документы, но не могу сосредоточиться. Мысли перескакивают на то, что сейчас происходит за дверьми кабинета.
Поняв что поработать не получится, я поднимаюсь и принимаюсь расхаживать по приёмной. Да что же это такое, будет нам покой или нет! Ведь если посмотреть, ни одного дня с момента появления Рыкова не прошло спокойно.
Может быть, это вселенная даёт мне знак что нужно держаться подальше от человека вокруг которого одни проблемы? А может быть, в действительности это я невезучая? Может, именно я и есть Пьер Ришар в нашей парочке и это я привлекаю к нему все эти беды?
Пока я мечусь по приёмной как лиса по клетке, разговор в кабинете заканчивается. Дверь открывается и появляются офицеры ОБЭП. Данилкин бросает на меня короткий взгляд и кивает:
– Всего доброго, Дарья Андреевна.
– До свидания, – говорю я немного обескураженно. Всё-то они знают…
– Это что, Сурганов ответочку устроил? – спрашиваю я, входя в кабинет.
Рыков выглядит совершенно спокойным, может, только взгляд немного тревожный.
– Ерунда, – отвечает он. – Знаешь, сколько я таких ситуаций повидал? Завтра в Москве всё уладим. Я ожидал чего-то подобного, и нет это не Сурганов, хотя к нему это отношение, конечно же, имеет.
– Значит, знаешь, откуда ветер дует?
– Догадываюсь.
Я вижу, что он не особо желает распространяться на эту тему и сворачиваю вопросы.
– Во сколько завтра нужно быть готовой?
– В шесть часов будь в аэропорту. Сегодня надо собраться. Ты должна как следует выспаться после всей этой нервотрёпки, поэтому бери машину езжай домой, отдохни хорошенько. Подготовь всё, ляг пораньше спать. Сегодня ты ночуешь дома, а я у себя. Мне ещё нужно будет сделать кучу звонков и поработать с бумагами. Но в Москве уже никаких гостиниц будешь жить у меня.