Борт № 1
Шрифт:
А вот участие руководителя Германии как раз не исключается. На фрау канцлерин могут в последний момент надавить заокеанские партнеры. И убедить ее, что она должна-таки поучаствовать в этом рискованном мероприятии. Хотя бы для того, чтобы во время этого короткого неформального саммита она имела возможность заявить иную, отличную от российской точку зрения на события в многострадальном Ашуре.
В-четвертых, свой интерес в этих событиях имеет и турецкая сторона. Возможно, Турции обещано долевое участие в строительстве объектов ГТС и нефтепроводов (если таковые будут когда-нибудь строиться). А может быть,
И наконец, в-пятых, в основе решения, которое должна будет уже вскоре принять германская сторона, в том плане, участвовать или не участвовать в предложенном российским лидером саммите в Ашуре, может лежать комбинация мотивов и побуждений, перечисленных в первых четырех пунктах.
…Двое мужчин в камуфляже и масках лишь ненадолго остановились у микроавтобуса, стоящего на обочине ведущего на авиабазу эль-Меззе шоссе. В надвигающихся сумерках они направились по разминированному накануне «предполью» в сторону брошенных их прежними жителями строений, расположенных уже с правой стороны шоссе. Вскоре их силуэты исчезли из виду. Микроавтобус тоже уехал – в сторону центральных кварталов.
Со стороны Млиха и Гуты, восточных пригородов, периодически слышатся звуки стрельбы. Огонь ведется преимущественно из автоматического оружия. Джихадисты и не думают соблюдать условий перемирия, объявленного обеими сторонами в канун проведения Амманской конференции. Артиллерия лоялистов преимущественно безмолвствует, но при попытках моджахедов атаковать их блокпосты в пригородах Дамаска армейские подразделения отвечают огнем.
Именно там, в восточных кварталах, сейчас находится большая часть концентрирующихся в Дамаске для удара по аэродрому моджахедов. И именно на это место указывает светящийся маркер – некто, у кого оказалась отнятая у канадского журналиста трубка спутниковой связи «Иридиум» с вживленным «маяком» находится в Дамаске, в двадцати километрах от того места, где «бастионовцы» решили устроить снайперскую засаду.
Глава 30
Дамаск
Ночь на понедельник
Лидер «Армии джихада» собрал командиров полевых отрядов в одном из уцелевших помещений сильно пострадавшей в ходе недавних боев мечети Эль-Утэйба.
В Гуте, в ближайших поселках и пригородах Дамаска сейчас находится не менее пяти тысяч моджахедов. Большинство их них пришли сюда с боем, прорываясь малыми и средними по численности группами через заслоны асадитов. Около тысячи воинов джихада привел с собой сам Мухаммед аль-Джабар. Часть техники и транспорта при прорыве из Ярмуда в сторону Дамаска пришлось бросить. В этих боях погибло немалое число правоверных. Даже из числа приближенных к эмиру людей мало кто понимал смысл этого маневра. Ведь они хорошо укрепились в Ярмуде. У них имелись отлаженные каналы поставок: они получали через Иорданию и Ливан боеприпасы, технику, горючее и продовольствие… Зачем же было покидать этот укрепрайон и самим подставляться под артиллерию и танки лоялистов?
Но
Исключение составляют лишь двое командиров: сын эмира Карим и его племянник Малик. Этим двоим – самым близким и доверенным людям – Мухаммед рассказал об операции «Аэродром» в тот самый вечер, когда они вырвались из Маалулы. И раскрыл все планы.
Едва только эмир начал это совещание, как получил знак от помощника, что его срочно вызывают на связь.
– Карим, сообщи пока маршруты и время выдвижения, – велел он сыну. – А я, когда вернусь, скажу остальное.
Мухаммед аль-Джабар перешел в другое помещение. Взяв у помощника спутниковый телефон, ответил на вызов.
На линии был посредник, представляющий одного из главных спонсоров джихада. То, что эмир от него услышал, ему сильно не понравилось.
– Группа «операторов» к нам не присоединится? – переспросил он. – Я правильно понял?
– Да, все правильно.
– Мистер Лайон знает об этом?
– Конечно. Я только что с ним разговаривал. И именно мистер Лайон попросил меня сообщить вам эту новость.
– Почему? Ведь была твердая договоренность.
– Причины пока не сообщают.
– Еще что?
– Самое важное.
– Слушаю.
– Мистер Лайон просил передать, что «все прочее» остается в силе.
– Ну что ж, понятно. Передайте, что договор остается в силе. И что свои обязательства мы выполним.
– С местом определились, не так ли?
– Да, мне оно теперь точно известно.
– Мероприятие по их замыслу должно начаться после десяти утра. И продлится, как они рассчитывают, примерно до полудня.
– Это совпадает с имеющимися у меня сведениями.
– Итак, план остается прежним.
– Я понял.
– Но обходиться теперь вам придется собственными силами…
Они проговорили еще несколько минут, после чего эмир вернулся в помещение, где собрались его командиры.
– На все воля Всевышнего, – сказал эмир, пригладив бороду. – Уже через несколько часов начинаем атаку на военный аэродром.
В помещении, стены которого узорчато расписаны изречениями из Корана, наступила полная тишина.
– Будем действовать согласно плану, разработанному нашим штабом. Выдвижение передовых отрядов начнется уже… – Эмир взглянул на наручные часы. – Уже менее чем через два часа.
Лидер «Армии джихада» посмотрел сначала на сына, затем на сидящего по другую сторону племянника.
– Карим, продолжай ставить задачу каждому из отрядов… А ты, Малик, отправляйся в расположение своего отряда – займись подготовкой к предстоящей операции.
Спутниковый телефон у оператора Жана отобрал один из бойцов Малика. Это произошло еще в горах Каламуна, когда группа моджахедов, следующая с заданием в Маалулу, настигла неподалеку от монастыря кучку людей, ищущих укрытия в ущелье. Этот боец спрятал ценную вещь – и зарядное устройство – в свой походный рюкзак.
Он доложил Малику о трофее, но тот или пропустил сообщение мимо ушей, или забыл; а может, ему попросту было не до этого.
Глава 31