Чтение онлайн

– И что теперь делать?

– А ничего, что ты можешь сделать? Да и надо ли? Я могу дать лекарство, которое не навредит Элен, но вряд ли она станет его пить. Вот если ты сможешь ей его подбросить, тогда есть смысл рискнуть.

– Как подбросить?

– Перед сном, в стакан. Всего три дня. Оно успеет раствориться к утру и не навредит.

– Я попробую, – неуверенно ответил Дар, но на душе было неприятно.

– Вот. Растворяется почти мгновенно, нет вкуса, запаха. Действует быстро, поэтому и выпить его она должна перед сном. Тогда не заподозрит. Мне пора идти. Позаботься о ней, прошу, –

с невероятной болью в глазах попросил давний друг госпожи.

Вечером, встретившись с Даром за ужином и немного поболтав, – чего давно не бывало – Рика заперлась в ванной, а Дарниэль колдовал над чаем, растворяя таблетку в горячем напитке. Рика выпила его, не обратив внимания на юношу, старательно отводящего взгляд. Дойти до кровати она не успела, начав засыпать ещё на диване с расчёской в руках. Дождавшись спокойного дыхания спящей, Дар перенёс её на кровать и, укрыв одеялом, закрыл дверь. Странно, но, делая вроде бы полезные вещи, чувствовал он себя преотвратно. «Подлость», – вспомнил он объяснения Рики этого состояния.

Следующий день прошёл спокойно, и вновь после ужина Элен занялась своими делами: разбирала вещи, гуляла по балкону и смотрела кино на экране. Всё повторилось: маленькая прозрачная капсула растворилась в молоке, и девушка упала на кровать, заснув ещё в полёте. Поправив её тело, Дар пошёл к себе.

Вечером третьего дня, после купания в душе, Рика подошла к Дару, сидевшему за барной стойкой, и протянула стакан.

– Брось туда лекарство.

– Какое? – холодея, спросил Дар.

– Не знаю, как оно называется, но уже два дня ты из себя шпиона строишь. Не мучайся, давай его.

– Как ты узнала? – краснея от стыда и опуская взгляд, поинтересовался он.

– Догадалась. Слишком легко всё прошло. Не иначе Ренат расстарался. Это ведь ваш совместный заговор?

– Да. Не ругай его, это я ему всё рассказал.

– Я не собиралась вас ругать. Наоборот. Спасибо, что помог. Ведь тебе пришлось несладко. Не давали покоя душевные терзания, так?

– Я чувствовал себя подлецом, – прошептал он.

– Сильное чувство. Как ощущения?

– Плохо, – начиная заводиться, ответил Дар.

– И почему с тобой всегда так? – рассуждала Рика. – У тебя не бывает чистых эмоций, ты всегда в борьбе. Главным образом с собой. Всё, что ни происходит, то к лучшему. Прими это как аксиому.

– Я так не думаю.

– Не сомневаюсь, противоречивый ты наш.

– Чей – «ваш»? – заносчиво поддел он.

– Наш – это всех нас: твоих друзей, знакомых, подданных.

– А у меня есть друзья? – искренне изумился Дар.

– Ну конечно! А ты думал, твои выходки смогут терпеть посторонние люди? Только те, кому ты не безразличен, вынесут столь скверный характер.

– Не верю, – по обыкновению возразил Дар.

– Проверь, – пожимая плечами, ответила Ри.

– Как?

– Друзья не бросят ни в горе, ни в радости. Скажи, что огорчён и нуждаешься в утешении.

– И чем я огорчён?

– Неумолимостью времени.

– Это как?

– Прошедший день рождения тебя сильно огорчил, – наслаждаясь непониманием и некоторой доверчивостью, подсказывала Рика. – Пусть придут и утешат.

На выходные они, по обыкновению, приехали в Этнос. Ужин был почти готов, когда в столовую влетели два официанта

и принялись наперебой говорить что-то Сен Харуки. Он слушал, кивал и отвечал юношам.

– О чём речь? – спросила Рика у Дарниэля, кивнув на беседующих.

– Что-то о том, что они боятся не успеть научиться готовить, что не успеют поступить в школу поваров и потеряют будущее, – усмехнулся в конце он.

– Чему ты ухмыляешься?

– Да так, странно смотреть на их суету. Я не понимаю их.

– Почему?

– Наверное, потому, что мне нечего терять.

Фраза неожиданно сильно резанула по ушам. Не успокоившиеся до конца нервы взвились на раз, и следующее действо стало неотвратимо.

Бросив быстрый взгляд на Дара и метнувшись в его сторону, Рика толкнула юношу к стене, уперев ладонь в горло и вонзившись в него когтями, давя на трахею и лишая воздуха. Дар изумлённо поднял брови и хотел что-то сказать, но вырывался только сип, а стальную хватку маэлт не мог оторвать от своего горла даже обеими руками и лишь слабо брыкался. Рика ядовито зашептала, сверля ледяным взором жертву:

– Нечего, говоришь? Тогда зачем вырываешься? Ты считаешь, что у тебя ничего нет? Давай-ка проверим эту мысль. Как насчёт материального? Ты здоров, но это легко исправить. Красив, но и это можно потерять. – Она поднесла к его лицу нож, и Дар на мгновение замер. – Ты молод, как насчёт потери будущего? Или, может, ты не имеешь крыши над головой, или тебя мучает голод? А раз терять тебе нечего, значит, Повелитель Стихий может начать поиски нового хозяина? Ну а духовные ценности? Что ты не боишься потерять? Друзей? Любимое дело? Или, может, возможность совершенствоваться и учиться чему-то? – отложив нож, Элен начала медленно опускать свободную руку вдоль тела юноши к низу живота, оставляя следы от ногтей. Остановившись над ремнём брюк, Рика выдохнула: – А может, посягнуть на твою честь? А–а-а, тебе всё же не нужна жизнь, так, может, мне забрать её у тебя?

Дар задыхался. Из глаз брызнули слёзы, лицо стало синеть. Сен Харуки заламывал руки и не знал, как оторвать от маэлта взбесившуюся госпожу, причём сделать это так, чтобы тот остался жив и по возможности цел. Рика презрительно отдёрнула руку, и раб мешком упал на пол и принялся кашлять. Она подошла ближе и схватила его за волосы, запрокидывая лицо и продолжая воспитывать:

– Лишь то, что мы добываем, приложив усилия, а не получаем просто так, ценится нами. Жизнь богата сюрпризами и далеко не всегда прекрасными. Тебя не устраивает то, что ты имеешь? Так борись! Добейся большего, а не жди милостей от судьбы. Подумай, маэлт, действительно ли тебе нечего терять?

Госпожа скривила презрительную гримасу и оттолкнула голову юноши. Затем развернулась и королевой вышла из кухни. Послышались шорох одежды и шум гальки под её ногами. В следующее мгновение едва различимый топот по черепице известил о том, что девушка скрылась в лабиринте крыш. Сен Харуки вздохнул с облегчением и шагнул к маэлту. Тот сидел, не подымая взгляда от пола, а от попытки помочь себе отмахнулся и зарычал. Смазанным движением Дар врезал обеими руками, сжатыми в кулаки, в стену, к которой его пригвоздила хрупкая девушка. Потом он вскочил и раненым зверем вылетел из кухни, скрываясь в апартаментах. На плите осталась пригорать рыба.