Чтение онлайн

Он свернул на голос и очутился в «Зеркальном лабиринте». Аллея разбилась на тысячи искривленных дорожек. Ударяясь о стены, он продвигался по узкому коридору, тяжело дыша, словно загнанный пес. А потом Джордж возник перед ним (и позади него, и по бокам), чтобы сказать:

— Скажи им, пусть они бросят их с самолета, Блейз. С самолета. Заставь бросить их с самолета.

— Я не могу выбраться отсюда, — простонал Блейз. — Джордж, помоги мне выбраться отсюда.

— Это я и пытаюсь сделать, ослиная жопа! Заставь бросить их с самолета!

Они

находились у лабиринта, всматривались в него, но из-за зеркал создавалось полное ощущение, что они вокруг него.

— Схватите похитителя младенцев! — визжала жена Джерарда. Зубы ее стали огромными.

— Помоги мне, Джордж. Вот тут Джордж улыбнулся. И Блейз увидел, что его зубы тоже стали длинными, слишком длинными.

— Я тебе помогу. Дай мне ребенка.

Но Блейз не отдал. Блейз попятился. Миллион Джорджей надвинулись, протягивая руки, чтобы отнять младенца. Блейз повернулся и бросился в другой сверкающий коридор. Его кидало от стены к стене, как шарик для пинбола, а он старался уберечь Джо от ударов. В таком месте малышу делать было нечего.

Глава 15

Проснувшись с первым светом зари, Блейз поначалу не понял, где находится. Потом сообразил что к чему и рухнул на бок, тяжело дыша. Вся постель промокла от пота. Господи, какой же жуткий сок.

Он поднялся, прошел на кухню, чтобы проверить младенца. Джо крепко спал, выпятив губки, словно обдумывал что-то очень серьезное. Блейз смотрел на него, на то, как медленно поднимается и опускается его грудь. Губки Джо шевельнулись, и у Блейза мелькнула мысль, что младенцу приснилась бутылочка или мамкина сися.

Он сварил кофе, сел за стол в теплом нижнем белье. Газета, купленная вчера, лежала среди обрезков, накопившихся от составления письма родителям младенца. Блейз вновь прочитал заметку о похищении и опять его взгляд упал на строку в рамочке: «Обращение отца к похитителям», стр. 6». Блейз открыл шестую страницу, где и нашел «Обращение», набранное большими буквами и занимающее полстраницы. Он прочитал:

ТЕМ ЛЮДЯМ, У КОТОРЫХ НАХОДИТСЯ НАШ РЕБЕНОК!

МЫ ВЫПОЛНИМ ЛЮБЫЕ ТРЕБОВАНИЯ ПРИ ОДНОМ УСЛОВИИ: ВЫ ДОЛЖНЫ ПРЕДСТАВИТЬ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА, ЧТО ДЖО ЕЩЕ ЖИВ. У НАС ЕСТЬ ГАРАНТИИ ФЕДЕРАЛЬНОГО БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ (ФБР), ЧТО ОНО НЕ БУДЕТ ВМЕШИВАТЬСЯ ПРИ ПОЛУЧЕНИИ ВАМИ ВЫКУПА. НО МЫ ДОЛЖНЫ ПОЛУЧИТЬ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА, ЧТО ДЖО ЖИВ!

ОН ЕСТ ТРИ РАЗА ВДЕНЬ, КОНСЕРВИРОВАННЫЕ ОБЕДЫ ДЛЯ МЛАДЕНЦЕВ И ОВОЩИ, ПОСЛЕ ЧЕГО ВЫПИВАЕТ 1/2 БУТЫЛОЧКИ. СМЕСЬ, КОТОРУЮ ОН ПЬЕТ, СОСТОИТ ИЗ КОНСЕРВИРОВАННОГО МОЛОКА И КИПЯЧЕНОЙ СТЕРИЛИЗОВАННОЙ ВОДЫ В ПРОПОРЦИИ 1:1.

ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ПРИЧИНЯЙТЕ ЕМУ ВРЕДА, ПОТОМУ ЧТО МЫ ВСЕ О ЧЕНЬ СИЛЬНО ЕГО ЛЮБИМ.

ДЖОЗЕФ ДЖЕРАРД III.

Блейз закрыл газету. От прочтения «Обращения» ему стало дурно, совсем как от песни Лоретты Линн о хорошей девушке, которая решила стать плохой.

— Эй, Джо, бу-бу, — раздался из спальни голос Джорджа, и Блейз аж подпрыгнул от неожиданности.

— Ш-ш-ш, ты его разбудишь.

— Хрен с два. Он не может меня слышать.

— Ох. — Блейз сообразил, что

так оно и есть. — Что такое «в пропорции», Джордж? Тут сказано, что смесь нужно делать в пропорции один чего-то к одному.

— Не важно, — ответил Джордж. — Они действительное нем тревожатся, верно? «Он ест три раза в день, после чего выпивает половину бутылочки… не причиняйте ему вреда, потому что мы его очень, очень любим». Да, розовые сопли на куче розового дерьма.

— Послушай… — начал Блейз.

— Нет, не буду слушать. Не говори мне «послушай»! Он — все, что у них есть, так? Он, и еще сорок миллионов гребаных гринов! Надо бы взять деньги, а потом отослать им ребенка, порубленного на куски. Сначала мизинец, потом большой палец ноги, потом…

— Джордж, заткнись!

Блейз рукой хлопнул себя по рту, в шоке. Он только что велел Джорджу заткнуться. О чем он думал? Что с ним?

— Джордж? Нет ответа.

— Джордж, извини. Просто не следовало тебе говорить такого, ты понимаешь. — Он попытался улыбнуться. — Мы должны отдать ребенка живым, так? Как и планировали. Так?

Нет ответа, и теперь Блейза начала охватывать настоящая паника.

— Джордж? Джордж, что не так?

Джордж долго, долго не отвечал. А потом до Блейза донеслось, так тихо, что он, возможно, этого и не услышал, так тихо, что, возможно, словами Джорджа стала мелькнувшая в голове мысль: «Тебе придется оставить его со мной, Блейз. Рано или поздно».

Блейз вытер рот ладонью.

— Лучше бы тебе ничего ему не делать, Джордж. Лучше бы ничего. Я тебя предупреждаю.

Нет ответа.

К девяти утра Джо проснулся и, переодетый и накормленный, играл на кухонном полу. Блейз сидел за столом и слушал радио. Он убрал обрезки газет и затвердевшую пасту, так что теперь на столе лежало только его письмо Джерардам. Он пытался решить, как же его отправить.

Новости Блейз прослушал уже трижды. Полиция арестовала мужчину, которого звали Чарльз Виктор Притчетт, здоровяка из округа Арустук, которого месяцем раньше уволили слесопилки. Потом его отпустили. Вероятно, этот костлявый Уолш, гребаный охранник, не признал в нем водителя «форда», догадался Блейз. Жаль. Хороший подозреваемый мог на какое-то время облегчить ему жизнь.

Он нервно ерзал в кресле. Нужно же сдвинуть это похищение с места. Он должен найти способ отослать письмо. Они знают, как он выглядит, они знают, какой у него автомобиль. Знают даже цвет автомобиля… и все из-за этого мерзавца Уолша.

Голова у него работала медленно, с трудом. Он встал, сварил еще кофе, вновь достал газету. Хмурясь, всмотрелся в полицейский рисунок. Большое, с квадратной челюстью, лицо. Широкий плоский нос. Густые волосы, давно не стриженные (последний раз его стригДжордж, воспользовавшись кухонными ножницами). Глубоко посаженные глаза. Только намек на мощную шею — вероятно, они и вообразить не могли, какие у него габариты. Люди никогда не могли такого себе представить, когда он сидел, потому что ноги были самой длинной частью его тела.