Чтение онлайн

— Знаешь, он на самом деле хорошо ко мне относится, — говорю я, опуская глаза. Блаш улыбается, подталкивая меня локтем в плечо.

— Нуар влюблена? — поддразнивает она, ее глаза искрятся озорством.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на нее, мое лицо ничего не выражает.

— Я даже не знаю, что такое любовь, — отвечаю я, и на моем языке звучит незнакомое слово.

Она понимающе кивает, переводя взгляд на свое отражение.

— Ну, я слышала, это когда ты чувствуешь то, чего никогда раньше не чувствовал,

сильное притяжение, как будто ты знаешь этого человека всю свою жизнь, и все течет между вами без усилий.

Я думаю о ее словах, вздох срывается с моих губ, когда я смотрю вперед. Почему это описание соответствует всему, что я чувствую?

— Кроме того, мысль о том, что ты его потеряешь, разбивает твое сердце на миллион осколков. Это очень важно, — продолжает она, ее голос смягчается.

Я глубоко вдыхаю, наклоняясь ближе к зеркалу, от моего дыхания стекло запотевает.

— Я не так давно его знаю, — бормочу я.

— Ну и что, блядь. Если ты, что-то чувствуешь, значит это так. С этим невозможно бороться, это просто случается. Время ни хрена не значит, — твердо отвечает она.

Внезапно чье-то прикосновение к моему плечу заставляет меня замереть, сердце пропускает удар. Я оборачиваюсь и вижу Мадам и Соула - одного их присутствия достаточно, чтобы заполнить собой все пространство комнаты. Я перевожу взгляд с одного на другого, мое замешательство очевидно, пока Мадам не нарушает молчание.

— Сегодня вечером в представлении небольшое изменение, Нуар, — говорит она спокойным, но твердым тоном. Я в замешательстве хмурю брови, и она продолжает: — Хелла вызвали для чего-то важного, так что его не будет здесь на шоу.

Я резко вдыхаю, ощущая тяжесть ее слов, и роняю кисточку, думая, что мое выступление, возможно, отменят.

— Итак, вместо этого ты будешь выступать с Соулом, — объявляет она, переводя взгляд на него. Я встречаюсь с ним взглядом, его зеленые глаза с искорками встречаются с моими, когда он одаривает меня широкой, озорной улыбкой. Я уже некоторое время нахожусь с Хеллом, но, кажется, я едва вижу Соула или Рафа. Я все еще не уверена, кто из них кто, но уверена, что со временем узнаю.

— Все останется по-прежнему. Соул знает программу, — объясняет она. — Итак, танец на колесе смерти и финальный поцелуй пройдут, как и планировалось.

Когда она поворачивается, чтобы уйти, я резко встаю, в моем голосе слышится паника.

— Хелл не будет против этого? — Спрашиваю я, зная, каким собственником он может быть.

Она поворачивается ко мне лицом, на ее губах играет улыбка.

— Нуар, ты работаешь на меня, — заявляет она, ее авторитет неоспорим.

Я смотрю на Соула, когда он хихикает, его смех глубокий и пугающий.

— Все в порядке, Нуар, я не кусаюсь, — говорит он, внезапно высовывая язык. Он раздвоен, с двумя пирсингами с каждой стороны, и моя голова дергается назад, глаза расширяются от

шока.

— Я, блядь, лижу. — Он подмигивает с широкой ухмылкой, и я качаю головой, встречаясь взглядом с мадам.

— Что это, черт возьми, такое? — Восклицаю я, в моем тоне смешаны недоверие и любопытство.

— Детка, это мое гребаное оружие, — отвечает он.

Мадам поджимает губы, подавляя улыбку, прежде чем развернуться и оставить меня ошеломленной, а Соул волочится за ней по пятам.

Как только они уходят, я с тяжелым вздохом откидываюсь на спинку стула.

— Хеллу это НЕ понравится, — говорю я Блаш рядом со мной, мой голос полон ужаса.

Когда я захожу в ночной клуб на окраине города, я молча поднимаю подбородок, и вышибалы пропускают меня, даже не взглянув на меня. Сигарета свисает с моих губ, капюшон моей кожаной куртки поднят, отбрасывая тени на мое лицо, пока я пробираюсь сквозь шумную толпу. Нетерпение струится по моим венам: это первая зацепка, которая у меня появилась после смерти моего кузена, первый телефонный звонок, сообщающий мне, где она может быть.

Очевидно, она здесь с каким-то гребаным парнем. Мой план прост: убить его, если мне понадобится, и похитить ее. Я должен отвести ее к своему дяде, но мои инстинкты кричат перерезать ей горло и покончить с этим. Прошедший год был поглощен попытками найти ее. Кем бы она, блядь, ни была, она умеет прятаться, что вызывает у меня подозрение, что я, возможно, имею дело с наемной убийцей, которая затеет драку. Обычно я не дерусь и не убиваю женщин, но эта особенная. Семья - это гребаная семья, и она умрет за то, что сделала.

Когда я направляюсь к бару, басы музыки грохочут у меня в ушах, безжалостный стук, соответствующий гневу в моей груди. Хотя я работаю и живу в цирке и на карнавале, где большую часть недели довольно оживленно, нет ничего, что я ненавижу больше, чем покидать территорию, которую я называю домом, и приходить в такие отстойные места, как это.

Когда я заказываю напиток, у меня в кармане вибрирует телефон. Я достаю его и бросаю взгляд на светящийся экран. Видя, что это мой дядя, я отвечаю и подношу телефон поближе к уху.

— Да?

— Она в VIP-секции, — спокойно заявляет он.

Я оборачиваюсь, мои глаза сканируют море людей, пока они не останавливаются в тускло освещенном углу на другой стороне огромного пространства. Небольшая площадка отгорожена, и я, прищурившись, вижу там несколько человек. Одна из них - молодая женщина с длинными прямыми темными волосами, ниспадающими каскадом до бедер. На ней короткое белое платье, облегающее ее миниатюрную фигуру, и она сидит на коленях у парня, потягивая напиток. Отсюда я не могу подтвердить, та ли это девушка на фотографии или нет.