Чтение онлайн

– Привет!
– улыбнулась она мне, ее улыбка чем-то напоминала жабью.
– Айси, ты же заарканила Лиера? Как ты это смогла? Я чего уже не пробовала. А твоим чарам он поддался сразу. Может ты его чем-то подкупила?

Ее слова произвели на меня странный эффект: я разозлилась. Так вот о чем они шушукались. Значит, это я к нему пристаю? Я завлекла его в сети?

– Ты что-то перепутала. Меня с ним ничего не связывает. Он сам ко мне пристал. И больно мне он нужен.
– сказала я довольно таки спокойно. После моих слов в зале стояла гробовая тишина. Меня что ли все слышали? Все смотрели на меня. Мда, дала неплохой слух для университета.

Называется "грей чужие уши". Проблемка.

Лиер предстал передо мной. И по его лицу можно было сказать, ой, какой он разозленный! Не завязочка вышла. Схватил под ту же тишину. И потащил в балкон. И все перед глазами однокурсников.

– Значит, я престаю. Я думал, что тебе со мной весело. Мне казалось, я тебе нравлюсь. Знаешь что? Даже после этих слов, ты мне нравишься. Нет, я тебя полюбил, Айси. А теперь скажи, каково твое отношение ко мне?
– сказал он мне оглушенным хриплым голосом. В его глазах явно читались ярость, сожаление и… верность. В его темных глубоких изумрудных глазах.

Каждое его слово ударялось об мое сердце, и мне становилось больно. Я не знала, что ответить. Я потеряла дар речи. В голову не лезло не одно слово. Думаю, оправдываться в такой ситуации не принято, да и поздно уже.

– Если я тебе нравлюсь, то поцелуй.

Он не обнаглел? Но его лицо выражало полную серьезность. Я в ступоре. Черти зеленые! Что ж мне делать?

– Ну, ладно. Значит, не нравлюсь. Тогда...

Он мертвой хваткой притянул меня к себе. И поцеловал меня. Меня начало хандрить. Я ненавижу парней. Так меня опозорить перед всеми. Подонок, урод, Козел, сволочь, ненавижу. Он мне даже пошевельнуться не давал. Когда меня отпустили, я дала ему пощечину. Мои глаза заливали слезы. Щеки уже были мокрыми. Я ровным шагом ушла с места происшествия. Мою спину сверлили взглядом. Мне очень хотелось повернуться и посмотреть ему в глаза, но я сдержалась через силу. Я в этот самый момент возненавидела прекрасные изумрудные глаза дьявола.

Я пошла в общагу, все никак не могла выбросить его из головы. Это был мой первый поцелуй. Вот почему я ненавижу парней. Они никогда не считаются с девушками, не думают о их чувствах и пользуются своей силой против нас. Когда я убежала из дому, я отказалась от отцовских денег. Мне пришлось зарабатывать самой. Поэтому я подрабатывала на полставки в кафе, где я сотню раз видела, как парни бросали девушек с такими бездушными лицами. Есть, конечно, девушки такие же сволочи. Но я в жизни не видела ни одного парня, любившего свою девушку сильнее, чем она его.

Я свалилась на кровать. Слезы не останавливались. Я так не плакала с тех пор, как осталась без мамы. Мне стало трудно дышать, мешал корсет. Я с яростью разорвала платье и забралась в приятную пастель. В горле стоял неприятный ком. Я постепенно успокаивалась, уже собираясь заснуть, но кто-то постучал в дверь. Кейт еще долго не будет, успокаивать она, меня не пошла бы, зная, как я на это отреагирую. Этот кто-то тихо произнес мое имя, этот кто-то, кого я ненавижу. Я слышала, как он вздохнул, прошуршал и ушел. В конце концов я уснула. Сон был волшебным.

Было обычное зимнее утро. Небо пасмурное, затянутое седыми облаками. Ко мне в комнату постучалась мама. Она тихонько вошла и посмотрела на меня, сплю ли я. Увидев, что я гляжу в окно, она положила кружку мне на прикроватную тумбочку. От кружки тянуло старым добрым какао. Мама часто готовила его зимой. Мама… с тепло коричневыми волосами,

сравнимые лишь с горячим шоколадом, и ярко лазурные глаза, задорно блестящие. Она улыбнулась.

– Выпал снег. Не хочешь прогуляться?
– сказала она. Мягкий родной голос. Тепло улыбнулась, встала и ушла. Ушла.

Глава 8

Целый день я просидела в комнате. Я не хотела никого видеть. У меня не было на то желания. Кейт тоже молчала, поддерживая угнетающую атмосферу. Она знала меня очень хорошо, поэтому не мешала моей внутренней борьбе. И второй день прошел точно так же. На третий я решилась посидеть в саду, чтобы поднять себе настроение. Я открыла дверь и чуть не грохнулась. На полу стояла корзина белых роз. Я попыталась ее сдвинуть, но она оказалась слишком тяжелой для меня. Зато пока я корячилась, вывалилась записка. Я прошлась глазами: "Айси. Прости за то, что я наделал. Я дурак. Конечно, это не оправдание, но другие причины не покажутся тебе более вескими, чем эта. Надеюсь, мы еще увидимся". Да, это не оправдание. Тем не менее, на душе стало приятней. А вот последняя строчка ввела меня в ступор. Я ее совсем не поняла. В каком смысле "надеюсь"?

Я сидела в саду и размышляла о том, о сем. Полотно снега окружало меня, напоминая о минувшем событии. Деревья с не опавшей листвой покрылись инеем. Вокруг не было ни души. Только раз бельчонок пробегал. Послышался хруст снега. Ко мне бежал парень из охраны.

– Эмм, мисс Грей, к вам отец приехал.

Я встала и поплелась в сторону общежития. У входа стоял подтянутый высокий мужчина лет сорока. Подчеркнутые черты лица и нос с горбинкой. Мы были совсем разные, лишь серые глаза указывали на нашу родственность. Я молча прошла мимо него. Вот еще одна наша схожесть: мы не очень болтливые. Мой чемодан был готов, Кейт не было в комнате. Я оставила ей записку.

Мы с отцом дошли до ворот. Сели в его машину и поехали домой. Когда мы приехали, у меня не было такого обыденного радостного чувства к дому. Даже если я не была в нем полгода. Здесь скучно, не с кем поговорить и делать нечего. Я немного постояла снаружи, полюбовалась архитектурным зданием и зашла. Собиралась подняться по лестнице в свою комнату, но я остановилась, услышав голос, который давно не слышала.

– Завтра ты пойдешь со мной на "Королевский" праздник.

И это все? Вот что он хотел мне сказать? В этом весь мой отец. Горбатого могила исправит. Жду не дождусь завтрашнего дня, я ж ночами не спала, лишь бы услышать эти слова от моего отца! И так каждый год. Только в прошлые разы я никуда не ходила, а оставалась дома. Так что я уже должна быть благодарна за то, что он меня берет с собой.

Когда мы приехали, я увидела в зале женщин, накрученных на все сто, разодетых в пух и прах и с нахлобученными шляпами. Меня чуть не затошнило. Мужчины ни чем не отличались от вышеописанных тетенек. Их костюмы были украшены золотом и бриллиантами, а на пальцах было напялено сотня перстней. Они все подходили и здоровались с моим отцом, и, против моей на то воли, со мной. Мужчины каждый раз подходили и целовали мою тыльную сторону ладони своими разжиревшими от на сытной жизни губами. Меня аж саму передергивало от этой мысли. А руку постоянно приходилось вытирать об платье. Мое представление об этом празднике полностью совпадало с реальностью. И как отца угораздило попасть сюда? Он совсем никак не относится к "королевским" кровям. Или относится? Оо, боже! Я даже не знаю, откуда я родом.