Без проблем!
Шрифт:
Костюмы были отправлены посыльными. После пришло известие, что была вторая битва, в которой победа была наша. Погибло половина четвертого отряда. Город отмечал победу. Минута счастья настигла на наш город.
– Айси, помнишь, я говорил тебе о своем сыне? Так вот. Он был в первом отряде.
– у Изиля выступили слезы из глаз.
– Мне хотелось бы, чтобы ты знала, что я всегда буду рад тебе здесь, если ты не останешься.
Я промолчала. И только сейчас заметила у него седые волосы и множество морщин на лбу. Я очень ему сочувствовала. Его горе было написано на лице, но он не сильно его выказывал. Изиль Гюст имеет сильный дух и волю. А еще он прекрасный учитель.
–
Гюст улыбнулся мне. Улыбка была кислая, давно потухшая. Своим согласием я пыталась поддержать его. На войне мы должны держаться за друг другом горой.
Наступал конец лета, а известий все не было и не было. Я усердно училась у Изиля и видела, что он идет на поправку. Прошел сентябрь. Пришло долгожданное известие. Чужое войско громит все на юге. К счастью, там была защита из нескольких отрядов. Скоро прибудут еще. Вся страна молится всем богам. На площади развешаны листки с именами погибших. Я ездила туда. Мое сердце чуть не разорвалось, когда увидела рыдающих матерей, отцов и всех других. Большая часть однокурсников уже погибло. Знакомые мне парни тоже погибли. Все табло размером тридцать на тридцать метров было развешано листками.
Мне стало плохо. Все вокруг меня кружилось, кувыркалось. Я увидела Изиля и свалилась наземь. Проснувшись, я поняла, что в своей кровати. Изиль увидел меня и мигом принес чашку горячего шоколада. Я залпом ее выпила.
– Угадай сколько ты лежала?
– увидев мой недоуменный взгляд, он пояснил.
– Ты пробыла в обмороке неделю, не меньше. Все врачи заняты. Поэтому я тебя сам лечил. Подбери свою челюсть. Много работы, вставай.
Чашка шоколада дала мне окрепнуть. После я съела три чашки супа и биф-стейк. В зеркале, которое принес мне Изиль, я увидела скелет с натянутой на него кожей. Пропасти в глазах, щеках. Поблекшие губы. Я реальная мумия или кикимора. Лучше так не выходить на улицу, а то чего доброго изобьют, избавляясь от нечисти. Отчаиваться не пришлось, все равно выходить не собиралась. Работы было до валом, делать было есть что. Семьи погибших солдат заказали специальные одежды для погребения трупа в гроб. Такова традиция королевских семей и прочих богачей.
Так прошла и осень. Известий не было. Никаких. Даже о погибших. В городе полное затишье. Можно услышать шарканье своих ног. Чужак, увидев наш город, подумал бы, что у нас всегда так тихо, но земляк сильно удивился бы. Для нас привычен шум и гам. А теперь страшно на улицу выходить при таком раскладе. Это вышло только мне на руку.
Гуляя по пустому городу, думая о том прекрасном времени без войны, я начерчивала вокруг зданий круги. Вспомнила первый день в универе, я тогда еще его Похитителем нарекла. Помню, как он репетитором моим стал. Помню, дралась с ним в боевом клубе (это был он, я уверенна). Как договор подписывала, как в городе шаталась с ним и под конец напилась. Как на балу танцевала с ним, как поцеловалась с ним. Как он меня поцеловал.
Внезапно начал капать дождь, переходя в сильный ливень. Пришлось зайти в ближнюю таверну. К моему удивлению в таверне людей было много. Большинство столпились вокруг одного стола. Любопытненько. Подошла. Но все уже расходились, пришлось подсесть к рассказчику. Он на меня посмотрел и понял, что мне надо.
– Тебе тоже новости об окончании войны рассказать?
– спросил он и заметил, что я активно киваю на его вопрос.
– Так вот: мы победили. Генерал, оставшись на той стороне, разгадал стратегию врагов. Они обманным маневром отправили несколько отрядов в другой конец страны, не рассчитывая, что генерал останется. Они уже на обратном
Села за соседним столиком. В голове порхали смешинки. Хотелось смеяться во весь голос, прыгать и резвиться. Что угодно лишь бы выйти из этой опьяняющей эйфории. Дождавшись окончании дождя, я, шатаясь, вышла из таверны и направилась в офис компании. Счастье распирало из меня во все стороны. Радость лилась через край. Когда я пришла, Изиль тоже был рад. Впервые на его лице я увидела по-настоящему счастливую улыбку. К нему заходил молочник, от него он и узнал радостную весть. Так же он узнал, что награждение будет проводиться в Королевском зале. И вход только для служащих королевства.
– К счастью, мы такими и являемся, - обрадовал он меня.
Глава 10
Народу в Громадном Зале превышало выше крыши. Яблоку негде было упасть. Все толпились, шептались, передавали интересные новости. Мы с Изилем протолкались в первый ряд. В первых рядах стояли ближние служащие к королю. На их лицах я увидела не фальшивые улыбки, а самые настоящие, излучающие счастье, что конкретно меня поразило. Радостные глаза, когда видишь близкого живым и целым, веселые лица, когда понимаешь, что конец войне. "Радость, веселье и счастье" - три главных слова на этом празднике. Да будет мир, да будет любовь! Но большее вожделение излучал сам король.
– Здравствуй, дорогой мне народ! Сегодня произошло невероятное и в тоже время долгожданное событие...
– я увидела Его лицо. Спокойный со смешинками в глазах он искал кого-то в толпе. И наши глаза встретились. Темные с серыми. Я хорошенько стала разглядывать его. Он... Он сидел в инвалидной коляске. И отпавший с сердца камень вернулся на свое положенное место. Я нервно сглотнула. Страх передавил горло.
– Генерал Лиер награждается Орденом Стратегии за тактику ведения боя и прочие достижения.
– Лиер встал с помощью двух парней и трости, поднялся на сцену и принял орден. Раздался гром возгласов, усиленные аплодисменты своим шумом могли разбить стекла. Я не слышала своих мыслей, потому что сама усиленно хлопала. Одна нога Инара была шире другой. Очевидно, она была загипсована и скрыта штаниной. Мои глаза хорошенько изучив ногу, поднялись к его лицу. Он все это время неотрывно смотрел на меня своими спокойными такими мне родными глазами.
Я очень долго ждала, когда закончится награждение. Мне невтерпеж было ждать. Хотелось к Инару, хотелось его сильно обнять. Сильно хотелось. Только вот меня к нему не подпускала развеселившаяся толпа. И явно она не скоро рассосется. Каждому желалось подойти к генералу, пожать ему руку и сказать добрых слов. Пара тройка смазливых девиц даже флиртовала с ним. Я все же прорвалась и испортила им весь смак флирта. Со слезами на глазах я прыгнула ему на шею и долго не отлипала. Я не успокоилась, пока не намочила слезами ему плечо. Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Мы бы и дальше молчали, если бы одна из глупых девиц не ляпнула:
– А это кто?
– Это невеста моя. Единственная и неповторимая.
– с серьёзным лицом ответил Лиер.
– С каких это пор?
– поинтересовалась я.
– А ты не согласна?
– ох, как же я скучала по его ехидной улыбке. Я не ответила. Он взял мою руку. А именно безымянный палец, и вскоре на нем засверкало кольцо, огранённое драгоценными камнями, которые вместе представляли собой белую сверкающую розу.
– Согласна ты или нет, но невестой ты моей будешь без вопросов.
У девиц отвисла челюсть. У меня бы тоже, да только я обнимала Инара. У меня без конца текли слезы...