Бэйсд
Шрифт:
— Нет, не рассказывал. Я думаю, он боялся моей реакции.
— Почему?
— Не знаю. Может, думал, что я расстроюсь, если он предаст память мамы.
— А это имело место быть?
— Совсем нет. Я была подростком, но не идиоткой. Прошло много лет, с тех пор, когда мамы не стало. Папа правильно поступил, что продолжил жить дальше.
Джесс кивнула и просмотрела свои записи.
— Расскажи мне о Джулс.
Обри засмеялась.
— Я не знаю. Она замечательная, милая, и, кажется,
— Ты не жила с ней в одном доме, однако, не так ли?
— Нет. Я училась в школе.
— Почему ты раньше не приезжала домой?
Обри не ответила сразу, и я увидел, как то же самое выражение появилось на её лице. Джесс, определенно, накаляла обстановку, но я не был уверен, для чего.
— Потому же, почему я, — вмешался я, пытаясь дать Обри собраться. — Некоторые люди не хотят зависеть от родителей.
Джесс натянуто улыбнулась мне, а затем посмотрела на Обри.
— Это правда?
— Не совсем, — проговорила она медленно. — Это трудно объяснить.
— Попробуй. Подумай сколько нужно. — Джесс улыбнулась, подразумевая подбодрить, но это больше походило на ухмылку шакала во время обеда.
— Это похоже на… я не знаю, — медленно начала Бри. — Мне казалось, что папа больше не нуждался во мне, понимаешь? У него была Джулс и его фильмы. У меня была новая жизнь в школе. И ещё что-то.
Джесс посмотрела на меня.
— Почему ты не приезжал?
Я уставился на неё.
— Я думал, это интервью Бри.
— Не меняй тему. Почему ты уехал и больше не возвращался?
Я посмотрел на Обри, и она спрятала голову. Я хотел сказать, что уехал из-за неё. Я уехал потому что, если бы я остался, то совершил какую-нибудь глупость. Вместо этого я ответил в своей обычной манере.
— В Европе было то, чего я хотел.
— Чего ты хотел?
— Чувствовать себя живым. Бэйсджампинг давал мне это чувство.
Она взглянула на свои записи, а затем на меня.
— Существуют сплетни о девушках.
— Это вопрос?
— Ладно. Давай перефразируем. Правдивы ли все сплетни о тебе и о женщинах, с которыми ты спал?
Я засмеялся. Я знал, о каких сплетнях она говорила. Ничего плохого или безбашенного, просто то, что я спал с кучей женщин, пока ездил по Европе.
— Правда, более или менее. Многое из этого преувеличено, — я избегал смотреть на Бри.
— Почему?
Я хмуро посмотрел на неё.
— Что ты имеешь в виду?
— Почему ты спал со всеми подряд?
— Потому что это классно. Потому что это лучше, чем альтернативный вариант.
— А что является альтернативным вариантом?
«Мастурбировать, думая о своей сводной сестре», — пронеслось у меня в голове.
— Ни с кем не
Обри издала какой-то звук, но я не обратил внимания.
— Почему тебе нужно было уехать в Европу для этого?
— Там живут лучшие джамперы в мире. Здесь, в Штатах, этот спорт в то время не был так развит.
— Обри, ты виделась с Линкольном в то время?
Она покачала головой.
— Как я говорила прежде, мы не виделись до тех пор, пока я не приехала домой этим летом.
— Почему?
— Он был занят бэйсджампингом и рекламой. А я училась в школе.
— Бри примерная ученица, — сказал я, кивая.
— Почему ты так говоришь? — настаивала Джесс.
— Тебе следует посмотреть все её награды.
— Ты, кажется, ревнуешь.
Я замолчал. Чёрт, мне нужно быть более осторожным.
— Совсем нет. Просто она настоящая зубрила, вот и всё.
Бри фыркнула.
— Лучше быть зубрилой, чем тупым качком.
— Тупым качком? — сказал я, смеясь. — Едва ли я тупой качок.
— Ладно. Тогда мужлан. Тщеславный засранец.
— Тщеславный? Смешно слышать такое от самого идеального человека в мире.
Я видел, как Джесс еле заметно улыбнулась и откинулась на стуле. Я знал, что глупо продолжать спорить с Бри на камеру, но каждый раз она без конца выводила меня из себя. Девушка вела себя так, будто только я был виноват, будто я был врагом. Она не осознавала, что мы должны были опасаться человека с камерой.
— Хорошо. Я не идеальна, но я хотя бы не задница.
Я ухмыльнулся, пытаясь спустить всё на тормозах.
— Ты ранила меня, сестрёнка.
Она состроила гримасу.
— Всё равно. — Бри посмотрела на Джесс, делая видимую попытку собраться. — Мы ещё не заканчиваем?
— У меня ещё есть несколько вопросов.
— Ладно, хорошо.
— И следующий для тебя, Обри. Что есть в Линкольне такого, о чём никто не знает?
Девушка задумалась.
— Он любит «Могучих Рейнджеров».
Я громко засмеялся, а она улыбнулась мне. Напряжение между нами испарилось за секунду, и я улыбнулся Джесс, у которой был растерянный вид.
— «Могучих Рейнджеров»? Ты имеешь в виду детское шоу?
— Именно, — сказал я.
— Объясни.
— Что объяснить? Крутые подростки обладают суперсилой и чумовыми роботами борются со злодеями. Это просто круто.
Обри улыбнулась мне.
— Он был бы розовым рейнджером.
— Ты была бы роботом.
— Лучше я буду роботом, по крайней мере, он крут.
— Эй, не обижай розового рейнджера. Она такая же крутая, как и остальные.
— Это какая-то личная шутка? — вмешалась Джесс.