Чтение онлайн

Правда заключалась в том, что мне не следовало думать об этом. Мне следовало претвориться, что ничего не произошло, что он не сжимал меня в объятиях и не целовал так крепко; целовал так, как я представляла сотни раз. Было правильно претвориться, что я не становилась влажной, представляя его губы и тело рядом с моим.

Вместо этого, лёжа ранним утром в своей постели, я пробегала пальцами по своему разбухшему клитору и думала о нём. Линкольн занимал все мои мысли: начиная с того как играли его мускулы, когда

он двигался и заканчивая дерзкой улыбкой и самоуверенностью, когда парень пытался скрыть признаки боли, отражающиеся на лице.

Я хотела чувствовать кожу Бэйсда своей. Хотела чувствовать, как его член проникал в меня. Хотела слышать, как он стонет, когда глубоко входит в меня.

Вместо этого я довольствовалась тем, что утешала себя рукой. Удовольствие пронзило тело, когда я представила, как он сжал мои руки над моей головой и целовал мою шею.

Я хотела трахать его, пока не перехватит дыхание.

Хотела вбирать в себя каждый его дюйм, до тех пор, пока во всём мире не остался бы лишь он.

Я хотела смотреть ему в лицо, когда он кончит, когда наши тела намокнут от пота, и будут двигаться в одном ритме, позволяя удовольствию разрушить всё и отстроить снова.

Когда я представила, как его сильные руки схватили мои бёдра, то кончила, моя спина выгнулась, а ноги затряслись.

Я кончила, представляя, что занимаюсь сексом с Линкольном.

Когда оргазм прошёл, я вытащила руку из трусиков и нахмурилась. Я не была удовлетворена, даже близко, но это было лучше, чем ничего. Я не могла позволить себе слишком сблизиться с ним. Это было слишком опасно, особенно потому, что Бэйсд был знаменит и вокруг него всё время были камеры. Честно говоря, я боялась его.

Боялась того, что чувствовала к нему. Боялась того, что это могло значить и для меня и него.

Наконец, я выбралась из постели, помыла руки, почистила зубы и оделась. Посмотрела на часы, удостоверяясь, что Линкольн занят физиотерапией, и спустилась вниз, чтобы позавтракать.

С большой осторожностью я стояла подальше от той комнаты, где он занимался. Я не хотела слушать, как Линкольн стонал от напряжения; ведь по опыту знала, что это наведёт меня на определённые фантазии и не даст покоя весь вечер, а я и, в самом деле, не хотела этого.

Я насыпала себе хлопьев и села за стол. Когда я начала есть, то услышала шум и вскинула голову.

— Доброе утро, Обри, — сказала Джулс.

— Доброе утро, Джулс.

Она буквально вплыла на кухню, одетая в лёгкую блузку и юбку, и взяла йогурт из холодильника. Мачеха прислонилась к столешнице и улыбнулась мне.

— Как дела?

— Нормально. Правда, немного скучно.

Она засмеялась.

— Прекрасно.

Я про себя вздохнула.

— Почему моя скука прекрасна?

— У меня есть для тебя работа.

Я ждала этого. Джулс было несвойственно

оставлять меня без работы более чем на сутки, не говоря уже о пяти днях.

— И что же это?

Женщина глупо улыбнулась.

— Мне кажется, она тебе не понравится.

— Я должна кого-то убить?

Она снова засмеялась.

— Нет, ничего подобного. По крайней мере, не совсем так.

— Ладно, ты меня дразнишь. Какая работа?

— Мне нужно, чтобы ты заставила Линкольна пожертвовать памятную реликвию и посетить благотворительный аукцион.

Я уставилась на неё.

— Почему ты поручаешь это мне?

— Вы двое, кажется, сблизились. Все заметили на последнем мероприятии, как вы сдружились.

Я пыталась не выдать себя.

— Да, мы болтали больше, чем обычно.

— Ну, он не слушает меня, и я подумала, что ты можешь помочь.

— Он и меня не особо слушает, Джулс.

— Я уверена, так и есть. Но ты могла бы попытаться?

Она и понятия не имела, о чём просила. Если бы Джулс знала, то, возможно, закричала бы и убежала прочь. Или, по крайней мере, сторонилась меня, словно я чудачка.

— Ладно, хорошо, — неохотно согласилась я. — Попробую. Но ничего не обещаю.

— Великолепно! — сказала она, оживившись. — Это хорошо отразится на мероприятии. Он произвёл фурор на последнем.

— В самом деле?

— О, конечно. Линкольн не был на публике, с тех пор как получил травму. Я думаю, ходили сплетни, что он умер или ещё что-нибудь более глупое.

— Что он умер, — повторила я безжизненно.

— О, да, ты знаешь, всякие глупости. И то, что он появился на вечере, сыграло ему на руку.

Я и не понимала, что Линкольн не выходил в свет, но это имело значение. Он не относился к тому типу людей, которые позволяли видеть себя уязвимыми, и от этого вся история с документальным фильмом казалась ещё более странной. Но Картер делал это, чтобы мой отец не давил на него. Но почему он пришёл на мероприятие?

Правда, я потребовала это взамен не услугу, но он мог сказать «нет». Я не собиралась предъявлять ему контракт или что-то в этом роде.

— В любом случае, я пойду заниматься. Приятного тебе дня, дорогая.

— Да, конечно. Наслаждайся.

Она быстро вышла из кухни, скорее всего, чтобы не дать мне время передумать. Что было вполне возможно.

Я вздохнула, доела свой завтрак и осмотрела кухню. Снова посмотрела на время и поняла, что отключилась, думая о том, что мне делать с Линкольном. Он заканчивал сеанс физиотерапии, и мне нужно было убираться из кухни.

В спешке, я положила свою миску в посудомоечную машину и ушла в холл. Когда я повернула за угол, то почти стремглав врезалась в совершенно сбитого с толку человека. Когда я отошла в сторону, оператор Линкольна, Брент, робко мне улыбнулся.