Чтение онлайн

– Елена… Я обещаю, что найду Адама. Никаких денег, ничего не надо. Я буду искать его, даже если вы против. Вам нужно быть со мной откровенной, я хочу вернуть мальчика так же, как и вы. Но для этого мне надо знать о вашей жизни столько, сколько знаете вы.

– Хорошо. Я все расскажу. – Елена устало кивнула – только давайте у меня дома. Мне надо выпить кофе, собраться. Мама уехала на выходные к сестре за город, так что никто не помешает.

Женщина тяжело поднялась и уселась в свою машину: «Поезжайте за мной».

Улицы были пустыми в такое позднее время и через десять

минут мы уже были на месте.

В квартире, пока Елена уверенно нажимала кнопки кофеварки, я осмотрелась: новейшая техника, дорогая мебель из натурального дерева и дизайнерский ремонт – все говорило, что хозяева жилья финансово обеспечены. Заметив мое любопытство, хозяйка махнула в сторону коридора:

– У каждого своя комната, у меня кабинет и спальня, комната мамы, комната сына, гостиная и комната для занятий музыкой. Там сделана специальная звукоизоляция, чтобы не беспокоить соседей многочасовыми репетициями, не все любят классическую музыку. Если необходимо, можете осмотреть его комнату, по коридору прямо и направо.

В комнате мальчика не было ничего примечательного, сложены аккуратными стопками тетради, на полках учебники и парочка роботов из конструкторов, шкаф с одеждой. Я провела ладонью по днищу кровати, проверила наличие тайника в глубинах шкафа и под стульями. Иногда дети прячут свои дневники, а такая вещь сейчас бы нам очень пригодилась. Но, увы, это была обычная комната десятилетнего ребенка, с игрушками и книгами.

Елена поставила на стол изящные с серебряной каемкой чашки с кофе, достала из бара бутылку с коричневой прозрачной жидкостью и щедро плеснула себе в напиток.

– Сколько помню себя, никогда не хотела детей… Я выросла в семье потомственных интеллигентов, наша семья известна в Тарасове. С самого детства мечтала стать врачом, с куклами играла только в больницу. По большому счету много лет я интересовалась лишь учебой в институте, а потом своими пациентами. Пять лет отработала в обычной районной поликлинике, а затем ушла в частную практику. Вот уже больше 10 лет работаю в клинике «Ваш доктор». Начальство очень довольно… Юрий Васильевич даже подарил мне как-то путевку в Испанию в качестве поощрения. А когда я туда прилетела… Оказалось, что он тоже живет в этом отеле, в соседнем номере. В первый же день он пригласил меня на ужин и признался, что давно влюблен. Вот уже несколько лет испытывает ко мне чувства. Всю неделю он оказывал мне знаки внимания, и я согласилась. Приняла его ухаживания, да что скрывать, я до сих пор люблю его. Но Юрий женат, у него семья, и наш роман закончился там же, где и начался.

Она помолчала, собираясь с мыслями, и продолжила:

– Через месяц после возвращения я поняла, что беременна. Ребенка решила оставить, и Юра поддержал это решение. Так появился Адам. Мы все так же коллеги, главный врач и его сотрудница. Но Юра участвует в жизни своего сына, насколько это возможно. Его обучение, его выступления, участие в конкурсах – все это оплачивает отец Адама, Поляков Юрий Васильевич, владелец и главный врач сети клиник «Ваш доктор». Чтобы избежать сплетен и слухов, деньги, которые он мне перечисляет, я якобы беру в долг. Мы специально оформляем

расписки у нотариуса… Так что все эти звонки от коллекторов – чей-то глупый розыгрыш. Нет никакого долга.

На кухне повисло молчание. Я обдумывала рассказ Елены. Если Юрий Васильевич не требовал возврата денег, то кто тогда звонил? Кто знал о долге и требовал возврата? Зачем тогда украли мальчика, все-таки для шантажа?

Было уже почти три часа ночи, и мои мысли рассыпались, как картинки в калейдоскопе. Я попросила у Елены еще чашку кофе и попыталась собрать пазл.

– Хорошо, а кто знал о долге, вернее, об официальной версии, что Юрий Васильевич занял вам денег в долг?

– Да много кто. – Женщина пожала плечами. – Моя мама, учителя в школе, все родственники. Адама водит в школу и на занятия скрипкой моя мама, а она общительная женщина. Да и к тому же гордится внуком и его успехом музыканта.

– На работе коллеги в курсе?

– Там в первую очередь, Юрий Васильевич радуется успехам сына и любит о них рассказать. Конечно, не объявляя никому, что Юра – его сын. Просто – ребенок сотрудницы, один из «подопечных». Он меценат и всегда охотно протежирует талантливых детей, щедро оплачивает их обучение и участие в разных конкурсах. В коридоре возле его кабинета висят грамоты и дипломы его подопечных.

– Но звонки ведь были? Угрозы? Что именно говорили, кто говорил? – Мне необходимо было разобраться с этими таинственными звонками.

– Получается, звонки начались месяц назад, звонили мне на сотовый. Разговор всегда длился несколько секунд, и бросали трубку. Голос мужской, даже скорее подростковый, я поэтому и думаю, что это просто всего лишь хулиганство. Каждый раз повторяли одно и то же – верни деньги – и угрозы в сторону сына.

– Когда был последний звонок?

– Сегодня, примерно в 9, как только я пришла на работу. Как обычно, я ответила, мужчина сказал – верни деньги, подумай о сыне и бросил трубку. – Елена Генриховна отвечала мне спокойно и твердо.

– А после того как Адам пропал, кто-нибудь звонил?

– Нет, он звонит всегда один раз в день.

– Елена, но тогда зачем похитили вашего сына? Ведь никто не требовал выкупа, не назначал место и время для передачи денег. – Я внимательно посмотрела на женщину, что за тайны она скрывает. – Как вы сами думаете, для чего похитили Адама?

– Я не знаю, даже не представляю, кому это нужно. Я обычный врач, хоть и в частной клинике, но совсем не миллионер. О том, что Юрий – отец ребенка, знают немногие, вернее, всего трое – я, моя мама и сам Юра.

– А жена Юрия Васильевича знает об Адаме?

– Думаю, нет, он очень трепетно относится к своей семье…

Елена Генриховна вдруг ахнула так, что чашка в ее руке дрогнула и на дубовый стол выплеснулась кофейная жидкость:

– Скрипка! Ее ведь не нашли. Я носила инструмент на реставрацию и на ремонт к одному и тому же мастеру, он каждый раз предлагал мне встретиться с покупателем скрипки. Сумму конкретно не называл, только обещал, что я буду приятно удивлена ценой.

– Ну сколько она может стоить, две тысячи долларов, десять? Это не повод для киднеппинга.