Чтение онлайн

И колесом в лесу на пень налез.

Остановился Конь и смотрит на Возницу -

Красноречив Коняги умный взгляд,

Он будто говорит: "А ну, подай назад!

Не то у колеса повылетят все спицы!"

Вознице бы и впрямь телегу осадить,

Объехать вредный пень, что вырос на дороге, -

Нет!
– он Коня вожжами начал бить!

Конь поднатужился, напряг с усильем ноги,

Рванул вперед что было сил, -

Телегу развалил, а пень не своротил!

Мужик в сердцах клянет телегу и дорогу,

А Конь косит глаза: "Вот

ведь дурак, ей-богу!

Что без толку других в беде винить?

Зачем было с пеньком вступать в единоборство

И проявлять нелепое упорство,

Где надо бы смекалку применить?!"

1957

К ученой птице - умному Павлину -

Хавронья на прием явилась не одна -

Хавронья привела с собою Кабана.

(Павлин был доктором - умел лечить скотину!)

Павлин спросил: "Чем вам помочь, друзья?"

"Мой Боров заболел!
– ответила Свинья.
–

Весь день на всех рычит, копытами топочет -

Всем угрожает он! Знать ничего не хочет!

Доходит дело чуть ли не до драк.

Он никаких не терпит возражений

И не стесняется в подборе выражений".

"Я очень нервным стал!" - заметил мрачный Хряк.

Павлин задумался: "Скажите, а бывает,

Что и на Льва он голос поднимает?"

"Нет, этого пока не замечала я,

Со львами вежлив он", - прохрюкала Свинья.

"Быть может, он волков и тигров оскорбляет?"

"Нет, этого мой Хряк себе не позволяет!"

"Ну что ж, - сказал Павлин, - диагноз мой таков:

Поскольку ваш супруг не трогает волков,

Ни тигров и ни львов, а значит, разумеет,

Что голос повышать на сильного не смеет,

И перед ними вовремя робеет, -

Он, с точки зренья докторов,

Здоров!"

Знавал я одного начальника такого:

На подчиненных брызгал он слюной.

"Уволю! Накажу!
– кричал он через слово.
–

Как вы стоите тут передо мной?"

Его однажды вызвали, прижали,

И у него коленки задрожали:

"Простите!
– говорит.
– Я нервный! Я больной!"

1957

Зайчишка получил от Волка приглашенье

Пожаловать к нему с супругой на банкет.

Другой бы отписал: "…Примите уверенья…

Я нездоров… Мерси… Пардон… Привет…"

Но данный Волк, хоть не был гуманистом,

На зайцев не рычал, когда встречал,

Их не травил в лесу, не трогал в поле чистом,

На их поклон поклоном отвечал…

Вот почему,

польщенный приглашеньем,

Сказав Зайчихе: "Причешись! Пойдем!",

Придумав громкий тост, предвидя угощенье,

И, преисполненный почтенья,

Явился Заяц к Волку на прием.

Хозяин гостю рад: "Как долго не видались!

Да вы поправились!"

"На целый килограмм!"

Пока в прихожей зайчики топтались,

Хозяин подмигнул зубастым поварам…

Я тот банкет описывать не буду.

Для полной ясности я лишь сказать могу,

Что повара к столу подали блюдо,

И это было… заячье рагу!

Сравнение мое, быть может, грубовато,

Но я имел в виду зайчат в системе НАТО.

1957

Ослу доверили однажды пост завидный.

Лесным дельцам сказать не в похвалу,

Какой-то важный зверь, где надо, очевидно,

По дружбе оказал протекцию Ослу…

Осел на должности что было сил старался:

Одним указывал, других учить пытался;

Но как бы он себя с достоинством ни вел, -

Каким он был, таким он и остался:

Ушами поведет - все видят, что Осел!…

По лесу поползли невыгодные слухи.

В порядке критики пришлось при всех признать:

"Не оправдал надежд товарищ Лопоухий!

Не справился. С поста придется снять".

И вот на пост Слона, ушедшего в отставку,

Зачислили Осла. Опять на ту же ставку!…

И снова слухи по лесу ползут:

"Он, говорят, проштрафился и тут!"

Одни смеются, а другие плачут:

"Что, если к нам теперь его назначат?!"

Вопрос с ослами ясен, но не прост;

Ты можешь снять с Осла, коль это нужно, шкуру

И накрутить ему за все ошибки хвост,

Но если уж Осел попал в номенклатуру,

Вынь да подай ему руководящий пост!

1957

У Прова Лукича на ферме заболели

Шесть племенных молочных поросят:

Два почему-то дышат еле-еле,

А четверо все время голосят.

Пров - через двор, к соседу за советом: