Башня Занида (сборник)
Шрифт:
– Браво! - Этим восклицанием приветствовал Мишеля карлик, которого называли генералом. Он со смехом передразнил молодого человека: "Надеюсь, роль в этом спектакле тебе не будет так уж неприятна?" Ловко! Оказывается, у вас, людей, сексуальные устремления обостряют сообразительность!
– Что вы понимаете в человеческих сексуальных устремлениях?! буркнул Мишель. - Вы что, не заметили, как она меня оттолкнула?!
Карлик растерялся.
– Оттолкнула?! Удивительно! А вы уверены, что это означало отказ?
– Еще бы!
– Странно, а я читал, что
– К моему глубочайшему сожалению, должен разочаровать вас, генерал. В нашем случае это был обычный, ничем не прикрытый отказ, уж можете мне поверить. Это тонкая штука, и разъяснять было бы слишком долго.
– Значит, вы думаете, ее не удастся толкнуть на этот ваш инсценированный побег?!
– О нет, план несомненно удастся, но для этого нужно, чтобы девица прониклась ко мне безграничным, скрепленным чувством доверием. В противном случае она не пойдет со мной. Она не осмелится компрометировать себя, оставшись наедине с мужчиной даже в столь безнадежной ситуации, как сейчас. В ее лице перед нами ярко выраженный тип твердокаменной девственницы, органически неспособной преступить определенные табу.
– Я не уверен, что понимаю, что вы имеете в виду под выражением "девственница", господин Ланс. Люди так сложны! Вы носите на себе груз психических отклонений, любви, ревности, чувств греховности и еще целый клубок непонятных мне чувств... Что же, по вашему мнению, следует делать?
– Эта девушка - романтическая натура. Поэтесса. Не пытайтесь этого понять, все равно не разберетесь. Я должен проявить себя, вырасти в ее глазах, показать себя героем. Кроме того, мне придется встречаться с ней на свежем воздухе, среди цветов, или на берегу моря, под плеск волн, лучше всего - при лунном свете. Правда, у этой планеты нет достаточно крупного спутника, который сошел бы за Луну; ладно, на худой конец хватит и звездного сияния.
– Ага, вы хотите сказать - на лоне природы! Я читал в земных романах об этих историях в лунном свете. Это в высшей степени удивительно. Вы недалеко ушли от животных. Знаете, у некоторых разновидностей пчел оплодотворение может произойти только в определенное время дня и в присутствии запаха некоторых цветов. Без запаха и в другой час суток ничего не произойдет. Вам не кажется, что у вас с этими пчелами много общего?
– В самом деле...
Карлик ухмыльнулся.
– Прекрасно! Попробуем организовать для вас немножко природы. Как вы думаете, терраса годится?
Мишель понятия не имел ни о какой террасе. С момента заточения ему еще не приходилось побывать снаружи, и он даже не знал, где находится этот жуткий город: на дне морском или под землей. Слово "терраса" могло означать все что угодно. И подозрений возбуждать ему очень не хотелось. Поэтому он сказал просто:
– Терраса? Почем я знаю? Придется ее осмотреть. - Он коснулся пальцем виска. - После этой проклятой операции кое-какие воспоминания стали нечеткими.
– Ну так в чем дело, - воскликнул карлик. - Пойдемте посмотрим!
Прогулка
Осмотрев террасу, он скорчил недовольную гримасу. С помощью набора всяких "возможно", "если" и "но" удалось заморочить генерала до такой степени, что тот сам предложил ему осмотреть весь дом самостоятельно. Теперь он не спеша разгуливал по бесчисленным коридорам в поисках подходящих интерьеров для операции "Любовь", ломая голову над планами настоящего побега.
Любому ясно, что в побеге инсценированном, в роли шпионов, у них нет ни единого шанса вырваться из-под контроля организации. Мишель намеревался сбить цеподов с толку, неожиданно исчезнув, - в неизвестном направлении, в неуказанное время и одному ему известным способом. При этом желательно провернуть депо так, чтобы цеподы не пришли в себя возможно более долгое время.
День за днем он запечатлевал в памяти схему расположения помещений, входов-выходов-переходов, запоминал время смены караулов, подробности развешанных по стенам схем, размещение арсеналов, ангаров и взлетных площадок.
5
Время от времени Мишель ощущал странные расстройства, всегда предваряемые легкой головной болью.
Обычно голова болела недолго, зато, едва наступало облегчение, у него создавалось впечатление, что время начинает течь в другом темпе. Движения и звуки растягивались, как в замедленном кино. И вот что странно: почему-то он чувствовал, что обязательно должен помнить, почему так происходит, но никак не мог заставить себя сосредоточиться и вспомнить. Кончилось тем, что он отнес все на счет осложнений после перенесенных операций.
Нередко ему приходило в голову, что все фантастические приключения, что ему приходится переживать, - чья-то чудовищная шутка.
От всего этого голова шла кругом и мысли путались. Иногда он даже начинал опасаться, что теряет рассудок. Но тут же его затягивал водоворот новых приключений - и он забывал обо всем до следующего раза.
В один прекрасный вечер в комнату к Мишелю вошел генерал в сопровождении врача. Врач заговорил первым.
– Ну-с, - сказал он. - Как мы себя чувствуем? Генерал начинает проявлять нетерпение. Ваш побег должен состояться через четыре дня.
Оба карлика были странно напряжены, их движения были скованы. Такое впечатление, что они пришли арестовывать Мишеля.
– Собственно, - осторожно сказал молодой человек, - этим вечером я собирался повести Инесс на крышу...
– Ага, так дело движется?
– Конечно, - усмехнулся Мишель.
– Вы довольны?
– Такого удовольствия я не испытывал с тех пор, как меня оглушили в том грязном домишке на окраине... То есть я хотел сказать, что...