Чтение онлайн

Я задумчиво кивнул.

— Как раз примерно о такой шкале говорил Оливер.

— И если вы дадите слишком много, — продолжала она, — слишком большую дозу, более вероятным результатом будет выкидыш, а не значительное уродство. Эмбрион только тогда сможет развиться, когда вред, причиненный селеном, будет относительно невелик.

— Но было множество различных деформаций, — сказал я.

— О да. Селен может воздействовать на любую развивающуюся клетку, без разбора.

Я вытащил пробирку и пристально всмотрелся в ее мрачное содержимое.

— Видимо,

от человека требуется только одно — подмешать эту штуку в мерку овса.

— Точно.

— Или... можно заключить это в капсулу?

— Да, если есть форма. В лаборатории сделать это легче легкого. Нужно только отцедить масло, насколько возможно, и просто соскрести концентрированный селен в капсулу.

— Гм. Кальдер, полагаю, может это сделать?

— Кальдер Джексон? Почему нет, наверняка может, если захочет. У него все есть, что для этого нужно. — Она подняла голову, что-то припоминая. Между прочим, он завтра вечером будет выступать по телевидению.

— Правда?

— Да. Сегодня объявили после новостей, как раз перед тем, как вы вошли. Он собирается быть гостем этого рекламного шоу... шоу Микки Бонвита... вы когда-нибудь видели?

— Иногда смотрю, — задумчиво произнес я. — Оно ведь транслируется вживую, правда?

— Это верно. — Она слегка озадаченно взглянула на меня. — Над чем работает ваш головной компьютер?

— Прикидываю возможность риска, — медленно сказал я, — и спешу ухватиться за неповторимую возможность. Скажите-ка, милая Пен, если я вновь окажусь в приемной Кальдера, что нужно найти там и вынести оттуда?

Она уставилась на меня, буквально отвесив челюсть. Чуть погодя, взяв себя в руки, спросила:

— Вы хотите сказать... Кальдер?

— Положим, — хладнокровно сказал я, — в действительности я всего лишь собираюсь проверить ту или иную версию. Однако попробуем связать предложение Дисдэйла насчет покупки Сэнд-Кастла и факт умышленного отравления кобыл. Если добавить сюда эрудицию Кальдера по части трав, мне кажется, хоть и горько это признавать, что в результате возникает знак вопроса. Есть вероятность, что Кальдер и Дисдэйл намеревались умышленно понизить стоимость жеребца, чтобы они смогли купить его за бесценок... И тогда Кальдер сможет изобразить хорошо разрекламированное «чудесное исцеление» Сэнд-Кастла, который с тех пор навсегда останется производителем безупречных жеребят и с течением времени вновь окажется в чести. А взносы, возможно, никогда не дорастут до прежних сорока тысяч фунтов, но за многие годы составят приличную сумму.

— Но они же не могут! — в ужасе воскликнула Пен. — То есть...

Кальдер и Дисдэйл... мы же их знаем.

— Вы в вашем ремесле, как и я в своем, должны были сталкиваться с представительными, внушающими доверие мошенниками.

Она хранила молчание, не сводя с меня тревожного взгляда, пока наконец я не сказал:

— Есть и еще одно. Ни в чем не могу поклясться, но когда я впервые попал в поместье Кальдера, у

него был работник, который живо напомнил мне того мальчика с ножом в Аскоте.

— Рикки Барнета, — кивнула Пен.

— Да. Не могу припомнить, как звали того работника у Кальдера, и вообще не уверен, что узнаю его через столько времени, но у Оливера я заприметил другого паренька, по имени Шон, и он опять-таки напомнил мне Рикки Барнета. Не могу утверждать, вправду ли этот Шон и работник Кальдера один и тот же человек. Может быть, и нет, потому что, думается, Кальдерова парня звали не Шон, иначе бы я точно вспомнил, если вы поняли, о чем я.

— Продолжайте, — попросила она.

— Но если — и это большое если, — если Шон когда-то работал на Кальдера, он может все еще работать на него... скармливая селен кобылам.

Пен долго молчала, и взгляд ее умудренных опытом глаз становился все тяжелее. Наконец она заговорила:

— Кто-то должен был находиться поблизости в час кормления, и это совершенно определенно не Кальдер и не Дисдэйл. Но ведь это мог быть тот управляющий, Найджел? Ему труда не составляло. Предположим, Дисдэйл с Кальдером заплатили ему... Предположим, они обещали предоставить ему работу или долю во владении Сэнд-Кастлом, когда заполучат лошадь.

Я покачал головой.

— Вряд ли. Я думал о Найджеле. Есть одно важное соображение, почему это все-таки не он. Ведь он, и только он, кроме Оливера, знал, что одна из кобыл, предназначенных для Летописца, была покрыта Сэнд-Кастлом. — Я пояснил, как Оливер спарил их, повинуясь импульсу. — Жеребенок вполне нормален, но вряд ли получился бы таким, если бы именно Найджел осуществлял подкормку.

— Неубедительно, — медленно сказала Пен.

— Да.

Она вздрогнула.

— Вы сообщили обо всем полиции?

— Я собирался, — ответил я. — Но когда я в понедельник пришел к Вайфолду, у меня ничего не вышло. Все это кажется таким невещественным.

Всего лишь куча догадок. Возможно, ложных выводов. Предложение Дисдэйла могло быть вполне честным. А парень, которого я видел с полминуты восемнадцать месяцев назад... лицо незнакомца трудно вспомнить через полчаса, не говоря уж о таком сроке. У меня в памяти отпечаталось его замешательство и солнцезащитные очки... а парень, работавший у Оливера, произвел другое впечатление. Вайфолд не из тех, кого можно сбить с пути впечатлениями. По-моему, лучше мне появиться перед ним с чем-то более определенным.

Пен прищелкнула пальцами.

— А не могли бы вы хорошенько рассмотреть этого Шона?

Я покачал головой.

— Оливер постепенно отпускает своих работников, как обычно в это время года, а Шон ушел одним из первых. Оливер не знает, куда он направился и по какому адресу его искать, и считает, что это в порядке вещей. Насколько я понял, эти ребята кочуют с конюшни на конюшню и в их бумагах всегда указан адрес последнего нанимателя. Но я думаю, что мы сможем найти Шона, если повезет.