Бабочка
Шрифт:
— Могу поспорить, что ты носишь эту книгу для того, чтобы произвести впечатление на женщин. Неужели ты говоришь им, что читаешь эту книгу?
Он взял из машины полотенце и вытер им лицо и шею.
— Я уже прочитал ее, если тебя это интересует.
— Да? — Она отошла от него и закурила.
— Ты, конечно, прочитала эту книгу, — сказал он, доставая из машины банку пепси.
— Мне она очень понравилась. Я думаю, их спор довольно интересный, — сказала она, оборачиваясь.
Он выпил пепси, вытер рукой рот
— Я не согласен.
Труди рассматривала его через темные очки.
— Почему?
Билл не смотрел на нее. Он наблюдал за работой около котлована.
— Немного упрощенная. Такое впечатление, что это книга-реванш. Что имеет автор против масонов?
— Я вижу, ты действительно прочитал эту книгу. Возможно, правда, в сокращенном варианте.
— Разве тебе не говорили, что дискриминация женщин уже в прошлом?
Труди удивилась. Она внимательно смотрела на Билла. Полуденное солнце освещало его загорелое тело. Длинные волосы были немного влажные от жары, струйка пота катилась пр груди. Он действительно прав, она заблуждалась, приняв его за обычного любителя пива, — именно они чаще встречались на строительных площадках. Ей даже в голову не могло прийти, что он читает такие книги.
— Знаешь, — сказала она спокойно, выбрасывая сигарету, — я была не права относительно тебя. Ты не такой, как все.
Билл уставился на Труди. Майский ветерок шевелил ее кудри. На ней было красивое платье. Он никогда не видел ее в платье или юбке.
— Я должен признаться, что тоже заблуждался относительно тебя.
Они долго изучающе смотрели друг на друга. Молчание прервала Труди.
— Я хочу обсудить с тобой эту книгу как-нибудь.
Он подумал немного.
— Согласен, но должен предупредить тебя, я умею очень хорошо вести спор.
— Я тоже была в дискуссионном клубе в колледже.
Он откинул назад голову и допил пепси.
Труди видела, как напряглась его шея. Когда он бросил банку на заднее сиденье машины, она спросила:
— У тебя, наверное, степень доктора философии?
— Нет, только бакалавра.
— В какой области?
Он направился к котловану.
— Восточная философия, — сказал он на ходу. Затем крикнул рабочим: — Эй, ребята, перерыв на обед! — и снова повернулся к Труди. — Когда я получил степень, то понял, что с моим дипломом трудно найти работу. И вернулся в строительство. Будучи студентом, я подрабатывал на стройке. А почему ты в строительном бизнесе?
— А что еще я могу делать с моим образованием в области английской литературы, преподавать? Мой отец был строителем. Он научил меня всему, что сам знал.
— Он, должно быть, был классным специалистом?
В это время кто-то из рабочих включил радио. Пока рабочие доставали сэндвичи и термосы, они слушали «Ньютрон данс» в исполнении сестер Пойнтер.
Билл показал Труди еще одну книгу.
— Ты читала
— Спасибо. Я с удовольствием прочту.
— Ты не обидишься, если высокомерный нахал, который пренебрежительно относится к женщине, скажет тебе, что ты сегодня хорошо выглядишь?
— Ты очень наблюдательный.
— Ты замужем?
— Кто же возьмет в жены такую властолюбивую.
Улыбка коснулась его губ.
— Ты женат?
— Нет. У меня времени нет. Я очень много работаю.
К Биллу подошел рабочий, они заспорили. Труди наблюдала за ними. Билл переваливался с одной ноги на другую, поправлял волосы. К своему удивлению, Труди почувствовала сильное влечение к нему.
Это не просто любопытство относительно того, какой он любовник. Труди почувствовала сильную страсть к нему. Чем больше она об этом думала, тем сильнее ей хотелось остаться с ним наедине.
Смущенная охватившим ее чувством, Труди отошла от Билла и его помощника и ходила около его машины. Почему эти чувства возникали к нему? Сегодня он выглядел как обычно, запыленный, потный, без рубашки. Ей всегда он нравился внешне. Откуда это сильное влечение? Почему сейчас? Она достала сигарету и держала ее в руке.
Она смотрела, как он чинил станок, стоя на коленях. Это чувство было для нее не ново. Она испытывала его еще к кому-то, хотя ею редко овладевало сильное физическое влечение к какому-то определенному мужчине. То же самое она чувствовала только к Томасу. К своему любовнику из «Бабочки». Она очень боялась, что больше ни один мужчина не вызовет такое же чувство. Как ни удивительно, Билл вызвал такую же страсть.
Закончив срочный ремонт, Билл снова направился к Труди. По пути он несколько раз останавливался крикнуть что-то своему технику. Все его движения, то, как он оборачивался, махал руками, как напрягались мышцы спины, приводили ее в страшное волнение.
— Я проложил три трубы, — сказал он, улыбаясь. — Хочешь посчитать? Или хочешь продолжить обсуждение книги?
Теперь Труди поняла, в чем причина этого странного замечательного чувства, которое она испытывала к Томасу и которое неожидано вызвал Билл. Она осознала, в чем заключается тайна ее сказочных вечеров в «Бабочке» и почему ей не удавалось воссоздать их в реальной жизни. Ее всегда сильно возбуждали горячие интеллектуальные споры. Это было для нее чем-то вроде пролога. Схватка интеллектов и испытание умов переходили в физическую страсть. Умственная разминка действовала на нее сильнее физической. В этом и состояла загадка Томаса, которую она очень долго пыталась разгадать. Она сама сказала в «Бабочке», что хочет быть с умным, образованным мужчиной, с которым можно обсуждать серьезные проблемы.