Айрин
Шрифт:
— Умс, — кивнул толстяк, пожирая горячую выпечку. — И?
— Что именно?
— Тебе действительно важно знать? — вполголоса спросил Мирг.
— Да! — воскликнула принцесса. Спохватившись, добавила шёпотом: — Да, очень.
— Хорошо, — колдун приблизил измазанные ягодным соком губы к её уху. — Я с удовольствием расскажу тебе эту историю всего за несколько серебряных монет.
— О-о, — разочарованно протянула Айрин. — Сейчас у меня нет денег. Но потом…
— Я не тороплюсь, — бесцеремонно перебил Мирг. — Могу ждать сколько угодно. И как
— Про кого? — озадаченно приоткрыла рот принцесса.
— А это что? — прервал их беседу Ук-Мак, показывая очередной сосуд.
— А это немедленно поставь на место, — строго приказал Мирг. — Нежно и бережно, словно свои…
— Ильдвайн! — неодобрительно прикрикнула старая ведунья.
— …тестикулы, — закончил колдун. — Это Киуламмарпернафроллар, очень опасная штука.
— Кю-ламе…что?
— Киуламмарпернафроллар. Неучи зовут эту эссенцию кьюлом. Страшная вещь в руках невежды… к примеру, твоих. И ценнейший ингредиент для искушённого алхимика.
Мирг важно подбоченился.
— Ну-ну, — скептически бросил рыцарь, тем не менее осторожно ставя бутылку зелёного стекла назад.
— Что собираетесь делать теперь, когда все свободны и счастливы? — колдун завладел кружкой принцессы и, пачкая край, с шумом отхлебнул отвар. — Не расценивайте вопрос как желание выставить вас отсюда, потому что вы мне надоели. Просто интересуюсь.
— Я разыщу и убью дракона, поселившегося где-то в этих землях. — Лицо Айрин потемнело, у губ залегли жёсткие складки. — Но прежде предам смерти местного маркиза.
Колдун поперхнулся, забрызгивая стол напитком, после гулко раскашлялся.
— С вами всё хорошо? — с участием спросила принцесса, похлопывая его по спине.
— Не считая того, что железной ручищей ты отбила мне лёгкие, да, — побагровевший Мирг вытер рот ладонью. Повернулся к привлечённому разговором Ук-Маку: — Она всегда такая? Составляет списки, кого убить?
— Не, — усмехнулся Дерел, — обычно Айрин рубит всех в произвольном порядке.
— Ты знаешь, деточка, что в древние времена драконы были такими же умными, как люди? — бабушка Мирга смотрела на Айрин с печалью и тревогой, отчего казалась гораздо старше. — Пускай за тысячи лет они растеряли мудрость и разучились говорить, хитрость осталась при них. Не знаю более жутких чудищ, чем они.
— Я знаю, — подал голос Мирг. — Люди… Можно мне ещё попить? И пирожок. Два. Нет, лучше три.
— Если драконы столь ужасны, я тем более обязана убить этого, — сурово сказала принцесса. — Иначе монстр продолжит творить зло.
— Одолеть чудище нелегко, — ведунья выложила новую порцию пирожков и выпрямилась, вытирая без того чистые руки рушником. — И за победу придётся заплатить. Это называют драконьим проклятьем.
— Чем заплатить? — Ук-Мак внимательно глядел из-под насупленных бровей, ероша бороду большим пальцем.
— Не знаю, — качнула головой
— Рисатирус Мелневейский в своём «Бестиарии» утверждает, что убийца дракона всенепременно лишится чего-то важного, что-то потеряет, — глядя в кружку, произнёс колдун. — Цена высока и у каждого своя. Больше уточнений нет.
— Пусть так, — упрямо выставила подбородок Айрин, скрывая смятение. — Я всё равно сражусь с монстром. А там будь что будет.
Несколько ударов сердца ведунья смотрела на принцессу, точно пытаясь заглянуть в душу. Накрыв ладонью амулет на груди, с неожиданной твёрдостью произнесла:
— Благослови тебя Ланиара.
— Дни героев коротки, их слава бессмертна, — с пренебрежением бросил Мирг.
— Это начало поэмы о Сэлвиоре — победителе демонов, — спокойно вымолвила Айрин. — Что ты хочешь этим сказать?
— Ничего, — безразлично ответил толстяк. С хлюпаньем облизал красные пальцы. — Но дураков обычно это вдохновляет.
— Считаешь меня дурой?
— А сама себя кем полагаешь? — циничный взор колдуна пронзил принцессу.
Совладав с первым порывом, побуждавшим жёстко поставить неопрятного коротышку на место, Айрин задумалась.
— Кем бы я себя не мнила, — медленно начала она, — я готова встретить опасность лицом к лицу. И сделаю всё возможное, чтобы одержать победу.
— Это так прелестно, что я чуть не расплакался, — Мирг, кряхтя, слез со стула.
— А ты чего молчишь, как деревянный идол исчезнувшего народа? — обратился он к Ук-Маку. — Что думаешь обо всём этом? И что собираешься делать?
Вопрос застал рыцаря врасплох. Он наслаждался обществом принцессы, гоня прочь тягостные мысли о будущем. Но толстяк припёр его к стенке. А Айрин не отрывала взгляда, ожидая ответа.
Ук-Мак не мог врать самому себе: спутница, не походившая ни на одну женщину из встреченных ранее, завладела его сердцем. В глубине души Дерел обрадовался, узнав, что более не обязан сражаться на потеху толпе и может продолжить путешествие с принцессой. Но удовольствие от этого постепенно сгорало в чёрном пламени разочарования и ревности. В конце пути Айрин воссоединится с женихом. И в её жизни больше не будет места рыцарю из Эмайна. Да и никогда, в сущности, не было. Но… не может же он бросить девушку одну в этих опасных землях? Тем более что впереди ожидает битва с чудовищем…
— Во время службы в приграничье мне доводилось убивать разных тварей, — нейтрально заметил Ук-Мак. — Хотя с драконом их не сравнить, возможно, мой опыт пригодится и здесь. Поэтому, если ты, Айрин, не возражаешь, я отправлюсь с тобой. Мне всё равно пока нечем заняться.
От ответной улыбки принцессы в груди рыцаря разлилось тепло.
— Ну, после ристалища рассчитывать на твоё здравомыслие было бы глупо, — пренебрежительно бросил толстяк. — Бабуля, я помогу слабоумным героям собраться. А ты испеки ещё несколько пирожков с ягодами.