Асмодей
Шрифт:
Асмодей лишь молча кивнул, взглядом провожая Астарота. Из всех рыцарей, он был, наверное, самым сдержанным. Пожалуй, на его челе и в манерах даже присутствовала печать некоего аристократизма, которого были лишены остальные. Если бы Владыка Похоти не питал такую ненависть к его «легкому» греху и простоте, с которой он собирает свои души, они вполне могли бы стать друзьями но, увы и ах…
— Это — второй! — буркнул себе под нос Асмодей, направляясь к выходу, где увидел Левиафана, сидящего верхом на спине огромного морского чудовища. — На ловца и зверь бежит! Постой, — ухватив
— Дьявол, — прошипел Левиафан, пытаясь усмирить взбунтовавшегося зверя, который вился под ним, будто змея, брошенная на сковородку. Так еще и Нифелим, посчитав, что хозяин в опасности, кинулся на его защиту, выпуская из пасти клубы черного дыма и огненные языки. Небывалое зрелище: дракон и морской монстр, схлестнувшиеся в поединке, будто две первородные, но противоположные по сути стихии. В завораживающей тишине, установившейся у Черных ворот, слышалось лишь пугающее клацанье зубов, да брань высших демонов, пытающихся разнять своих питомцев.
Асмодей и сам уже пожалел, что сделал столь опрометчивый шаг. Не думал он, что морская тварь окажется столь несдержанной, да и хозяин, судя по всему, не потрудился обучить свою зверушку правилам поведения. Хотя, если в это вдуматься, так и должен себя вести боевой спутник демона.
Чтобы прекратить это побоище Асмодей, отбившись от острых клыков, с разбегу вскочил на спину своего дракона, уводя его в сторону. Однако Нифелим, почувствовав жар сражения, никак не хотел подчиняться, заполонив драконьим пламенем всю площадь, раскинувшуюся у ворот замка. Что сказать… прирожденный боец!
— Совсем с ума сошел? — прорычал Левиафан, — он мог тебя сожрать!
— Я думаю, что ты сам не веришь своим словам! Скорее бы ты вывалился из седла, чем я пал от зубов твоего питомца. Как бы то ни было, спасибо за заботу, — съехидничал Асмодей.
— Что тебе нужно?
— Поговорить, — спокойно ответил демон. — Предлагаю прокатиться.
— С каких пор познавший радость полета опускается до того, чтобы идти по земле? — одарив своего собеседника презрительным взглядом, бросил Левиафан. Да, определенно, каждый рыцарь ненавидел другого, и вместе их держала лишь взаимная выгода и приказание Люцифера. Одно было ясно: если хочешь получить союзника, постарайся удержать в себе всю ненависть, которую к нему питаешь. А потому, Асмодей предпочел пропустить мимо ушей язвительный ответ демона. Когда-нибудь потом, когда закончится эта заварушка, он припомнит ему это поведение, но не сейчас.
— Тебе не кажется странным то, что происходит вокруг?
— Это Ад, пора бы уже привыкнуть, — без особого интереса ответил Левиафан.
— Я не об этом… будучи на Земле, я заметил, что небесное воинство стягивает свои силы в мир людей. Если несколько веков назад я не сталкивался с ангелами, не видел следов их сияющей длани в мире смертных, то теперь… теперь они усеяли его, как поле в пахотный период.
— Ты думаешь, грядет битва? — поинтересовался демон, поглаживая по холке разъяренное
— Ныне Ад на пороге гражданской войны, мы слабы, как никогда! Если бы я хотел ударить по нашим силам, то сделал бы это сейчас.
— Преисподняя запечатана, ни один ангел не сможет прорваться сюда, — возразил Левиафан.
— Не сможет без посторонней помощи, — лукаво заметил Асмодей, искоса наблюдая за своим собеседником.
— Но ключи от бездны есть только у рыцарей Ада. Неужели ты думаешь, что кто-то из нас осмелится осквернить себя подобным союзом?
— Я в этом уверен!
— И кто же это?
— Абаддон! Ты, как никто другой знаешь о его амбициях и тщеславии! К тому же, ты слышал о том, что Вельзевул сегодня сказал о бунте, но… Астарот бы не решился, а вот…
— Но… — протянул Левиафан, пытаясь упорядочить все, что он сейчас услышал, ибо сложно поверить в то, что его «соратник» по Темному Ордену замыслил бунт, но то, что кто-то из демонов решится на союз с ангелами… это уж совсем в голове не укладывалось.
— Тебе не меньше моего известно о том, какой интерес Абаддон проявляет к окраине. Не кажется ли тебе странным то, что мятеж поднялся именно там?
— Но это не повод, чтобы обвинять его во всех грехах.
— У него есть лишь две любви: власть и война, и если эта попытка увенчается успехом, он получит и то, и другое. И самое время… пока Владыки нет в его владениях.
— А доказательства?
— Их более чем достаточно. Тебе ведь известны демоны Халфас и Малфас, не так ли?
— Безусловно, это ближайшие соратники Абаддон. Наша воинственная троица, — усмехнулся Левиафан. — Фобос и Деймос — вечные спутники войны*.
— Именно. Они пропали несколько месяцев назад.
— Я слышал об этом! — проговорил демон.
— Так вот, на самом деле они у меня в плену. Более того, они поделились со мной этой информацией. Так что…
— Так уж поделились…
— Ну, скажем так… я не оставил им иного выбора, — на самом деле Асмодей слукавил, он самолично уничтожил этот воинственный дуэт несколько месяцев назад. К слову сказать, надо отдать Абаддон должное, он умел выбирать себе соратников. Демоны умерли в мучениях, но так и не выдали тайн своего хозяина. В тот момент Владыка даже позавидовал такой преданности. Но его собеседнику такие тонкости знать было не обязательно.
— И что ты хочешь сейчас от меня? — поинтересовался Левиафан.
— Помощи… если начнется мятеж! Ты обязан Люциферу всем: несмотря на твое «грязное» происхождение, он наделил тебя властью, о которой ты даже не смел мечтать; даровал тебе земли; вознес на вершины лимба. Ты обязан ему больше, чем любой из нас, а потому мне хочется верить, что ты выберешь правильную сторону в этой битве.
— Моя преданность Владыке непоколебима, но я до сих пор не понимаю, зачем ты мне это говоришь?
— Назревает война, ты не можешь не чувствовать ее приближения. Я знаю, с кем мне придется схлестнуться и ради чего… Некоторых противников стоит убивать лишь потому, что этого требует необходимость. Пока у тебя есть время, выбирай сторону…