Чтение онлайн

друзьям давала разглядеть она,

ежевечерне на пороге сна

одаривая райскими мечтами

в угоду ли кокетству иль от скуки ...

Он был с обрядом схож, тот маскарад:

снималась блузка, стаскивались брюки,

все это на ночь заменял халат.

Процесс торжественный, неспешный, емкий

был родственным с замедленною съемкой.

Нет, Аська не спешила с этим делом

(оденется - и станет вдруг темно!),

благоговейно -с

нами заодно

безукоризненным любуясь телом...

Что к внешности ее добавить вам?

Добавит прокурор, как говорится,

но кое-что могу добавить сам:

деталь, что портит и мужские лица.

Не ложка - капля дегтя в бочке меда,

но как красючку угнетал меж тем

тот грустный факт, что в тюрьмах год за годом

пришла хана передним зубкам всем!

Она не ртом смеялась - смуглым личиком,

а коль веселость пущая найдет

всегда ладошкой прикрывала рот

(жест, сделавшийся с давних пор привычкой).

Как все блатные, малость истеричка

(не будь, попробуй, коль вся жизнь на слом!),

она была чудесный парень, право,

весьма покладистого в общем нрава,

и нетерпима в этом лишь одном.

Она рассказывала о подружке:

родней сестры была ей та девчушка

("Мы вместе кушали", а это знак того,

что в мире нет ей ближе никого),

но подразнила раз "беззубым ртом"

и вмиг заклятым сделалась врагом.

А то окликнул, подойдя к ней близко,

стрелок (знать, приглянулась наглецу):

– "Эй ты, беззубая!" - иАська с визгом

когтями бросилась к его лицу,

да так, что тот попятился назад,

"Вот ведьма-то!" - пробормотал в испуге;

все шансы потеряв, был сам не рад

(спасибо, Аську увели подруги)...

События развертывались долго:

поэт почти по-вольному вздыхал

и даже, нарушая чувство долга,

ей подремать под утро разрешал.

Медикаменты все меж тем Керим

пустил налево, облегчив леченье,

поэтому пока давались им

незатруднительные назначенья.

Работка вовсе легкая пошла:

кому-то баночки прилепишь ловко,

раздашь больным по стопке марганцовки

различной крепости - и все дела! *)

Глядишь, и Аська кончила с уборкой

и с вожделеньем лезет за махоркой.

Усевшись так, чтоб уж всю ночь не спать бы,

она рассказывает о цыганской свадьбе,

и рвется песня, душу всем бодря,

из нежных уст, гортанная и ломкая :

"Сарэ патря, сарэ патря,

сэр гожия чия полуромгия.

А

ну-ка, чаинька, не ломайся-ка,

по ма ресту у пшэлэ собирайся-ка...

Только чаинька все ломается,

да по наву, дуй по наву собирается"... 28)

Порою, нарезвившись, даже опытом

своей профессии она делилась с ним:

не целиком, конечно, и не оптом

так, по крупинкам, крошечкам таким.

______________

*) И скажет дядька: "Доктор, благодарствуй...

Добавь маленько, чтоб совсем прошло...

Ужтак твое мне новое лекарство

вот это розовое - помогло!"

К примеру, объяснит ему свой вклад

в убийство или, скажем, в ограбленье:

дурак-мужик растает на мгновенье,

надеется, малейшей ласке рад...

Она ж повиснет у него на шее,

уже сдается будто, но робея,

и незаметно сделает нажим

(там есть на шее жилочка такая),

и сразу он сникает, засыпая,

и можешь ты что хочешь делать с ним!

Что? Показать? Нетрудно сделать это:

прижму - и у тебя в глазах темно...

Но демонстрировать свои секреты

под страхом смерти им запрещено.

Нет, "инженер души" не умирал

пока что в нем. И в жажде "тех" признаний

ее он преупрямо фаловал

на этакую ночь воспоминаний.

Он чаиньку молил, чтоб как-нибудь

про жизнь свою, про свой нелегкий путь

она ему по дружбе рассказала.

Но Аська, усмехаясь, отвечала:

"Когда-нибудь...не знаю...может быть...

Я не люблю про это говорить..."

Неделя, две - глядишь, и месяц прочь...

Так незаметно проходила ночь

за анекдотом, шуткой, балагурством...

Однажды Аська вышла на дежурство

с большим запасом курева. Была

поэтому на редкость весела,

почти безостановочно курила,

полы, как водится, сначала мыла,

а после, чтобы ночь скорей прошла,

дверь в жизнь свою немножко приоткрыла

и даже сообщила с умиленьем

интимные подробности явленья

ее на свет...

Мороз был зол и крут.

Мать шествовала к нужнику. И тут,

уже почти у места назначенья,

произошло дочуркино рожденье.

И очень часто мать потом жалела,

что к той дыре добраться не успела!

И в самом деле - сколько принесла

она в семью волнений спозаранку!

Всегда с мальчишками, она росла

неукротимой, дерзкой хулиганкой,

в буфете водку крала и пила,