Чтение онлайн

Тут у меня возникла мысль:

— Если почти все наши бойцы свалились, почему Арлекин не напал?

Он кивнул:

— Вот и я не знаю.

— Арлекин состоит из супербойцов. Вроде тебя в вампирском варианте. Должны были атаковать.

— Ашер и прочие вампиры и посейчас гадают и строят гипотезы, отчего Арлекин не воспользовался ситуацией. Это все я тебе потом расскажу, потому что сейчас… — Он сделал движение, будто хотел взять меня за руку — и убрал руки. — Ты мне доверяешь?

Я сдвинула брови, глядя на него:

— Ты

же знаешь, что да.

— Оборону я организовал, все прикрыл, Анита. Но только ты можешь передать Жан-Клоду достаточно энергии, чтобы сохранить жизнь меньшим вампирам.

Я хотела спросить о многом, но он был прав. Я должна довериться Эдуарду, знать, что свою работу он сделает, и я доверялась, но…

— Лебедей-оборотней в городе не так уж много.

— Мы сперва обратились к львам, но их Рекс отказал нам.

— Джозеф отказал нам в помощи? — Я не стала скрывать, как это меня потрясло.

— Да.

— Мы же ради львов из кожи вон лезли. Черт, я же даже спасла ему жизнь однажды… или дважды, не помню.

— Его жена сказала, что секс у него будет только с ней.

— Не в сексе же тут дело, Эдуард!

Он пожал плечами.

— Львы не станут мешать вампирам умереть.

Я это сказала вслух, чтобы сама услышала. Потому что не могла поверить.

— Я бы это воспринял так, — согласился он.

Мы переглянулись, и я почувствовала, что у меня глаза так же холодны, как у него. И подумали мы одно и то же: львы за это заплатят. Паразиты неблагодарные.

— Осталось меньше двух часов, Анита.

Я кивнула:

— Это значит, что времени на ошибку у нас нет, Эдуард. У лебедей энергии достаточно?

— В этой стране лебединый король — Донован Риис.

— Знаю. Ему приходится ездить между группами, приглядывать и решать возникающие проблемы. Еще он рассказывает в других городах, как отлично действует у нас тут мохнатая коалиция. Создать еще одну коалицию он не пытается, просто рассказывает. Но нам уже звонят из других городов и уточняют детали.

— Политик, — сказал Эдуард.

Я кивнула:

— Быть лебединым царем — сила врожденная. Я думаю, он прямо рождается со всеми нужными умениями. Донован говорил, что обычно в том же поколении рождается королева лебедей и они правят вместе, но вышло так, что не родился младенец с соответствующей родинкой или с нужной силой, чтобы ему помочь. И работа Риису выпала двойная.

— Он говорит, что оставляет своих лебедушек на попечение твоих леопардов, когда уезжает на время.

Я кивнула:

— Их в городе только три.

— Они оставались в твоем доме, — сказал Эдуард.

— Ага.

— А зачем?

— Иногда за ними надо приглядывать.

— Донован это говорил — что ты заботишься о его народе. Говорит, что ты их однажды спасла и при этом чуть не погибла.

— Было дело.

— Говорит, что ты рискнула жизнью ради его людей, и он сделал бы

для тебя то же самое. Так чего уж там говорить о легком сексе среди союзников?

— Последней фразы он не говорил, — сказала я.

Эдуард усмехнулся, покачал головой:

— Ну, не говорил. Он сказал так: «Я бы ради Аниты и ее людей рискнул жизнью. То, что просите вы — это такая малость».

— Вот это похоже на Донована.

— Он предлагает тебе кормиться от всех лебедей-оборотней в США. Их почти во всех больших городах от одного до шести.

— Я понятия не имела, что их так много.

— Я думаю, это только Донован знал. Он мне дал кучу разведданных, Анита, и даже не взял с меня обещание не использовать против него, если когда-нибудь получу контракт от какого-нибудь охотника на лебедей.

— Эдуард…

Он поднял руку, предупреждая мою речь:

— Если хочешь, я дам такое обещание тебе.

Мы обменялись долгим взглядом, и я сказала.

— Нет, Эдуард, обещай мне, что ты ничего из узнанного тобой не применишь ни против одной из групп животных.

— Я не буду охотиться на лебедей.

— Эдуард, я серьезно. Ты узнаешь многое о вампирах и оборотнях такого, что можно применить против них. Мне нужно твое честное слово, что это не обратится против них — или против меня.

Его лицо стало пустым и холодным, почти таким, как когда он убивает, но только в глазах мерцал едва заметный огонек злости.

— Даже львы? — спросил он.

— Они члены коалиции.

— Это значит, что их нельзя трогать?

— Нет, это значит, что мы должны их вышибить из коалиции до того, как что-нибудь против них предпримем.

— Как благородно, — улыбнулся он.

— Должны же быть у девушки принципы, — ответила я.

Он кивнул:

— Раз львы за это ответят, я спокоен.

— Будем разгребать кризисы по порядку. Но они за это ответят, можешь не сомневаться.

И он улыбнулся хладнокровной довольной улыбкой. Обычная улыбка Эдуарда, настоящая. Та, которая говорила, что за этими глазами живет монстр, и ему там уютно. Но мне не нужно было зеркало — я так могла сказать, что моя ответная улыбка была примерно такая же. Когда-то я тревожилась, что стану такой как Эдуард. Сейчас я на это рассчитываю.

Ладно, что мы там будем делать с местным прайдом — это потом разберемся. В порядке общей очереди разрешения чрезвычайных ситуаций. Забавно, что как только появляется Эдуард в моей жизни — или я в его, — тут же начинаем попадать из ситуации в ситуацию. Сейчас та разница, что ситуация не разрешается острием ножа или дулом пистолета. И даже огнемет не поможет, хотя Эдуард наверняка его с собой прихватил. Как только протащил через службу безопасности аэропорта? Но Эдуард есть Эдуард: если ему надо, он и танк «Шерман» в самолете провезет.