Arena
Шрифт:
Кто о чем думал перед поединком, могла знать только Электра, но иногда лучше не читать чужих мыслей. Знать заранее, что на уме партнера по команде, не всегда козырь в собственных руках. Жить без доверия не могут даже те, кого от рождения нельзя обмануть, Электра это всегда знала, но по-настоящему поняла только сейчас.
Елена боялась. Все то время, пока она сражалась на Арене, она боялась умереть. Страхи заставили ее однажды придти на Арену, и она победила их, появились другие, и самый страшный — страх смерти. Казалось бы, что может быть проще, чем просто уйти с Арены навсегда и жить себе спокойно
Молот не знал своего будущего, он жил одним днем и его устраивал такой расклад. Если ты не такой как все, то и жизнь не такая как у всех, и эти слова были во истину про него.
Пришельца понять вообще не возможно. Вероятно, он, как и «Уголки», на Арене сражался из спортивного интереса. Впрочем, его душа — потемки. Он просто был, и таких, как он — свято веривших в дружбу, надо еще поискать. Например, Джей, знал точно, на него можно положиться, как на самого себя.
Что касается Йоргенсон, то, наверное, она единственная из всех, кто пришел на Арену, прекрасно осознавая, зачем. Прирожденный гладиатор, так она говорила о себе сама. Ничем другим в жизни заниматься она бы не смогла, да и не хотела. Подавляющему большинству это могло бы показаться глупостью. Кто-то верит в судьбу, а кто-то считает, что сам хозяин своей, так считала и Лаура — человек, сделавший себя сам. Можно трижды сомневаться в истинности подобных вещей, но никому и никогда не доказать Лауре, что она не права. Каждому свой крест.
По крайней мере, были здесь еще два человека, которым было что сказать друг другу, и что касалось только их двоих. Но, в силу обстоятельств, это был не очень подходящий момент для откровений. В этом оба не сомневались и так были устроены. Хотя, с другой стороны, может, это был для них вообще единственный случай сказать друг другу все, потому что через сутки максимум может статься так, что говорить будет не кому, останется либо кто-то один, либо погибнут оба. Электра смерти не боялась, но не хотела ее. Привыкшая ни о чем не жалеть, она знала, что если бы не Арена, встретить Джея ей бы не удалось.
Слишком простые истины, чтобы о них задумываться, и слишком мало времени, чтобы все хорошенько взвесить.
— Здравствуй, Селли.
В этот раз Джей не был похож сам на себя. Его обыкновенная улыбка, извечная открытость, но за всем этим сейчас стояли другие переживания. Сельма знала, о чем и о ком он думает.
— Что ты делаешь здесь? — Джей улыбнулся. От внимания Сельмы не ускользнул тот факт, что он сейчас совсем не ждал этой встречи. Но раз уж они встретились, то придется поговорить с ним, не стоит откладывать на потом, потому что потом может и не быть.
— Я здесь с утра тебя жду. Честно говоря, уже собиралась уходить, но появился ты.
В большом и просторном холле Колизея Арены сейчас почти никого не было, кроме немногочисленных сотрудников здания, охраны и время от времени появляющихся людей из числа гладиаторов, либо других деловых людей, либо просто интересующихся новостями турнира, желающих купить билет или сделать ставки.
— Пойдем,
Разговор начался с молчания. Джей сделал вид, будто он ждет, пока Селли начнет говорить, а она не могла решить, с чего начать, однако, Джей прекрасно понимал, в каких тонах сейчас придется разговаривать. Но объяснить Селли, почему он так отдалился от нее, он не мог. Просто, надо было разобраться в самом себе, а этого он еще не сделал.
— Джей, скажи, почему ты просто не бросишь все? Ведь все уже кончено.
— Как Озборн? — Лучше было бы сразу сменить тему, потому что, тот, разговор, которого Джей так боялся, мог начаться.
— Хорошо. Он сказал, что придет обязательно, когда ты выиграешь турнир. И не раньше.
Джей молча одобрил такое решение Озборна. А Сельму он мог понять, она женщина.
— Но ты уходишь от темы. — Твердо произнесла Сельма.
Джей отвел взгляд, сквозь стеклянную стену, в такой полноте, он видел Вивариус-сити впервые. Такой вид на город, пожалуй, можно наблюдать только с вышки. Потом он резко повернул голову и посмотрел Селли в глаза, так, что ей стало не по себе.
— Сельма, — он никогда ее так не называл, — а почему ты решила придти сейчас, почему не после турнира?
Вопрос и тон сбили Сельму с ног. Она с ужасом осознала, что он стал совсем чужим для нее, никогда больше не вернется тот прежний Джей.
— Джей, я не понимаю тебя. — Тихо проговорила она.
И тут Джей понял, словно прочитал тот страх в ее глазах, когда она поняла, что он уже не тот, что был прежде. Но так нельзя было оставлять это, и он взял ее руку в ладони, и заговорил с ней совсем другим тоном, он постарался вернуться хотя бы на время, всего лишь на десять минут таким, каким она его хотела бы видеть.
— Селли, прости. Просто мне предстоит один важный поединок на турнире, и я просто очень волнуюсь. Это действительно будет сложно. У меня голова забита чем-то другим, но я никак не разберу чем — наверное, всем сразу.
— Успокойся, Джей. — Теперь и она сменила тон и говорила ласково, как раньше, и даже с искренней улыбкой. Теперь они видели друг в друге тех, кем они были раньше. Теперь они могли понимать друг друга, теперь они снова были лучшими друзьями.
— Да я то спокоен, главное, чтобы у тебя было все в порядке. — Джей улыбнулся.
— Ты любишь ее?
Вопрос сбил с ног теперь уже Джея, он не стал спрашивать, о ком она, он знал, но откуда знала она. Нужно было что-то ответить, но он замялся, будто забыл разом все слова, которые знал.
— Я познакомилась с ней сегодня чуть раньше. Мы сидели там, в открытой кафешке, прямо напротив этого здания.
— Да, я знаю, где это.
— Она красивая, хоть и странная очень. Знаешь, а тебе, наверное, повезло с ней…
После этого они оба начали громко смеяться, как тогда в баре у Сэма, и опять же, как тогда, все у них сводилось к шутке, хоть и говорили они серьезно.