Чтение онлайн

Тоня вздрогнула, от прикосновений тёплых рук к её округлым обнажённым плечам. Она теперь понимала, почему он медлил. Теперь она его благодарила за растягивание момента. Он приносил ей невероятное наслаждение, заставлял прочувствовать свою нужность и свою хрупкость. В эту трудную минуту она хотела ощутить что-то сильнее себя, и чем крепче Илья вцеплялся в её плечи, тем ощутимее становилась его сила. В сопровождении с молчанием просыпались мурашки. Молчание было страшной силой не дававшей сказать ни словечка, но оно не могло заставить перестать идти слезам. Зато это с легкостью делали его большие пальцы, смахивавшие в разные стороны слезинки. Никто ещё, кроме Михаила, не позволял себе такого.

Длительное блаженство вогнало девушку в алый румянец. Щёки согревались его горячими руками, а жаркое дыхание расслабляло её напряжённое тело.

Теперь они рядом друг с другом. Над ними теперь зажигаются звёзды, и весит красивая луна. Нет больше по краям ни кого, они встретились на мгновение в центре, что бы потом снова разойтись, оставив за спинами кучу преград. Бог создаёт каждому пару, а мы уже сами выбираем, тех, кого мы желаем видеть около себя.

– Как ты подруга, – проговорил Илья и подарил Антонине добрую улыбку.

– Я в полной …(мягкой округлой и такой привлекательной попке)

– Я вот оттуда, к сожалению, давно не вылезаю.

– Да, брось. Забавно, а почему мы тогда с тобой встретились на том показе.

– Именно потому, что ты сама ко мне зашла, как ты выразилась в грубой форме, в пятую точку.

Илья, наконец, услышал музыку её смеха. Слёзы больше не текли, да и туча, нависшая над головой бедняжки, вновь рассеялась. Илья хотел было кое, что спросить, но Тоня, прикрыв ему ладонью рот, сказала:

– Не произноси больше ни слова. Пожалуйста. А теперь давай продолжим наш отчаянный путь.

– Во все тяжкие.

– Да.

– Ой, прости, пожалуйста. Ты же приказала без лишних слов.

Тоня тыкнула Илью в живот, почувствовав его пресс. При этом скорчив личико, образовав на носике морщинки, она напоминала в этот момент игривую кошечку.

– Ни когда больше не извиняйся, – сказала Тоня. – Давай не будем трогать…

– Давай поговорим о тех дивных беззаботных временах.

Тоня оценила, то, как Илья уважительно отнёсся к ней и даже не дал закончить предложения, и всё прекрасно поняв.

И они продолжили путь, наслаждаясь обществом, друг друга. Идти им было не долго, максимум минут пятнадцать. Поэтому они старались ещё продлить вечернюю прогулку с помощью различных методик, таких как: простое замедление шага, остановка в связи со всевозможными причинами, будь то удивление или же желание что то, уточнить, или же специальное опоздание на зелёный свет светофора.

Друзья вышли на большой перекрёсток. Илья указал на нужное место, оно было по диагонали на противоположной стороне, пройти до ресторана можно было лишь через пешеходный переход. Тоня внимательно посмотрела за рукой друга и обнаружила там, куда указывала рука светлое свечение, это освещалась дорога напротив ресторана, вывеска подсвечивала изящную надпись, написанную красивым, словно рукописным стилем напоминающим стиль Parsek. Что же было написано и на каком языке оказалось проблематичнее.

Илья предложил спуститься в подземный переход и выйти прямиком к заведению. Тоня охотно согласилась, взяв сумочку в свои руки и оставив позади себя Илью, вприпрыжку спустилась в освещенный переход. Прямо как грациозная антилопа в ней просматривалась гордая осанка и прекрасная вытянутая шея. Руки были нежно и изящно зафиксированы в сторону, словно в каком-то классическом танце. При каждой припрыжки она слегка осторожно вздёргивала ручками. Когда же она всё же спустилась, она обернулась из-за левого плеча и устремила вверх свой независимый взгляд.

Илья, спускавшийся не спеша, был изумлён поведением Антонины. Он понимал, за что так сильно любил свою подругу. Не только за красоту. Красота это лишь первый подъём – подъём на так называемую ступень симпатии.

Девушка была по своему независимой и в большинстве случаев выбирала своим сердцем, не забывая использовать разум. Не смотря на весь груз наставлений и указаний, душа её стремилась к чистому полёту. Илью поражал весь внутренний мир девушки. Даже когда она пыталась выставлять себя простушкой или же находилась в образе глупой блондинки, от зоркого глаза и холодного ума Ильи не могло ускользнуть ни глубина мысли, ни обширный фантазийный мир Антонины. Наигранность служила не только скромностью девушки, но и защитой перед закостенелым патриархальным обществом, в котором приходилось существовать. Часто если девушка оказывается умнее, не образованнее, а умнее – это оказывается фактором возникновения беспокойства, а то и страха у представителя мужского пола, кто не блещет ни чем интеллектуальным. Именно поэтому определённая игра поведения в таком социуме оказывалась эффективным смягчающим средством в атмосфере общения.

Молодой человек приоткрыл слегка рот и обнажил верхние белые зубы. Сейчас он дышал ртом, тем самым пытаясь не издать не один звук. Его заинтересовал тот факт, что Тоня постоянно улыбается, когда начинает контакт с ним, потому ему стало интересно, чем вызван, сей факт. Возможно, думал он, это связано с формальностью, по крайней мере, часто убеждал себя в этом. Так же возможно, что это действительно искренняя симпатия, так он хотел, что бы было. А возможно она была рада каждой встречи с ним. А кто он для неё? Старый знакомый или старый друг, близкий человек или так и оставшийся незнакомец? Братом ей точно быть не мог, так как был так называемым братом Михаилу. Мог бы он стать частью жизни поистине чудесного существа, смола бы она принять его все возможные недостатки, смогла бы принять его любовь и не когда больше не задаваться вопросом является ли она счастливым человеком.

С такими мыслями он подошёл к молодой красавице, стоявшей поначалу гордо, с независимым пылом, сменившимся кроткой улыбкой с кусанием губ, которая сменилась серьёзным взглядом, когда Илья стал приближаться ближе.

Резкий поворот девушки и удар по лицу Ильи её кончиков золотых волос. Она оставила за собой лишь сладкий аромат своего тела и волос. Илья ещё чувствовал на лице приятные ощущения. Он улыбнулся, не обнажая зубов, и пошёл вслед за Тоней.

Развернувшись, девушка вприпрыжку поскакала к повороту, ведущему к развилке лестниц на противоположные переходы. Коридор был не освещён и какой-то музыкант в кромешной темноте напевал, красивую давно забытую лирическую песню. Освещалась только соседняя переходная линия, а тоннель между ними наводил на тело кучу мелких мурашек. Антонине стало страшновато и почувствовалось холодность. Это всё взыграла фантазия девушки. На малютку нахлынули воспоминания о брате, рассказывавшем различные истории о разного рода бабайках, леших, духах и монстров в темноте. Нагнетало красивое пение красивой песни, что в данный момент вводило девушку в холод.

Она остановилась слегка косолапо, чем вызвала умиление у Ильи, который в свою очередь не чем себя не выдавал, идя всё так же спокойно и серьёзно. Она действительно была похожа на малютку, оставшуюся посреди большого мира – без родных и близких. И вот к ней приближался загадочный, как она ласково любила называть взрослых мужчин “дядя”. Она была восхищена его мужественностью и отсутствием, какого либо страха. Возможно ей самой хотелось быть немножко ребёнком, не зря они говорили не так давно о раннем детстве, до того момента когда осознано познакомились друг с другом. А женское начало страстно нуждалось в защитнике. Илья уловил и это. Тоня это поняла и вся затрепетала, когда он вплотную подошёл к ней. Без лишних слов Илья взял её за руку.