Чтение онлайн

Примерно после обеденного времени наплыв клиентов резко утих. Подстригать клиента остался лишь худой Вадим, а брить бороду второму клиенту осталась Валентина.

– Слышали ли вы новость, что Таланкина, прима нашего государственного академического театра изменила своему партнёру по танцам экс-супругу Варновой балеруну Аксакову. Да изменила с кем – с Московским балетмейстером имени, которого не помню, – вкинул в молчание сплетню Эдгар.

Эдгар был светлым молодым человеком лет двадцати пяти. Его длинные блондинистые волосы были убраны в пучок на макушку. На лице вокруг носа рассыпались слегка заметные веснушки. Всегда счастливый юноша, дарил улыбку не только коллегам, но и всем посетителям, прохожим на

улице, детям, кошкам, собакам и вообще всем тем, кто проявлял жизнь. Его высокий рост и привлекательная внешность позволяли пользоваться успехом у противоположного пола. Энергия, с какой он говорил и брался, вселяла ту же энергию в сердца коллег. У него был прямой нос и пухлые женственные губы, которые становились тонкими при широкой улыбке. Про такую улыбку многие говорят голливудская.

– Да ты что? – заинтересовалась Мария.

Все без исключения оживились и обратили внимание на Эдгара энергично подметавшего пол.

– Ой, что будет, ой что будет. И как же они будут теперь? – Задавался вопросом Эдгар. – А ведь мне уже на этих выходных нужно будет вести девушку в театр.

– Ты думаешь, это как то повлияет на их работу. Они же профессионалы, – попыталась успокоить его Валентина, внимательно брившая опасной бритвой постоянного клиента.

– Энергетика может быть не та. Да и вдруг характер танца может быть не тот. – Предположил Илья.

– Да, – Согласился Эдгар, переставший подметать, и щёлкнув пальцами в сторону Ильи. – И я про это думал. Вы представьте я отдавший крупную сумму денег за представление увижу, как они танцуют с кислой рожей. А может быть и вообще конфуз случится и за минуту до выхода, кто-нибудь сорвёт из них двоих прекрасный танец.

– Зато ты будешь в центре скандала, – сказал Вадим, подстригавший своего клиента.

– А я об этом напишу, – сказал тот клиент. – Если конечно туда попаду.

Клиентом был знаменитый журналист Роман Филиппович Калинин. Ему было тридцать пять лет. В простодушном, на первый взгляд, подтянутом мужчине которому через месяц должно будет стукнуть тридцать шесть лет, располагало многое. Большой нос не был недостатком, а скорее был изюминкой необычностью в лице. Узко посаженые глаза были добрыми и чистыми. Все с кем он сближался, переходили с ним на “ты”. Именно поэтому он был вовлечён в жизнь многих именитых фамилий города.

– Илья, проведёшь Романа в закулисья? – спросил Вадим.

– Я бы рад, но с балеринами я не как не связан. Вот если бы речь шла об актёрах, тогда бы можно было что-нибудь придумать.

– Блин, жалко, – ответил Вадим

– И не говори, – согласился Роман Филиппович.

– А что разве они встречались или встречаются Аксаков и Таланкина? Я что-то об этом не в курсе, – спросила Валентина.

– Не просто встречаются, а живут вместе уже года два, – сказал Эдгар.

– Больше три. А какая они красивая пара вы не поверите, – сказала Валентина.

– Я верю, мы с ними часто в парке встречаемся, так как они живут неподалёку от меня. – сказал Вадим.

– А как об этом узнали? – спросил клиент, которому брили бороду.

– О том, что изменил? – спросил Эдгар.

– Да

– А ты не знаешь. Со слов самих балерин конечно. В начале, когда он приехал ставить свой спектакль, он ограничивался лёгким флиртом. Затем начались цветы и это всё всего за месяц. После непрерывных намёков и проявлений интимных чувств она, не выдержав, переспала с ним. Как не сложно было догадаться, она больше не приезжала вместе с Аксаковым целую неделю. Зато прямо на репетиции этот самый балетмейстер доводил до краски Таланкину.

– Ну и жесть вообще. – Удивлялась Валентина

– И не говорите, – сказал Илья.

– Эх… что же делается с нами раз мы не можем вытерпеть и подавить в себе разного рода неизменные желания, – вздохнул Клиент, которого брили.

–

Аккуратнее могу поцарапать, – предупредила его Валентина.

– Угу, угу.

Полминутное молчание. Которое прервала уборщица Виктория.

– А я, к слову об этом режиссере, читала в посте под названием «Московский режиссёр подобрал себе костюмы для предстоящего спектакля…» о том, что он нашёл себе костюмера на предстоящую постановку, которую он будет у себя ставить в Москве. Девушке дизайнеру не повезло с представителями бутиков и магазинов, зато повезло с театром.

– Ну, быть может она там и пробьется, – предположила Валентина. Кстати Илья ты же там вчера был. Тебя запечатлели за работой, смотри, как бы тебя не заревновал Иван Васильевич. И как видел его этого режиссёра?

– Да откуда? Если бы даже и видел, то не знаю, как он выглядит, а моделям, что находились вокруг меня, дела до него не было. А кого он хот выбрал в качестве личного художника по костюмам?

– Не знаю, не знаю.

– Может эту твою, – предположил Эдгар.

– Слушай, может быть, сейчас скорее напишу, она, наверное, так счастлива, что и забыла мне написать.

– Давай-давай, только нафиг ты ей нужен, главное же её костюмы, – жестко заключил Эдгар.

– А работа с волосами, а с лицом. Помимо Ильи же были и визажисты, – начала сглаживать углы Мария.

– Да человека четыре точно было, – согласился Илья.

В парикмахерскую зашла девочка лет четырнадцати, пятнадцати. Все оживились и из расслабленного состояния перешли в состояния готовности оказать необходимую услугу. Илью она заинтересовала своим холодным взглядом. Ему вспомнилось фото, сделанное им, и вспомнилась Антонина, позирующая с серьёзным лицом.

Зашедшая девочка-подросток была симпатичная. Она, как и многие современные девушки выглядела старше своих лет, ему даже показалось, что она выглядит лицом старше Антонины. Однако грустный ещё детский голос, да и комплектность говорили сами за себя, подтверждая тот факт что она находилась в подростковом возрасте.

Сейчас всё зависело от быстроты реакции парикмахера. Поэтому Илья не упустив возможности, проявив самый первый инициативу, предложил свою помощь в создании образа на голове. Девочка, недолго думая, медленным отрешённым, слегка косолапым шагом прошла к молодому парикмахеру, который умел располагать к себе детей. Хоть она и была в джинсовой куртке, школьная форма подтверждала, то, что она была ещё ученицей. На ногах были блестящие глянцевые чёрные кеды Конверсы, а стройные загорелые ножки были скрыты под длинными гольфами. Клетчатая юбочка подчёркивала женственность девушки. Между, гольфами и юбочкой проходила полоса обнажённой части бедра. Голова у неё была слегка опущена в низ, а сутулость скрывала её природной красоты. Опущенные в низ глаза не давали обратить на себя внимание, поэтому красивой формы губы были так же зажаты, как и носитель, вполне привлекательной внешности. Поработав над собой, она бы была красавицей в будущем, а пока она ощущает себя гадким утёнком и скрывает свой потенциал. Это заметил Илья и чтобы у них был взаимный контакт, решил, сперва познакомиться, выбрав правильную тактику.

– Привет, как тебя зовут? Как можно будет к тебе обращаться?

– Можно никак?

– Здравствуйте Никак. Прошу садитесь, – не подавая руки, при знакомстве, и не пугая её тактильными приёмами, вполне серьёзно сказал Илья и поспешил объяснить для чего ему, вообще, нужно знать её имя. – Мне, конечно, будет проще обращаться к вам по имени, и вы сможете со мной держать связь.

Молодая девушка не доверчиво посмотрела на парикмахера. Он убедительно ей кивнул, показывая тем самым, что ей не о чем беспокоится и что это нужно для дальнейшего выполнения работы, а для убедительности он добавил то, что разрушило барьер между ними и стало началом работы с клиентом.