Чтение онлайн

— А ты его видел? — Кейко зачарованно уставился на мешок.

— Конечно, видел! Я же был с милордами, когда они его покупали, — снисходительно сообщил Жанет.

— А зачем он милорду? — Кейко даже забыл о своем вечном противостоянии с Жанетом, так ему хотелось увидеть таинственную нелюдь. Эльфа, гнома или, может быть, даже вампира!

— Затем же, зачем и эти, — Жанет кивнул в сторону, прислушивающихся к их разговору скованных рабов, — для жертвы, естественно. — И он пришпорил коня.

Кейко словно водой ледяной окатило.

— Для жертв? — прошептал он, беспомощно глядя на прячущего взгляд Зика.

— Эвон оно как… — пробормотал сзади старик-раб.

Полукровка

зло посмотрел вслед довольному Жанету. После того, как Зик стал первым номером в черном отряде, его начали побаиваться, а к мнению прислушиваться. Честно говоря, принадлежность к собственности милордов подняла статус всех их рабов. Кто-то им завидовал, кто-то льстил, а кто-то тихо ненавидел. Рэквау особенно не утруждали своих рабов работой, зато тщательно следили, чтобы те нормально питались и прилично выглядели, да и пару ударов к'тошем научили самых задиристых не связываться с рабами гостей барона. Приобретенная еще на Атарияте привычка относиться к рабам как к наемным слугам не изменилась и здесь. Принцы были жесткими, но справедливыми и рачительными хозяевами. Их вещи должны были быть самыми лучшими. Приходилось соответствовать. Даже Торика стала выглядеть привлекательно — она набрала вес, посвежела, и стала часто напевать без слов, чего раньше за нею никогда не наблюдалось. Жанет, которому милорд Артуари сообщил о предстоящей поездке в столицу, вообще не ходил, а летал, мечтая блистать при дворе императора. Ну а Зик им Кот не отходили от милорда Сотеки, исполняя при нем роль оруженосцев.

Используя вновь обретенное влияние, Зик запретил другим рабам рассказывать Кейко о том, что происходит в лаборатории барона. А теперь Жанет одним словом поверг малыша в шок и испортил радостное настроение, которое не покидало парнишку с момента их отъезда с ярмарки.

— Эвон оно как… — вновь пробормотал сзади старик-раб и многозначительно посмотрел на чернокожего.

Зик окинул рабов долгим сочувствующим взглядом. Старик, хоть и был крепок, но уже свое пожил, а вот девушек и черного было жалко. Он перевел взгляд на Кейко. По лицу подростка текли слезы, он беззвучно плакал.

— Погоди ты расстраиваться, Жанету соврать — словно нитку переступить. Он, может, специально тебя дразнит. Возьми, утрись, — он протянул Кейко тончайший белый платок, так неуместно выглядевший на фоне его серой одежды, что подкидыш заулыбался. Зик, увидев это, смущенно пояснил, — это все, что от прежней одежды осталось.

— А куда ты ее дел?

— Жанету отдал. Пусть красуется. А я больше так одеваться не буду!

— А мне нравилось, — искренне сообщил Кейко, вытирая нос, — ты в ней такой красивый был, как милорд Сотеки. — Тут он покраснел и, сделав вид, что закашлялся, уткнулся в ладони.

Зик на него покосился, не издевается ли, но, не заметив на лице Кейко ни капли смеха, только покачал головой, а потом вспомнил, как Кейко выбирал подарки, и заулыбался.

— Зик и Кот! — голос милорда Сотеки эхом разнесся по корчме.

Зик и второй раб Тени с таким труднопроизносимым именем, что Сотеки дал ему новое, выскочили из-за стола, за которым завтракали в обществе Кейко и Жанета, и подлетели к хозяину.

— Будете сопровождать Кейко. Головой отвечаете! — Сотеки грозно нахмурил брови. — В полдень на площади будет проходить казнь преступника, милорд Артуари приказал принести пепел казненного. — Он сунул в руки Зика небольшую коробочку. — Что хотите делайте, но чтоб пепел добыли. Если не принесете — сами пойдете на удобрение. Ясно?

— Так точно, милорд, — оба раба склонили головы.

— Кейко!

— Да, милорд

Артуари.

— Веди себя достойно твоего хозяина. Когда будешь совершать покупки, помни, что я потребую у тебя полный отчет за каждую феечку. Жанет, ты идешь с нами.

Барон Денск с любопытством посмотрел на Кейко.

— Не слишком ли много вольности ты позволяешь этому рабу, мой друг? — с легкой усмешкой поинтересовался он, цепляя на пояс короткий меч, который с поклоном подал ему один из воинов сопровождения.

— О, нет, — улыбнулся Артуари, выходя в придерживаемую Жанетом дверь. — Думаю, дитя потратит медяки с умом.

— В замке все только и говорят о твоем юном рабе, яр Артуари. Половина склоняется к мысли, что это твой внебрачный сын, а вторая половина считает его твоим любовником. Думаю, ты ошибаешься. Мальчик потратит все деньги на сладости и качели. Готов заключить пари! — не успокаивался барон.

— Принимаю! — Артуари, улыбаясь, протянул Денску руку. — На щелбан!

Сотеки, идущий сзади, в голос расхохотался.

Они долго бродили по ярмарке, в негласном согласии старательно уводя Кейко от рынка рабов. И Кот, и Зик слишком хорошо себе представляли, что творится на огороженной высоким забором части ярмарки. Коту лично пришлось там побывать, и воспоминания об этом до сих пор иногда заставляли мужчину скрипеть зубами и просыпаться с криком посреди ночи.

Кейко, одетого в добротный дорожный костюм, с небольшим кинжалом у пояса, принимали за благородного. Сперва он смущался на обращение «яр», но потом вошел во вкус и даже прикрикивал на «своих рабов», правда, глаза его при этом озорно блестели. Парни с удовольствием включились в игру, кланяясь и заискивающе обращаясь к Кейко «юный хозяин». Подкидыш купил всем по большому блину со сладкой кашей внутри и по пузырю с узваром. Жуя на ходу, он с восторгом глазел по сторонам, выискивая лотки с одеждой. Он смотрел по сторонам, а его телохранители следили за ним. Кот, который шел впереди, внимательно оглядывал толпу, несколько раз замечая малолетних карманников, он делал страшное лицо и проводил пальцем по горлу, давая знать воришкам, что пощады не будет. Зик шел рядом с Кейко, иногда придерживая его за плечо, когда паренек слишком вырывался вперед. У рядов с готовой одеждой они наконец-то остановились. Кейко с независимым видом начал перебирать ворохом выложенные платья. Купчиха, обслужив толстую бабищу с тремя замызганными детьми, наконец-то повернулась в их сторону.

— Что желает юный яр? — с поклоном обратилась она к Кейко.

— Платье, — Кейко засмущался, но быстро взял себя в руки и, подражая милорду Артуари, безразлично добавил, — платье на каждый день, не дорогое. Для Торики. — Пояснил он сопровождающим его рабам.

— На какой размер? — уточнила женщина, вытаскивая из вороха одежды несколько платьев.

Кейко беспомощно оглянулся на Зика, но ответил Кот.

— Рост на голову ниже меня, тут, — он руками показал на грудь, — как у тебя, уважаемая, а талия вот такая, — он, сложив пальцы полукругом, продемонстрировал купчихе размер талии.

Зик и Кейко удивленно воззрились на Кота, но понимающе заулыбался только Зик.

Купчиха выложила на стол четыре платья. Серое Кейко сразу же откинул, коричневое не понравилось Зику, а вот темно-синее с белым кружевным воротником, с вышивкой по поясу и изумрудное с двойной юбкой понравилось всем. Осталось лишь выбрать, которое из них купить для Торики.

— Какого цвета у вашей девушки глаза? — поинтересовалась купчиха, видя замешательство Кейко.

Подкидыш с мольбой глянул на Зика, но опять ответил Кот.