Ангелы-хранители
Шрифт:
Когда Лем с Клиффом вышли из вертолета и поспешили по гребню хребта к ожидавшим их помощникам шерифа и лесничим, им навстречу дул горячий ветер, несущий запах сухой листвы и сосновых веток. Только пучки дикой травы, сожженные и истонченные июльским солнцем, сумели пустить корни так высоко над землей. Низкая жесткая растительность вроде мескитовых деревьев обрамляла верхние участки стен каньона, а внизу на более низких склонах и дне каньона росли деревья и зеленое подлесье.
Они находились менее чем в четырех милях к северу от города Санлэнд; в четырнадцати воздушных милях к северу от Голливуда и двадцати милях к северу от Лос-Анджелеса, а казалось,
Когда прибыли Лем с Клиффом, представители шерифа только что поместили останки в специальные мешки. «Молнии» еще не были застегнуты, и Лем увидел, что одной жертвой был мужчина, а другой женщина. Они были молоды и одеты как туристы, путешествующие пешком. Раны были ужасны; у обоих были вырваны глаза.
Число невинных жертв достигло пяти, и эти потери вновь заставили Лема ощутить свою вину за происходящее. В моменты, подобные сегодняшнему, он жалел, что отец не воспитал его вообще без всякого чувства ответственности.
Помощник шерифа Хэл Бокнер, высокий загорелый человек с удивительно пронзительным голосом, ознакомил Лема с личностями убитых и состоянием трупов.
— Судя по удостоверению личности, найденному у убитого, имя мужчины Сидней Трэнкен, возраст — двадцать восемь лет, проживал в Глендейле. На теле обнаружено множество следов укусов, еще больше следов когтей и ран. Горло, как видите, порвано. Глаза…
— Вижу, — прервал его Лем, которому не хотелось останавливаться на этих ужасных подробностях.
Люди из криминалистической лаборатории застегнули «молнии» на мешках. Раздался звук, прозвеневший в раскаленном июльском воздухе, как цепочка из льдинок.
Помощник Бокнер сказал:
— Сначала мы предполагали, что Трэнкен погиб от ножа маньяка. Время от времени появляется какой-нибудь маньяк-убийца, предпочитающий выслеживать жертв среди туристов здесь, в лесах, а не на улицах города. Мы так и подумали… сначала его зарезали, а уж потом, когда парень был мертв, все остальное сделали дикие животные, питающиеся падалью. Но теперь… мы не так в этом уверены.
— Здесь на земле не видно крови, — удивленно сказал Клифф Соамс. — Судя по всему, ее должно быть очень много.
— С ними расправились не здесь, — ответил Бокнер, а затем продолжил свой отчет: — Женщина, возраст — двадцать семь лет, зовут Руфь Казаварис, также из Глендейла. Ужасные следы укусов, раны. Ее горло…
Вновь перебив его, Лем спросил:
— Когда их убили?
— Предположительно, до получения результатов лабораторных исследований, можно сказать, что это произошло вчера поздно вечером. По нашему мнению, их тела перенесли сюда, поскольку их легче найти на вершине хребта. Здесь проходит популярный туристский маршрут. Но обнаружил трупы обычный пожарный патрульный самолет. Пилот посмотрел вниз и заметил распростертые тела на голом хребте.
Это высокогорье над каньоном Боулдер находилось более чем в тридцати воздушных милях к северу от пика Джонстона, где двадцать восемь дней назад, восемнадцатого
— Вы, конечно, осмотрите место, где были убиты эти двое, — сказал Бокнер. — Мы нашли его. И вам наверняка захочется увидеть и пещеру.
— Пещеру?
— Логово, — сказал один из лесничих. — Проклятое логово.
С самого приезда Лема и Клиффа помощники шерифа, лесничие и криминалисты бросали на них подозрительные взгляды, но Лема это не удивляло. Местные власти всегда относились к нему с подозрением и любопытством, поскольку они не привыкли к вмешательству такого солидного федерального учреждения, каким было УНБ. Но сейчас он вдруг понял: их любопытство иного свойства и сильнее обычного, и в первый раз почувствовал, что они боятся. Они нашли что-то — логово, по их словам, — это дало им основания полагать, что это дело еще более необычное, чем то, которое могло вызвать появление представителей УНБ.
Одежда Лема и Клиффа — костюмы, галстуки и начищенные до блеска ботинки — не была приспособлена для пешего путешествия вниз по каньону, но и тот и другой, не колеблясь, пошли за лесничими. Два помощника, криминалисты и один из трех лесничих остались рядом с трупами, и группа из шести человек стала спускаться. Они двинулись по неглубокой канаве, проложенной дождевыми стоками, затем вышли на оленью тропу. Спустившись на самое дно каньона, повернули на юго-восток и шли в этом направлении еще полмили. Скоро Лем покрылся потом и пылью, а его носки и брюки были все в колючках.
— Вот тут их убили, — сказал Бокнер, выведя их на просеку, окруженную сосновой порослью, тополями и кустарником.
На бледном песке и выгоревшей от солнца траве виднелись огромные темные пятна. Кровь.
— А прямо за вами, — сказал один из лесничих, — мы нашли логово.
Это была пещера в основании стены каньона глубиной, наверное, десять футов, шириной — двадцать футов и не далее чем в десятке шагов от небольшой просеки, где были убиты туристы. Вход в пещеру был в ширину примерно восемь футов, но довольно низкий, и Лему пришлось слегка пригнуться. Очутившись внутри, он смог распрямиться, поскольку до верха было высоко. В пещере стоял неприятный, затхлый запах. Свет проникал сюда через вход и дыру в потолке шириной в два фута, размытую водой, но все же там было сумрачно и на двадцать градусов холоднее, чем снаружи.
Лема с Клиффом сопровождал один лишь Бокнер. Лем понял: остальные не вошли с ними не из боязни, что в логове будет слишком тесно, а из-за чувства тревоги, которое оно вызывало.
У Бокнера с собой был фонарь. Он включил его и направил луч на те предметы, которые он хотел показать, разгоняя одни тени и заставляя другие перемещаться по пещере, наподобие летучих мышей, согнанных со своего насеста.
В одном углу на песчаном полу из кучи сухой травы высотой шесть или восемь дюймов было сооружено некое подобие ложа. Рядом с ним стояло оцинкованное ведро с относительно свежей водой, очевидно, принесенной сюда из ближайшего ручья, чтобы, проснувшись среди ночи, существо могло утолить жажду.