Чтение онлайн

– Ещё Арис отлично стреляет из арбалета. Такое впечатление, что он с ним давно знаком, а поэтому… – Судя по тому, как он скосил глаза на лежащее тело погибшего товарища, он мечтал ещё больше отомстить за его смерть: –Может, всё-таки пробежимся к седьмому «колесу»?

– Попробуем! – после короткого раздумья согласилась Дамилла. – Я впереди. Шенгаут за мной на дистанции пятнадцати метров. Остальные – за ним. Идём на цыпочках.

И отряд мягким шагом беззвучно двинулся к новой цели.

Всё-таки Саигава чувствовала

за собой вину в случившемся замужестве новой знакомой. Потому что на два дня почти забросила уход за своим стадом зубро-мамонтов, а всё освободившееся время посвятила вышедшей замуж подруге. «Почти» – потому что совсем забыть о стаде было невозможно. Громадных зверюг следовало выпасать, на весь день уводя в лес то в одну, то в другую сторону. А тут, словно по заказу, наступила оттепель, снег стал резко таять, и лес местами превратился в непролазное болото.

Конечно, что мохнатым горам с рогами, что удаву грязь преградой для передвижения не стала. Как и всё остальное племя, в особенности охотники, продолжало свой ежедневный труд на благо общества. Но по каким-то там правилам выпасать зубро-мамонтов в такие дни не рекомендовалось. А вот кормить следовало всё равно. Поэтому своего золотого питомца Саигава ежечасно отправляла с заданием: присмотреть за травоядными гигантами и подкормить их.

Вот Дончи и мотался к загородке и по лесу вокруг неё. Именно он очищал все ветки на деревьях на высоте до двадцати метров, попросту обламывая их своей пастью, как плоскогубцами. После чего, как трейлер-автозахватчик, перетаскивал ворох веток в загородку. Мамонтам хватало, они не буянили и не норовили снести балки своей ограды. Таким образом у пастушки и появилось свободное время, ну и можно сказать, что оно пошло на пользу землянке.

Жармин-Дарья научилась пользоваться местной кухней. Узнала, куда, к кому и когда можно отправляться за продуктами. И самое ценное, освоила местную систему расчёта, которая оказалась простой и действенной: бери сколько тебе надо, лишь бы оно было в наличии. Всё взятое записывалось, а потом сводилось старейшинами в книгу взаиморасчета, основанную на натуральном обмене. Всё добытое, собранное и сделанное соплеменниками сдавалось в общак, учитывалось, оценивалось в денежном эквиваленте и потом взаимно заменялось по древним, составленным сотни лет назад соотносительным расценкам.

Деньги в племени имелись, что личные, что общественные, но использовались исключительно при внешней торговле с островитянами или с обитателями Севера. Ещё реже монетки золота и серебра использовались в женских украшениях.

Попутно Саигава познакомила Жармин со всеми женщинами, с которыми они сталкивались эти два дня. Имён оказалось так много, что они смешались в голове кашей и стали бесполезны. А ведь к именам замужних женщин полагалось имя или имена мужей, что вносило ещё большую неразбериху в списке обитателей главного стойбища.

Между прочим, и у самой Жармин появилось дополнение в имени в виде «Зордеган-Серж». И на эту тему несколько раз прозвучал настойчивый совет:

– Тебе надо наведаться к старейшине Тейморану, для нанесения

твоего второго-третьего имени. Иначе некрасиво получается: ты и на свадьбе отсутствовала, и свой брак надписью на руке не закрепила.

– А если мне не нравится? – сердилась Дарья.

– Что за капризы? Этот закон обязателен для всех замужних.

– Но ведь это неприятно и больно, когда колют грязными иголками!

– Ты что, с луны свалилась? – недоумевала пастушка. – Или у вас на острове какие-то идиоты имена наносят? Тейморан просто пишет несмываемой краской на теле, она сохнет несколько минут, и всё. И это не навечно. Тот же старейшина имеет средство для смывания надписи в случае смерти мужа или развода с ним.

– Хорошо, тогда наведаюсь к нему в ближайшие часы.

Два дня пролетело в заботах и знакомстве, а землянка так и не навестила старейшину Тейморана. Хотя зарубку в памяти сделала: обязательно познакомиться со стариком, пообщаться с ним и желательно подружиться. Потому что дружить с человеком, имеющим такие краски и средства для их отмывания, – всегда полезно. Не иначе как старик разбирается не только в химии, и у него в запасе просто обязан быть солидный склад ингредиентов, кислот и разных химических соединений.

Зато целых два раза Саигава привозила Чернову в свой домик. Оба раза находила простенькие причины для этого: перекусить и забрать одежду, подлежащую переделке и подгонке, для одной знакомой швеи. Но на самом деле всё сводилось к попыткам пастушки неназойливо, мягко затащить партнёршу в постель.

В первый раз Дарья на это как-то не обратила внимания. Точнее говоря, не поверила, что после всего случившегося, да ещё и после ночи с двумя мужьями, любвеобильная ведьма осмелится склонять несчастную Жармин к интимным отношениям. Подумала, что ей показалось.

Но на второй день Чернова всё поняла чётко и конкретно. И не просто рассердилась, а взбесилась от такого поведения подруги. После второй ночи на супружеском ложе, когда молодые и полные сил мужчины изрядно замучили её своими ласками, Дарья Андреевна ощущала себя пресыщенной сексом, и само упоминание о нём вызывало чуть ли не отвращение. Тело оказалось страшно напряжено, любое прикосновение раздражало, а тут ещё и Саигава полезла обниматься.

Вот и наорала на неё, в гневе мешая новые для неё слова с привычными русскими:

– Да что же ты за сучка такая похотливая?! Как тебя в такие моменты вообще на близость тянет?! Не понимаешь, как мне сейчас тяжело и тошно? Или ты и на смертном одре обниматься полезешь?

Может, Саигава на такую реакцию и обиделась, но виду не подала. Даже рассмеялась, словно все предыдущие действия задумывались как дружеская шутка:

– Ладно тебе, не сердись! Просто я подумала, что ты быстрей вернёшь себе спокойствие, после того как мы с тобой расслабимся. А раз ты ещё к такому не готова, то выбирай цель нашей следующей поездки: либо на Ведьмовскую гору, либо в дальнее стойбище за Восточным болотом. Оно так и называется несуразно «За Восточным». Ты ведь хотела пообщаться с мастером по изготовлению стекла…