Чтение онлайн

Здание морга на удивление оказалось не скромным подвальным помещением, а масштабным мегалитическим сооружением. От контраста розочек и скромных больничных корпусов с серповидной многоэтажкой Петров даже запнулся и сбив дыхание согнулся перед широкими раздвижными дверями. Серые пластиковые панели послушно заскользили в стороны и снова замкнулись, и снова открылись, и... Перед глазами запыхавшегося сотрудника ФСБ появились стройные ножки в лаковых лодочках, а хрустальный голосок из поднебесья поинтересовался:

— Вам помочь?

Собравшись

с духом Петров выпрямился и хотел сразить «ангела» мужским обаянием, но встретившись взглядом с двумя Лунами лишь шумно выдохнул и резко прошел мимо сотрудницы.

Внутренняя отделка не меньше внешней производила впечатление широтой размаха современной мысли художника о вечном. В ровном рассеянном свете стояли статуи богов, богинь и ангелов. Человек любого вероисповедания найдет здесь что-то свое родное и близкое. Но все это великолепие и даже «ангел» с лунными глазами заставили Петрова сжаться в один оголенный нерв.

— Меня интересует Чембаров, — зазвенел голос Петрова отражаясь от мозаичных стен, и майор сам удивился холодности и резкости собственного тона,- его должны были привезти из отделения интенсивной терапии примерно минут сорок назад.

— Это вам надо обойти здание с другой стороны, — спокойно ответила «ангел», — всех оформленных по больничной карте отправляют туда.

«Да, что ж за день-то такой? Посылают и посылают!» — еще больше распалился Петров и вслух спросил:

— А так?

Он выставил удостоверение прямо перед двумя не моргающими лунами. «Ангел» отшатнулась, но снова спокойным голосом сообщила:

— У нас есть служебный коридор, пойдемте, я вас провожу.

«Вот и ладненько, вот и хорошо,» — думал Петров следуя за хрупкой спутницей, — «все быстрее будет, чем бегать вокруг».

Еще через полчаса, выйдя в сумерки больничного городка, майор достал смартфон и собравшись с мыслями набрал знакомый номер.

— Игорь Матвеевич, Чембарова кремировали.

Петров понимал всю абсурдность донесения и терпеливо ждал, когда начальник примет столь неожиданный факт потери подозреваемого и нарушит затянувшуюся паузу каким ни будь очередным приказом.

— Да, все будет в отчете. И еще, надо экспертов сюда прислать. Я приказал выключить печь, подозреваю, что останков там нет. Да, но прошла смена и провести следственные мероприятия по горячим следам затруднительно. Хорошо. Через полчаса я вышлю адреса и фамилии сотрудников, непосредственно принимавших участие в исчезновении Чембарова.

Положив трубку Родимов довольно улыбнулся. День складывался необычайно хорошо.

Архипов на крючке — не подозревает, что его засекли в кафе, напротив сквера, где он оставил американского шпиона смотреть вечный сон.

«Английские бульдоги сейчас грызутся, как крысы...» — мысленно смеялся генерал. — «Не расстраивайтесь, сэры, я оставил вам ваше "надежное" звено. Чокнутого Арабаса... Господи, кто же

клички-то у вас им придумывает?! Никакой фантазии. Какой из Архипова Арабас — одно из мифических воплощений воина тьмы, пособника Дьявола?!»

Внезапно, генерал ухватился за воспоминание о героях в сказаниях кельтов покоренных англосаксами.

«Не может быть...», — понял подсказку Родимов и настороженно опустился в кресло — «Очевидная параллель, явный указатель, а я все это время мимо проходил?! Стоит увеличить контроль за Архиповым...»

Монитор мигнул красной иконкой и генерал облегченно вздохнул: — «Наконец-то, Вася!»

Теперь надо готовиться к встрече неподалеку от круглосуточного торгового комплекса, стоящего в радиусе двухъярусной автомобильной развязки, с фасадом выходящим на набережную, а задним двором в череду подворотен, двориков, домиков и домов.

Рассвет в тайге совершенно особенный — чистый, как слеза, дурманящий и невинный, как первый поцелуй. Можно расслышать каждое прикосновение иголочек вековых сосен к тончайшему хрустальному воздуху.

Небо раскрывает объятия навстречу свету, солнечные переливы, как весенние ручейки — изгибаясь между вершинами деревьев и холмов, пробивают во тьме дорогу новому дню.

Любой посторонний звук, движение случайной тени в древнем порядке воспринимается, как угроза хрупкому и дорогому.

Слева, метрах в тридцати от раскидистого папоротника, над юной березкой показалась полоска светотени. Можно было бы подумать, что это отбившийся луч Солнца заблудился среди деревьев, но опытный охотник не ошибется — это чужой в тайге.

Аккуратно подняв винтовку Юн Минь приготовилась к встрече с противником.

Фигура возникла мгновенно, как хитрый тигр выпрыгивает в упор, рассчитывая одним прыжком, одним ударом лапы, одним движением мощных челюстей убить.

Немедля ни секунды Юн выстрелила. Винтовка издала приглушенный хлопок. Неокрепшая березка тихо хрустнула, согнувшись под сраженным телом. Величественность рассвета осталась ненарушенной ни криками, ни треском, ни выстрелом.

Сжимая в левой руке миниатюрный пистолет Юн двинулась вперед. Солнце милостиво раздвинуло лесной мрак, под робким светом новорожденного дня женщина с трех шагов признала в распластанной фигуре бывшего мужа.

Справа, с винтовкой наперевес, подоспел Бутар и спросил опередившего на несколько шагов Килки:

— Живой?

— Живой, — ответил Килки поднимаясь.

— Несите в лагерь, — приказала Юн, не давая повода усомниться в том, что она впервые видит раненого.

Выбрав для ожидания внешнюю парковку, Игорь Матвеевич отправил водителя в торговый комплекс. Где-то на востоке рассвет согревает новый день. Через два часа июльская жара резвым скакуном в солнечных пятнах ворвется в южный город.