Аналог
Шрифт:
Подавляя инстинктивное желание заложника оказать физическое сопротивление, Иван обдумывал план по возвращению доверия.
К сожалению, грубая сила в данной ситуации была совершенно бесполезной.
Где-то в недрах здания загудел генератор.
Иван поморщился от бессилия и зная лишь единственный доступный способ снять напряжение — физические нагрузки, стал отжиматься.
— Сергей, все готово! — сообщил Василий.
Последние систематизированные данные оживили быстро сменяющимися строками монитор Сергея и тот удовлетворенно кивал головой, делая пометки в нужных листах.
Василий
— Я, хочу пойти в город.
— Нам необходимо оборудование, но не до такой степени, чтобы рисковать тобой! — отозвался Батя не отрываясь от уравнений.
— Нам нужна информация. Кроме меня никто не знает где ее получить, — спокойно сказал Погон, — и оборудование я доставлю не хуже Сыча.
Помогая Федоре подключать отвод, напоминающий широкую рифленую муфту, Антон процедил сквозь зубы:
— Конечно, рисковать Погоном нельзя, а Сычом можно. Кто такой Сыч? Безмозглый кусок мышц, а Погон, прям, мышца с мозгами!
— Не язви, Антон, — холодным тоном отозвался Батя.
— Можешь и ты пойти, и наши шансы потерять открытие уменьшатся.
Федора хихикнул, оценив шутку, а Сыч не выдержал язвительной атаки и вынырнув из технического узла пружинистым шагом приблизился к Погону.
С дистанции в несколько шагов в обоих тренированных телах щелкнули тумблеры готовности к схватке, адреналин мгновенно раскалил мышцы, и соперники бросились друг на друга.
Присутствующие оставили дела и в напряженной тишине наблюдали за происходящим каждый со своего ракурса.
Больше всего эмоций отражалось на лице юного воспитанника покойного философа. Костя несомненно винил себя в отсутствии сопротивления агрессору, нанесшему смертельную рану другу.
После каждого удара достигшего цели, молодой человек что-то шептал, словно надиктовывал задание собственному телу.
Воздух в лаборатории наполнился едкой смесью запаха мужских гормонов, пота и крови. Соперники себя не щадили — полный контакт при отсутствии границ правил.
Сыч явно превосходил Погона в мышечной массе и его удары Василий переносил на несколько секунд дольше чем сам Антон от соперника. Зато Василий превосходил соперника тактически и чаще всего проводил серию точных ударов, а не один-единственный.
Мало кто сомневался в победе Погона, что и подтвердил начальник службы безопасности завершив бой удушающим приемом.
Отстранившись от соперника, Сыч рявкнул:
— Если бы я тебя приложил об угол трансформаторной линии, ты бы уже был трупом!
Погон повел плечами и ответил:
— Попробуй...
Сыч сплюнул и поспешил покинуть место боя. Костя спрыгнул с верхних креплений и направился за товарищем.
— Здорово ты его! — закрыв дверь произнес парень стоя за спиной друга.
— А, ничего здорового. Он мастер.
— Так чего же ты?
— Да надоело! И так всем все понятно, зачем нагнетать?
Костя ничего не понял о нагнетании, с его точки зрения — это Сыч вспылил, но говорить об этом факте он не собирался.
Друзья молча направились к лестнице уходящей почти вертикально вверх к выходу из подземного бункера.
Летний вечер еще не наполнился прохладой,
Территория же части в соответствии со стандартами здравоохранения исчезнувшей страны выглядела аквариумом с чистым воздухом в кольце газовой атаки. Деревья, трава и кустарники буйствовали и уже напоминали то ли рощу, то ли лесок. Вот и выход из бункера находился среди тенистой посадки упиравшейся пышными кронами в загородную холмистую равнину, на которой засыпало красное солнце.
Отвернувшись от картины задыхающегося города Сыч спросил:
— Хочешь научу парочке приемов?
Костя радостно закивал белокурой головой, но засомневался:
— А это не повредит моим новым способностям?
Почесав подбородок Антон обернулся к угасающему светилу и вполне серьезно произнес:
— Если ты не сможешь защитить себя в угоду научному прогрессу, зачем тебе этот прогресс?!
Неслышно преодолев последние ступени у выхода, Погон прижался к стене и прислушался к разговору.
— Наверно так бы сказал Петрович, — вздохнул Костя и уронил голову на неокрепшую юношескую грудь.
— Слушай, я давно тебе хотел сказать, Петровича не спасли мы все. Но даже если бы мы стояли кольцом вокруг него, соперник бы придумал другой способ атаки. Ты пойми, в завершении противостояния всегда есть победитель и побежденный. Например, сейчас я уступил в поединке Погону и что? Мне теперь убиваться? Что ты так смотришь на меня? Я вполне серьезно. Погон меня победил в рукопашке, а ведь это мог быть поединок с сотнями бойцов, которых бы мы вели в бой или по разные стороны континентов целые армии отправляли на смерть.
Ты когда ни будь видел, читал или слышал о героях воинах покончивших жизнь самоубийством из-за поражения?
Что ответил Костян Погон не расслышал, но предположил, что парень точно так же, как и Сыч когда-то в ответ на слова самого Погона, отрицательно покачал головой.
Василий коротко взглянул на закатный луч, часть пейзажа доступную подсматривающему и так же бесшумно, как пришел скрылся в подземелье оставив солдат своего времени постигать мудрость силы воли.
Сейчас надо решить основную задачу — выбраться в город. Случившаяся стычка совершенно не входила в планы и лишь затрудняла и без того непростую ситуацию. Погону необходимо отправить донесение об успехе научной группы. А сделать это можно только в условленном месте.
Проходя мимо инженерного блока, ставшего на время камерой изобретателя, Погон прислушался и сделав вывод об услышанном за тяжелой дверью, мысленно обратился к арестованному:
«Физические нагрузки хороши для здоровья, но ты будешь не первым, кому они повредили...»
Обдумывая очередную «вылазку в мир» Василий неслышно скрылся в темном коридоре.
Близился кодовый час для сообщения — подтверждения встречи в давно условленном месте.
«Более тянуть нельзя! Сколько уже пропущено встреч... Ни одной не было...» — нервничал генерал Родимов, расхаживая по кабинету, как лев в клетке. — «Ты хорош, Вася, хорош. Но хорош уже! Давай связь. Со всех сторон к вам подбираются шакалы».