Чтение онлайн

Покинув Белен, наш самолет все время летел над рекой Амазонкой. Амазонка! Страна амазонок. Легендарная земля сказочного народа, где живут и властвуют одни женщины. Когда Аполлоний Родосский поведал миру о похождениях аргонавтов, отправившихся в поисках «золотого руна», одним из самых интересных приключений, случившихся с ними во время путешествия, была встреча с амазонками. И потом, позже, Юстин, писатель и историк II века нашей эры, рассказывал в своей Трога Помпея, как амазонки, жившие в Каппадокии, избавлялись от детей-мальчиков, а девочек воспитывали воинами. В странах Азии бытуют легенды о народе, состоявшем целиком из женщин, которые в незапамятные времена двинулись на запад и завоевали там целый континент. Среди арабских народов встречаются рассказы о женском племени, обитавшем в Ливии. И когда испанцы стали завоевывать Южную Америку, отправляя туда одну экспедицию за другой, многие участники их были уверены,

что на новых землях они обязательно должны встретить народ, состоящий из одних женщин, народ амазонок. Когда Франсиско де Орельяно, один из ближайших помощников испанского конкистадора Писарро, услышал в Кито от индейца историю о женщинах-воинах, обитавших на берегу большой реки так далеко от Кито, что юноша, отправляющийся навестить это племя, добирается до него зрелым мужчиной, а возвращается домой стариком, де Орельяно ни на минуту не усомнился в достоверности рассказа. Испанцы, спускаясь вниз по течению большой реки, все время с минуты на минуту ждали встречи с племенем женщин. Много раз им приходилось вступать в стычки и вести настоящие сражения с индейскими племенами, нападавшими на непрошеных гостей; и несколько раз испанцы замечали, что рядом с мужчинами находятся женщины, которые, так же как и воины, стреляли в белых пришельцев из луков и даже орудовали палицами. Орельяно и его люди были в сомнении: может быть, действительно им приходилось сражаться с женским племенем, у которого в подчинении находились мужчины? Оставшиеся в живых испанские воины, рассказывая потом о пережитой эпопее, часто даже забывали упомянуть об участии в минувших сражениях индейских мужчин-воинов, концентрируя все свое внимание на женщинах, стрелявших из луков.

В конце концов поход Орельяно и его товарищей по большой реке стал называться походом по реке, где живут амазонки. А сама река — Рио-Амазонас, Река амазонок. Мы же почему-то называем ее просто река Амазонка (одной какой-то амазонки).

Сейчас самолет летел в официальную столицу штата Амазонас, в самый крупный центр бассейна реки Амазонки город Манаус. В 1669 году на том месте, где река Негро сливается с Амазонкой, была построена глиняная крепость, вокруг которой впоследствии стали вырастать постройки будущего Манауса. В наши дни глиняной крепости уже не существует, и на ее месте воздвигнуто общественное здание. Когда путешественник приезжает в Манаус и заходит в здание, ему всегда поясняют: на этом месте столько-то лет назад была заложена крепость, положившая начало созданию нынешнего города Манауса — гордости штата Амазонас.

Среди городов Бразилии Манаус стоит на восьмом месте по числу жителей. Он самый крупный речной порт страны, через который ежегодно проходит более 1300 кораблей.

Если сейчас вы попадете в Манаус, то заметите, что он во многом отличается от того города, в котором я впервые побывал в начале шестидесятых годов. Сейчас в Манаусе колоссальное количество автомашин, очень бойкая торговля, число жителей увеличилось, может быть, наполовину, если не больше. Но все дело в том, что 28 февраля 1967 года район Манаус был объявлен «зона франка», то есть зоной свободной торговли, свободной от таможенных пошлин. Это было сделано для поощрения экономического развития района Амазонки и, безусловно, дало свои плоды. Так, в 1972 году свободная зона получила 16,2 миллиона тонн товаров, которые поступали из 52 стран (в том числе из Советского Союза поставлялся цемент). В Манаусе ведется большое строительство, сооружено четыре телевизионные станции, но больше всего заметен рост количества магазинов. В настоящее время там открыто около 600 магазинов, где торгуют промышленными товарами из всех стран мира. Туристы здесь не такие, как в других местах Бразилии. Сюда они не приезжают, чтобы полюбоваться природой, совершить прогулки по реке Амазонке, сюда наведываются с корыстной целью — купить промышленные товары, которые продаются в Манаусе вдвое дешевле, чем в других районах Бразилии.

Среди многих десятков тысяч жителей города Манауса меня интересовал практически один человек — владелец торгового дома «Акварио Рио-Негро». Судя по имени, он должен был быть или немцем, или австрийцем. Звали его Ганс Вилли Шварц. С его помощью можно было рассчитывать на организацию экспедиции к Рио-Негро, чтобы своими глазами увидеть, как ловят большого питона.

Торговый дом Ганса Вилли Шварца находился недалеко от портовой улочки. Все заведение располагалось на первом этаже. И пока посетитель проходил небольшое расстояние от входной двери до комнаты, где помещалась контора, ему могло показаться, что фирма занимается оптовой продажей бисквитов, так как в коридоре рядами стояли картонные коробки из-под печенья. Ганс Шварц оказался очень любезным австрийцем лет шестидесяти.

Прочитав адресованное ему рекомендательное письмо, Шварц вздохнул огорченно и сказал:

— Очень

жаль, очень жаль, что вы приехали не совсем в подходящее время. Ведь лучший месяц для нашей экспедиции был бы октябрь. Правда, я говорю об идеальном времени. Но уж раз вы здесь, то мы попытаемся добиться успеха и сейчас. Может быть, это и к лучшему, потому что питоны, — пошутил Шварц, — никогда не ждут к себе в гости охотников в феврале. А мы возьмем и придем. Давненько я не ходил на питонов, а все из-за отсутствия заказов. Перевозка их стоит очень дорого, и перекупщики, поставляя живность в зоологические сады, предпочитают не заниматься питонами, а иметь дело с рыбками. По правде сказать, и мне приятнее и гораздо выгоднее продать несколько тысяч рыбок, чем одного питона. Вы не представляете, сколько с ним мороки.

Торговля рыбами была специализацией фирмы Ганса Шварца. Торговал он в основном даже не взрослыми рыбами, а мальками. Пригласив осмотреть его хозяйство, Шварц подошел к ближайшей картонной коробке и открыл ее. В ней лежал большой пластиковый мешок с несколькими литрами воды, в которой плавало около полутора сотен крошечных рыбешек, каждая примерно в сантиметр длиной.

— Посмотрите, — Шварц показал на стеллажи, сплошь уставленные картонными коробками, — в каждом из таких домиков около ста пятидесяти мальков тропических рыбок. За этими рыбками два раза в месяц я хожу с несколькими рабочими недалеко вверх по течению Рио-Негро. Правда, последние несколько месяцев сам перестал принимать участие в экспедициях, потому что у меня есть очень хороший помощник. За каждую рыбку я плачу рабочим три крузейро. Сегодня ночью мы запакуем коробки. Мешок герметически закрывается, и потом в него накачивается кислород — количество, достаточное для спокойной жизни рыбок, по крайней мере, в течение двух суток. Утром все коробки погрузим на специально зафрахтованный самолет, и через двадцать четыре часа груз прибудет в Соединенные Штаты, сделав всего-навсего одну остановку в Британской Гвиане, потому что без промежуточной посадки не обойтись.

— Скажите, а кто же станет тратить такие колоссальные деньги, нанимая специальный самолет для перевозки подобной мелюзги?

Шварц засмеялся.

— Самолет арендую я. Вы, конечно, понимаете, что я не стал бы делать этого из альтруистических соображений. Филантропия здесь ни при чем, и за мой счет я не стану дарить рыбок тысячам американских детей. У меня трезвый коммерческий расчет. Оптовые покупатели из Соединенных Штатов платят мне за каждую рыбку по полдоллара. Даже арендуя самолет, я имею чистой прибыли почти четверть доллара с каждой рыбки. Эти рыбки не простые, эти рыбки золотые.

Шварц также занимался и ловлей зверей, выполняя специальные заказы различных зоопарков. Он, кроме того, выращивал небольших крокодилов — вернее, он ловил маленьких крокодильчиков, только что вылупившихся из яйца, привозил к себе в «Акварио Рио-Негро» и выдерживал там около трех недель, ожидая, пока крокодильчики немного окрепнут и по состоянию здоровья будут способны перенести длительное воздушное путешествие. Около входа во внутренний дворик стояла небольшая посудина, и в ней плескалось штук двадцать пять небольших крокодильчиков, сантиметров по десять каждый.

Встретиться решили на другой день вечером и обговорить детали предстоящей экспедиции. Ботик, на котором экспедиция должна была отправиться ловить питона, находился еще на реке Тапажосе, и Ганс Шварц рассчитывал на его возвращение в Манаус через три дня.

— На всякий случай зайдите завтра днем, примерно в это время, может быть, я получу какое-нибудь сообщение из Сантарена от помощника. Если у него все в порядке, то он быстро доберется до Манауса, и мы тронемся в путь в гости к питону в конце недели.

Торговый дом Шварца находился недалеко от района порта. Можно было воспользоваться случаем и разыскать адресата имевшегося у меня рекомендательного письма. Прежде всего пришлось пройти мимо знаменитых портовых складов. Их сооружение стоило в свое время колоссальных денег. Склады имеют форму буквы «Т» и расположены на воде с таким расчетом, что любое судно может подойти к ним и разгрузить свой товар.

Склады возвышались на столбах над поверхностью реки примерно на шесть-семь метров. Дело в том, что разница в уровне между периодом дождей и сухим периодом на Амазонке равняется десяти метрам. Наименьший подъем воды в период дождей был в 1926 году и равнялся четырем метрам десяти сантиметрам. А в начале века, в 1907 году, был зарегистрирован самый большой подъем воды в Амазонке — пятнадцать метров пятьдесят сантиметров. Тогда еще склады не были построены, и пострадали жители улиц, расположенных в низине. В Манаусе до сих пор вспоминают и о разливе 22-го года. Тогда вода поднялась очень высоко, и недоставало всего каких-нибудь трех с половиной сантиметров, чтобы перевалить через каменную стену, отгораживающую причалы от города.