Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

Я понял, что обречен.

Немного подумав, я живо представил себя путешествующим по неизведанным мирам в сопровождении табурета. В более глупом положении я еще никогда не оказывался.

– А вот этот, - я указал на табурет, - что, так и будет таскаться за мной?

– Не таскаться, а сопровождать, - вежливо поправил меня табурет.
– И почему "этот", у каждого мыслящего существа должно быть имя. Подумал бы лучше над этим.

– А тебе какое больше нравится?
– равнодушно спросил я.
– Пень? Колода? Чурбан?

– Вот только

без оскорблений. Мне всегда нравилось имя Эммануил. Звучно и красиво. Знаешь, философ такой был, Эммануил Кант.

– Может тебя просто Кантом и называть?
– не удержался и съязвил я. Потом Кант не единственный философ. Вот был еще один, связанный с чертовщиной. Хома Брут. Решено, буду называть тебя Хомой.

– Но Эммануил мне нравится больше, - запротестовал табурет. В его голосе явственно послышались расстроенные нотки.

– Нет. Хома. Так короче.

– Как прикажешь, Мастер.

– И вот, что еще. Перестаньте величать меня Мастером. Мне это не нравится. Зовите просто - Александр.

– Да, Мастер Александр, - проскрипел табурет.

Я хотел пнуть его, но Хома ловко увернулся и спрятался за спину Овида.

Гостиница "Зайди и останься" оказалась третьеразрядным вертепом.

По ночам внизу, в трактире, орали песни и дрались. Визжали девицы и басили их сутенеры. Ближе часам к трем утра обязательно заявлялись стражники и требовали своей доли. Иногда деньги им отдавали безропотно, иногда - били. Тогда, уже совсем ближе к рассвету, стражники возвращались с подмогой, и утром, спускаясь по шаткой лестнице из своего номера в трактир для завтрака, я брезгливо перешагивал через черепки посуды и пятна крови.

На четвертый день я уже был сыт своими приключениями по горло, но ничуть не приблизился к цели - разыскать осколки зеркала и найти Людмилу.

Даже Овид мало чем мог помочь, хотя, надо признаться, если бы не он, пришлось совсем туго.

В первый момент Овид решительно заявил, что его дело нести караульную службу, - кстати, и смена скоро, - а не шастать со мной по всем мирам в качестве сопровождающего. Но к этому времени я уже уяснил, что руна дает право не только просить, но и приказывать, так что послушник, ворча, впрочем, и чертыхаясь, все же последовал за мной.

О Хоме и говорить нечего, он с самого начала был придан мне Дер-Виддом в качестве постоянного спутника. Через день или два я привык к ходячему и разговаривающему табурету настолько, что и не помышлял даже о том, чтобы от него избавиться, несмотря на его скверный характер.

Сами жители называли свою страну Микст, хотя я немедленно окрестил ее Помойкой. Грязь на улицах царила необыкновенная.

Собственно и страной в полном смысле Помойку можно было назвать с трудом. Микст состоял из столицы, которая также именовалась Микст, и предместий с нескольким десятков ферм. Что находилось дальше, не знал никто, да это никого и не волновало. Окружающий и замкнутый мир воспринимался как данность.

Для того, чтобы устроиться даже в такую скверную гостиницу, Овиду пришлось сразу же продать на базаре

свою замечательную шпагу.

Расставался он с ней почти со слезами.

"Настоящая толедская сталь, - бормотал он.
– Из настоящего мира."

О настоящем мире в Миксте знали немногие, но вещи из него ценились очень дорого. Их происхождение приписывали сильному колдовству, запрещенному законом, в отличие от бытовых заклинаний, которые как раз были здесь делом самым обычным.

Овид объяснил, что о настоящем мире знают только посвященные, так как друиды тщательно следят за тем, чтобы никто из жителей мира Хезитат не проник сквозь зеркальный вход в реальную действительность.

– Возникнет лишняя путаница, - строго читал мне лекцию Овид.
– Итак некоторые постоянно заглядывают в настоящий мир через зеркала с помощью заклинаний. Они пользуются зеркалами, как окнами, и таких окон много, а вот дверь всего одна.

– Теперь ни одной, - сварливо напомнил Хома.

Табурет стал в последнее время невыносимо раздражительным и постоянно пилил меня за то, что не ищу осколков, а я просто не знал с чего начать, и это также не улучшало моего настроения. Мы постоянно ссорились.

Из рассказов Овида ясно было пока лишь одно - осколки зеркальной двери в Хезитат не дают отражения и кажутся обыкновенными стеклами. В них могут отражаться только люди и предметы из настоящего мира. С одной стороны, это облегчало поиск, но, с другой - подобное свойство осколков делало их в глазах обитателей Микста ненужным стеклянным хламом. О входном зеркале знали, конечно, посвященные, но где уверенность, что осколки попали именно в их руки.

На четвертый день нашего пребывания в Миксте я проснулся в дурном расположении духа.

Ночью, естественно, внизу опять дрались и орали.

В конце концов Овид не выдержал и отправился к хозяину, чтобы высказать все, что думает о его заведении. Кончилось это тем, что Овида чуть не арестовали стражники, придравшись к тому, что у него не поставлена кроме круглой еще и треугольная печать на гостевом свидетельстве.

Овид правильно оценил обстановку и в драку ввязываться не стал, а просто сотворил недостающую печать с помощью незатейливого колдовства, но было уже поздно, с него все-таки содрали приличный штраф в пользу городской управы.

В результате денег у нас осталось на двухнедельное проживание в гостинице при самом скромном питании.

Кроме непролазной грязи Микст поразил меня еще и тем, что невозможно было понять, в каком веке застряло это государство.

Здесь, например, совершенно естественным образом соседствовали вполне современные, но плохо действующие водопровод и телефон с архаичными шпагами и алебардами, жители носили костюмы, какие не встретишь и на самом разнузданном карнавале. По улицам ходили представители всех рас и народов, но никого это не удивляло. Не удивлял никого и живой табурет. Хома совершенно свободно мог заговорить в лавке, прицениваясь к товару, и ему отвечали, как и любому посетителю, имеющему деньги.

Поделиться:
Популярные книги

Кодекс Охотника. Книга XXIX

Винокуров Юрий
29. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIX

Орленок

Горъ Василий
2. Щегол
Фантастика:
аниме
фэнтези
5.00
рейтинг книги
Орленок

Инженер Петра Великого 6

Гросов Виктор
6. Инженер Петра Великого
Фантастика:
альтернативная история
фэнтези
попаданцы
4.75
рейтинг книги
Инженер Петра Великого 6

Исповедальные беседы

Бергман Ингмар
Документальная литература:
биографии и мемуары
6.25
рейтинг книги
Исповедальные беседы

Звездная Кровь. Изгой

Елисеев Алексей Станиславович
1. Звездная Кровь. Изгой
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Звездная Кровь. Изгой

Глава рода

Шелег Дмитрий Витальевич
5. Живой лёд
Фантастика:
боевая фантастика
6.55
рейтинг книги
Глава рода

Философия как духовное делание (сборник)

Ильин Иван Александрович
Научно-образовательная:
философия
5.00
рейтинг книги
Философия как духовное делание (сборник)

На обочине 40 плюс. Кляча не для принца

Трофимова Любовь
Проза:
современная проза
5.25
рейтинг книги
На обочине 40 плюс. Кляча не для принца

Хлыст

Эткинд Александр Маркович
Научно-образовательная:
история
политика
религиоведение
5.00
рейтинг книги
Хлыст

Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде

Зиновьев Александр Александрович
Проза:
русская классическая проза
6.25
рейтинг книги
Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде

Мир философии

Гуревич Павел Семенович
Научно-образовательная:
философия
5.00
рейтинг книги
Мир философии

Эммануэль

Арсан Эммануэль
1. Эммануэль
Любовные романы:
эро литература
7.38
рейтинг книги
Эммануэль

Ian Gillan. Дорогой славы

Дрибущак Владимир Владмирович
5. Пурпурная семейка
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
Ian Gillan. Дорогой славы

Дважды одаренный. Том IV

Тарс Элиан
4. Дважды одаренный
Фантастика:
городское фэнтези
альтернативная история
аниме
7.50
рейтинг книги
Дважды одаренный. Том IV