Альтурион
Шрифт:
Монотонность прервал внезапный хруст ветки за спиной. Кира только хотела обернуться, но тут же почувствовала твердые пальцы на своей шее. Инстинктивно девушка обернулась и увидела испуганные глаза Полины, которую тоже схватили.
«Надо подать Махине знак!» — проскочило в мыслях.
Она попыталась крикнуть, но из горла вырвалась только каша звуков. Тело вдруг обмякло, и девушки медленно осели на землю.
«Что это такое?! Почему тело не слушается меня?» — Кира изо всех сил пыталась поднять руки и что-нибудь сделать, но вместо этого легла на спину. Она широко раскрытыми от испуга глазами смотрела на Полину, лежащую напротив.
Кто-то взял ее за лицо и повернул на себя.
— Так-с,
На нее, словно из кошмаров, смотрело уже знакомое лицо, скрытое маской. Вот только половина головы у бандита была забинтована, а один глаз заплыл и смотрел в другую сторону.
— Долго же вас не могли найти. Но я оказался прав! Так прав! Вы не могли далеко убежать и где-то прятались. Я так и знал!
Он ударил Киру кулаком по лицу. Из глаз полетели искры, на щеке появилась что-то теплое и жидкое. Ее накрыло волной пульсирующей боли. Тут же последовал следующий удар — пинок в живот.
— Так тебе и надо! Посмотри, что ты сделала со мной! За это вы расплатитесь обе, но сначала я вас изобью так, что будете умолять о смерти.
Кира услышала удар, похоже, это досталось Полине.
— Но сначала мне надо показать вас ему. Он должен знать, что я вас нашел. Ха-ха, так, потяните еще время, но все равно, это вам не поможет.
Кира почувствовала, что ее поднимают, перебрасывают через плечо и куда-то несут.
«Как же так, я же сама проломила ему голову камнем?! После такого почти нереально выжить! Что теперь с нами будет?»
Ответов на эти вопросы не было. Оставалось только висеть и ждать своей участи.
***
Выйдя из портала, отряды пустились в легкий бег, следуя инструкциям. Максим повел своих воинов чуть западнее — к тому самому ручью, чтобы сломать опоры стены и пробить путь в тыл врага. Геннадий ушел на холм, чтобы осыпать врагов стрелами с верхней позиции, а заодно и прикрыть остальных. Ярослав с Лизой направились к главным воротам. Все старались держать такую скорость, чтобы прийти к своим пунктам одновременно и поочередно начать атаку. Сначала отряд «П» привлекает внимание атакой на главные ворота. Затем «Д-один» делится на две части, одна из которых пытается уменьшить количество врагов, на сколько хватит сил, атакуя с вершины. А вторая зачищает поместье, расположившееся чуть дальше на соседнем холме, и только потом пытается пробить себе путь в центр деревни, пока враг занят другими. Последним нападает отряд «Д-два», штурмуя стену.
В случае непредвиденных обстоятельств отряды могли поменять роли и время атаки, чтобы рассредоточивать оборону деревни. Общий план был в том, чтобы атаковать и отступать, изводя противника. При этом отряды старались не показываться полностью, чтобы трудно было подсчитать их численность. Максим назвал эту стратегию «Черное море».
Цель мелькнула среди деревьев. Вот она!
«Остальные группы должны были уже добраться. Начинает Ярослав. Шума пока не слышно», — думал Максим, пока сидел в зарослях, разглядывая деревню.
Все вокруг было усыпано снегом. Стояла настоящая холодная зима. При этом деревья не лишились своей листвы, разбавляя белизну зелеными красками. Сердце барабанило, как бешеное. Почему-то начали приходить в голову образы из детства. Он вспомнил, как потерял мать. Отец воспитывал жестко, но позволял играть. Только в эти моменты отпрыск его не беспокоил, поэтому он закрывал глаза на увлечения Максима. Позднее его забрала бабушка, и по сей день он жил с ней. Денег много не водилось. Когда был свободен от учебы, подрабатывал, где придется, чтобы помочь бабушке и на остатки купить себе хорошее оборудование для игр. Но, как оно обычно бывает, его обманывали то тут, то там. Хотя старался парнишка изо всех сил и был очень исполнительным. То зарплату урежут, сославшись на какой-нибудь
«А ведь это уже не просто игра… — думал он, готовясь к атаке. — Здесь на кону стоят реальные жизни людей…»
Дунул холодный ветер, отрезвляя горячие головы соклановцев. На этой стороне портала оказалось слишком снежно, холодно и пасмурно. Начался снегопад, намекая, что пора бы уже атаковать. Воины ежились от холода, но продолжали вслушиваться в тишину ночи…
***
Махина углублялся в темный коридор. В руках у него теперь было два кинжала, потому что мечом не размахнешься в узких коридорах. Света не было, наверняка террористы решили не тратить ресурсы на лишнюю роскошь, да еще и в импровизированной тюрьме. Он видел тяжёлые двери по обеим сторонам коридора, но почти ничего не слышал. Только какой-то тихий и далекий плач. Всего камер было шесть. За поворотом в другом конце коридора кто-то разговаривал.
Николай старался ступать тише кошки. Свитки невидимости у него кончились, поэтому пришлось действовать осторожнее обычного. Он медленно подкрался к повороту и осторожно выглянул из-за угла. Там, близко ко входу, сидела новая стража. Старую Полина с Кирой убили в прошлый раз. Три бандита играли в карты за столом. Масок на их лицах уже не было. Николай постарался запомнить каждого из них в лицо на всякий случай.
— Перевожу, — сказал первый, с бритой головой.
— Эй, так нечестно! У меня нечем бить, — возмутился второй, долговязый, стукнув рукой по столу.
— Ну, тогда загребай к себе, не тяни, — на лице третьего была написана скука.
— Мать вашу, — выругался второй. — И чей теперь ход?
— Мой, че же еще, — ответил третий.
Внезапно в его грудь вонзилась стрела.
— Че? — первый и второй удивленно посмотрели на товарища, который медленно наклонился вперед и затих.
Они тут же смекнули, что к чему, и только хотели поднять тревогу, как Николай оттолкнул их волной мощной энергии, выбив дух из парочки. Все-таки он давно был в Альтурионе и владел магией лучше многих. Пока оглушенная стража трясла головой, он подошел к долговязому и вонзил кинжал прямо ему в шею. За это время второй успел встать и перехватить меч. Его сильно шатало, поэтому Махина легко уклонился от взмаха. Вложив магию и всю силу в свой кулак, он ударил бандита под дых. Тот харкнул кровью и упал. Добить его было несложно.
Недолго думая, Николай нашел связку ключей, висевшую на стене, и пошел открывать камеры. То, что он увидел, спасая узниц, только укрепило его уверенность в истреблении террористов. Всего девушек было девять. И каждая выглядела так, как будто только что пережила стихийное бедствие. Когда он зашел в первую камеру, две девушки — азиатка и блондинка — вжались как можно дальше в угол, отгородившись от неизвестного руками и заплакав. Пришлось долго их успокаивать, объясняя, что он не бандит и пришел их спасти. Во второй камере одна девушка лежала в горячке, у нее была сильная температура, скорее всего, от того, что та спала на полу. В третьей камере обе узницы были будто в прострации. В их глазах читалось полное безразличие ко всему происходящему. Они даже не стали сопротивляться, когда Николай вывел их в коридор и сказал ждать. Хуже всего было в четвертой камере. Там одна уже не подавала признаков жизни. Махина тихо выругался. Только шестая камера пустовала, должно быть, там как раз и держали Полину с Кирой.