Альтурион
Шрифт:
— Извини, я не могу уснуть… — сказала она шепотом.
— Что такое?
— Я… я боюсь… — Полина дрожала. — Боюсь, что снова увижу эти противные маски и грязные руки…
Кира потрогала подругу, та была вся в поту.
— Не бойся. Я с тобой, все в порядке. Нас больше никто не тронет.
— Точно?
— Точно. Николай самый надежный человек из всех, кого я знаю.
— Ладно, я тебе верю, — Полина хлюпнула носом. — Я не плачу!
— Все нормально. Давай спать, — Кира обняла подругу за плечо, и та замолчала, шмыгая носом.
«Удивительно, в кризисных ситуациях она такая храбрая!
Через какое-то время Полина уснула, ее дыхание выровнялось, и Кира провалилась в сон вслед за ней.
Глава 24. Не то, чем кажется
Прошло несколько дней с того злосчастного момента, как некоторые игроки потеряли возможность выходить из игры. Костю не могли найти с тех самых пор, и клан начинал нервничать без своего лидера. Судьбы Марго и Руслана так и остались неизвестными.
Кто-то принес из реала очень важную информацию. Как оказалось, люди в седьмом центре подверглись теракту, и их погрузили в кому. Но, как заверили представители компании «Альт. инк», о здоровье геймеров можно не беспокоиться, если они не решат покинуть Альтурион. Ситуацию контролируют более тысячи специально обученных профессионалов. При этом они полностью перекрыли доступ в здание.
В отсутствие Кости главным становился Максим. Теперь бремя управления всем кланом Черных Роз лежало на нем. Конечно, лидера пытались найти, но поиски не приводили к успеху, и это не делало ситуацию лучше. Тем временем строительство стены вокруг деревни уже шло полным ходом. Максим старался как мог. Благодаря магии земли ему без особых усилий удавалось ворочать кубометры земли. Маг потратил достаточно много времени и сил на тренировки. Поселение теперь было окружено приличной глубины рвом. На второй день его заполнили водой, а после заложили фундамент стены. Знание магии способствовало быстрому строительству. Например, тех, кто качал силу и выносливость, Максим направлял на ближайшую каменоломню, которую они еще не до конца возвели. Благодаря такому решению люди прокачивали нужные им параметры, быстрее развивались и укрепляли оборону. Ловкачей заместитель отправлял за дровами, досками, травами да мясом. Маги хорошо помогали абсолютно в любой области. Они оказались самыми незаменимыми.
Анжела, которую спасли из лап бандитов, рассказала, что происходит в стане врага. От подробностей ярость Жени возросла до небес. Его даже пару раз отговаривали от глупой попытки сунуть туда свою вспыльчивую голову и получить по ней как следует. Один раз даже привязали к столбу в трактире.
Когда пришла главная новость, общий настрой упал ниже плинтуса. Теперь все, кто впал в кому, и нос высунуть боялись за пределы стен, чтобы ненароком не попасться какому-нибудь сильному монстру и не погибнуть. Но каждого внутри грыз червь ответственности за Марго, которая находилась в лапах аморальных уродов. Женя к тому моменту уже готов был сорваться и в одиночку броситься на врага. Во время очередного совета он развопился не на шутку.
Решающее собрание состоялось в трактире, когда Максим решил все-таки поставить вопрос ребром. Совесть загрызла его до самых костей. Время шло. Ждать они больше не могли.
— Итак, — начал он, медленно оглядывая собравшихся, — тех, кто не попал под баг, прошу собраться в час ночи у выхода из деревни. Те, кто лежит в седьмом центре, и думать забудьте, чтобы выходить дальше ворот. Качайтесь, достраивайте стену и помогайте развивать деревню. Встаете в гарнизон и наглухо закрываете за нами ворота. Благо их сегодня достроили.
— А если террористы снова нападут на какой-нибудь из столичных центров? В кому ведь могут впасть те, кто пойдет на битву, — спросил Меткий.
Это звучало предвзято и надменно, как раз в манере Алексея. Но он был чертовски прав. В глубине души каждый затаил такую мысль. Где есть один теракт, там может быть и второй.
— У нас нет выхода. Марго в гораздо большей опасности. А мы можем сделать все возможное, чтобы ее вытащить оттуда. Ты слышал Анжелу. Ты знаешь, что там происходит. Если в штаны наложил, сиди дома. Я заставлять не буду.
— Ладно. Молчу, — ответил Алексей, понимая, что сейчас нет смысла спорить.
— Вот и славно. Геннадия оставляю за старшего. Его заместитель — Леша, — распорядился Максим.
— Окей, босс, — вяло ответил Меткий и вернулся к созерцанию своего лука.
— Я с вами иду, — возразил Старшой. — Я не могу себе позволить сидеть в стороне, пока мои друзья в беде.
Максим долго прикидывал, где от опытного игрока будет больше пользы, на передовой или в тылу? Но все же решил, что одному командовать всеми отрядами будет тяжеловато. Обычно они работали в паре с Костей, но того сейчас нет с кланом.
— Ладно. Тогда Леша за старшего, ты со мной, а Женя отвечает за защиту города во время отсутствия основных сил и…
— Я с вами! — вскочил тот с места, брызжа слюной.
— Нет. Ты остаешься дома! И точка.
— Ты меня не удержишь, — вызывающе ответил Женя.
— Ты хочешь подохнуть раньше времени? — спросила Лиза, которая всего за день общения с этим вспыльчивым болваном устала настолько, что готова была задушить его.
— Она по моей вине оказалась в опасности, — парень не унимался.
— Женя! Остынь, — вмешался Старшой, по своему обыкновению опуская ладонь на плечо товарища.
Тот резко сбросил ее, гневно глянул на Геннадия, потом на Максима и хотел что-то сказать, но зам его перебил.
— Хочешь доказать, что можешь рисковать своей жизнью? Тогда пойдем, выйдем. Один на один. Если ты проиграешь, то будешь тихо сидеть и не отсвечивать, пока адекватные взрослые люди пытаются решить проблему.
— Слышь? А ты ничего не попутал, малой? Тебе зубы пересчитать? — гневно выдавил Женя сквозь зубы.
— Попробуй, — вызывающе бросил Максим и встал в боевую стойку, — но, если ты проиграешь и ослушаешься приказа, я привяжу тебя к столбу в трактире. Либо в землю по горло закопаю.
Женя схватил молот и бросился на мага. Максим спокойно отпрыгнул, прикидывая, с какой скоростью бьет оппонент и куда целится. Увесистый кусок металла разломил стол на две части, а воина поволокло за ним. В стороны полетели щепки. Некоторые из собравшихся хотели остановить зарождающуюся драку, но Максим твердо дал понять одной фразой, что не потерпит вмешательств: