Чтение онлайн

Крылову на командировку не ставили вербовочных задач, так как у него на связи был ценный агент. Требовалось другое: стопроцентная надежность, поскольку другие каналы связи с агентом были затруднительны. Учитывая личные качества Крылова, Центр поставил перед ним такую сложную локальную задачу по руководству ценным источником, освободив его от других разведывательных и вербовочных задач. Разведчик встречался с агентом три-четыре раза в год, но должен был быть готов в любой момент выйти по его сигналу на встречу. Родион Николаевич один или с женой регулярно совершал вечерние

моционы, прогуливаясь практически по одному и тому же маршруту, на котором в условном месте мог стоять сигнал от агента. Система связи работала надежно и безотказно. Центр был доволен работой Крылова.

Однажды, совершая свою обычную вечернюю прогулку, разведчик проходил парком мимо скамейки, на которой сидел мужчина. Было темно, несколько тусклых фонарей плохо освещали дорожку. Поравнявшись с мужчиной, Крылов услышал:

– Добрый день, Родион Николаевич.

– Здравствуйте, – машинально ответил на приветствие Крылов, повернув голову в сторону мужчины и стараясь разглядеть незнакомца. – Простите, но не имею чести с вами быть знакомым.

И хотел уже продолжить путь, но вдруг снова услышал, как незнакомец продолжал на русском языке с довольно сильным акцентом:

– Родион Николаевич, будьте любезны, я задержу ваше внимание всего на минутку, но эта минутка, уверяю вас, принесет вам много пользы.

Крылов остановился, подошел ближе к мужчине и, разглядывая его, сказал:

– Хорошо, я вас внимательно слушаю. Что вы хотите?

В голове у Родиона мелькнула мысль, наверное, какой-нибудь русский эмигрант, сейчас начнет изливать свою душу или еще что-нибудь в этом роде. Правда, внешний вид и русская речь незнакомца подсказывали, что перед ним, по всей вероятности, не русский.

– Родион Николаевич, – начал между тем вновь незнакомый мужчина. – Я сотрудник ЦРУ, офицер безопасности в посольстве США, Майкл Зингер. Хочу предложить вашей стране сверхсекретную информацию.

Сначала у Крылова мелькнула мысль, что перед ним провокатор или шизофреник, с которыми ему уже приходилось встречаться раньше, в предыдущих загранкомандировках. В Голландии был случай, когда к нему в офис пришел один шизик, который предлагал ему перпетуум-мобиле, и Крылов не знал, как выпроводить его. Он хотел уже отмахнуться от навязчивого незнакомца дежурной фразой: я такими делами не занимаюсь, но что-то задержало разведчика.

– А почему вы, господин Зингер, собственно, обратились ко мне? И откуда вы знаете мое имя и отчество? – невольно резко спросил Родион Николаевич.

– Очень просто, – спокойно отвечал цэрэушник. – По долгу своей службы я о вас знаю много. Вы кадровый работник КГБ, дважды работали за рубежом: в Штатах и Голландии. В Нидерландах засветились из-за своей активности. Мы вам сели на хвост и не давали работать, вам пришлось уехать из страны досрочно. Кстати, ваше начальство умно поступило: спецслужбы готовили устроить провокацию и с шумом выдворить вас из страны. К вам я обратился, конечно, не случайно. Вы по нашей шкале вербуемости имеете индекс «О», то есть к вам, по нашим понятиям, бесполезно подходить с вербовочными предложениями,

вы абсолютно надежный человек. А мне как раз и нужен такой человек, абсолютно неподкупный. Вы мне подходите лучше всех, учитывая еще то обстоятельство, что вы офицер КГБ.

– Ну хорошо, что же это за суперсекретная информация, которой вы располагаете и хотите, конечно, продать?

– У меня есть список «кротов», которые сидят у вас в КГБ, ГРУ, МИД и в некоторых других ведомствах. Конечно, за такую бесценную информацию для вас надеюсь получить хорошие деньги. Я, как и вы, тоже собираюсь скоро на пенсию и хочу обеспечить себе спокойную безбедную старость.

– И как вы это мыслите? – поинтересовался Крылов. – Попросите задаток вперед, начнете торговаться, ставить условия? Или как?

– Конечно, кое-какие условия поставлю. Прежде всего гарантии моей личной безопасности с вашей стороны, – отвечал Зингер. – Мы с вами разведчики и понимаем серьезность такой сделки. Основной риск я беру на себя. Ваш риск минимален. Мне не надо никакого задатка. Как я себе все мыслю? Довольно просто: называю вам двух «кротов», которые сидят у вас и которых можно брать. По ним меня нельзя будет вычислить. От вас требуется самая малость: сообщить вашему руководству о моем предложении. Деньги, естественно, после того, как вы убедитесь, что моя информация соответствует действительности.

Только теперь Крылов понял всю серьезность предлагаемого. Надо было действовать.

– Хорошо, господин Зингер, – заговорил Родион Николаевич, – я готов сообщить о вашем предложении руководству. Назовите этих двух «кротов» и сумму за услуги.

– Вот эти «кроты», – сказал американец: – Лобков был полгода тому назад завербован в Испании высокопоставленным работником ЦРУ, ему подсунули женщину, и он клюнул. Другой – Михеев, служащий в МИД. Он на связи у резидентуры в Москве. Вам все это легко проверить и убедиться в достоверности моей информации. За нее я хочу получить наличными сто тысяч американских долларов.

– Вы сказали, что у вас есть список «кротов», которые сидят в советских учреждениях? – задал вопрос Крылов.

– Совершенно верно, – отвечал американец. – У меня есть еще десять «кротов». Но о них я могу с вами говорить только после того, когда ваше руководство решит дело с этими двумя и рассчитается со мной. Уверен, ваши шефы примут предложенные мною условия. Именно мне было очень важно выбрать среди ваших разведчиков надежного человека, который бы поверил мне и не испугался.

Через некоторое время они распрощались, договорившись встретиться через две недели.

Крылов еще долго ходил по парку, размышляя над предложением американца. Как опытный разведчик он понимал, что подобное в разведке случается крайне редко. Конечно, ему были известны случаи инициативных контактов иностранцев с советской разведкой, но этот случай ему казался уникальным. И он был прав. Необычность заключалась не только в чрезвычайной важности предлагаемой информации, но и в том, каким образом сохранить строгую секретность, до минимума ограничить круг лиц, владеющих этой информацией.