Чтение онлайн

– Что ж, если любишь и чувство взаимное, почему бы и не жениться? Тем более Елена следит за тобой отменно, пылинки сдувает. И чем, интересно, ты взял ее?

– Никто никого не брал. Просто, Саня, меж нами, особенно в постели, полная гармония.

– Гармония, говоришь?

– Да! Ты в курсе, что у меня были связи, и здесь в городке, и в поселке, и в Ашхабаде телок знакомых имел, но ни одна не доставляла мне такого наслаждения, как Ленка!

– Ты уже, по-моему, говорил об этом.

– Ну и что? Готов еще раз повторить! Я балдею от нее, и она от

меня. Это не то, что перепихнулся с бабой, а наутро только и думаешь, как быстрей с хаты свалить. Нет, Саня, то, что между мной и Еленой, совсем другое. Гармония и любовь.

– Тогда женись!

– И женюсь! Ленку попробую в гарнизон перевести. Она же прапором служит. Как думаешь, Галаев поможет?

– Думаю, поможет. Да и комдив тоже.

– Я тоже так думаю. Чего им мешать? А ты где ночью шатался? Физиономия у тебя невыспавшаяся.

Тимохин закончил бритье, уложил бритву в чехол, брызнул на лицо одеколон:

– На переговоры ездил. Мать вызывала.

– Мать – это святое!

– На обратном же пути с дамой одной познакомился. Совершенно случайно. Симпатичная такая девочка и живет в собственной квартире, без мужа, но с дочерью.

– У нее и заночевал?

– Нет, только проводил.

– А чего? Не дала? Или дочь помешала?

– Нет, Вадик, мы с ней просто поговорили.

– Всю ночь?

– Ну, не всю, но долго.

Лейтенант присвистнул:

– Ну ты даешь! На тебя, Сань, это не похоже!

– На тебя тоже не похоже поведение с Еленой.

– В принципе, ты прав! Так, значит, обломалась подружка Елены?

Тимохин утвердительно кивнул:

– Обломалась! Но ничего, ты ей легко в гарнизоне кавалера найдешь.

– Да кавалеров-то тут, падких на халяву, до хрена, вот стоящих мало. Кстати, слышал новость?

– Что за новость?

– От Паши Карчевина жена ушла!

Александр удивился. Он хорошо знал командира батареи артиллерийского дивизиона мотострелкового полка, проводившего все дискотеки в Доме офицеров. Знал и его супругу Галину, высокую, симпатичную, несколько манерную женщину. Жили они неплохо. Рос сын. Имели квартиру в новом доме. Паша полгода как из Афгана вернулся с орденом Красной Звезды и ожидал замены в одну из групп войск. Поговаривали, в Германию. Они часто гуляли семьей по городку, и ничего, что предвещало бы разрыв, внешне заметно не было. И вдруг на тебе. Александр спросил Шестакова:

– Как ушла? К кому ушла?

– Не поверишь. К водиле, что продукты в наши магазины привозил.

– Подожди! Это к рыжему Эдику?

– Точно!

– Дела! Вроде даже слухов не было о том, что у Эдика с Галиной что-то было. И когда это произошло?

– Вчера! Паша в наряд заступил, Эдик на своей будке часов в 8 вечера и подъехал. С Галькой загрузили вещи, и гуд-бай! Я их в микрорайоне видел. Он же там с матерью живет. Вот возле дома и разгружались.

Тимохин закурил:

– Да, дела! Как Паша на это среагировал?

– Откуда мне знать? Сегодня выяснится. Но Эдику лучше в гарнизоне не показываться, Паша прибьет его. А Галька-то Карчевина

на этого чушкаря променяла. Воистину женщин понять невозможно. Чего ей не хватало? Муж – перспективный офицер, орденоносец, Афган прошел, загранка светила. А она в какую-то лачугу к рыжему Эдику!

– Может, она с рыжим познала то, что ей не мог дать Паша? А обманывать не стала. Любовь штука такая. Ради нее на все пойдешь.

Александр, выдохнув дым, вздохнул.

Шестаков подозрительно посмотрел на друга:

– Что-то подсказывает мне, не просто ты беседовал с дамой, которую вчера встретил в поселке. Колись, Саня, тоже подвис на девахе?

– Иди ты к черту!

– Ну, точно. И ты попал! И что это за неделя такая? Слушай, а как же теперь Иринка из медсанбата?

– Никак! С ней завязано!

Тимохин посмотрел на часы. Сказал:

– Пойдем в столовую, Вадик. Позавтракаем, да в часть.

Лейтенант ответил:

– Да я уже позавтракал. Елена за этим следит строго. И готовит – пальчики оближешь. Хотя и ничего такого. Но пойдем, чаю выпью и тебе компанию составлю. Все одно в батальон еще рано идти.

После столовой офицеры вышли на плац батальона. Роты построились. Начался развод. Прошел он, как обычно, за исключением того, что начальник штаба объявил об убытии в четверг трех офицеров в командировку. Двое направлялись в Ашхабад, и это являлось прикрытием Тимохина, Александру же следовало убыть в Ташкент, в распоряжение заместителя командующего округа по вооружению.

После развода капитан Смагин отвел заместителя в сторону:

– Марина просила передать, не беременна Люблина, но это между нами!

Тимохин облегченно вздохнул:

– Слава богу, а то пришлось бы с ней возиться. Но как Марина узнала, что Ирка не беременна? Или эти анализы так быстро делаются?

– Не знаю, Сань. Но жена заверила, Люблина не беременна. Что тебе еще надо!

– Ничего, Серега, больше ничего.

– Слушай, а чего тебя периодически в командировку отправляют? И в Ташкент? Чего ты там делаешь?

Александр солгал. Правды сказать даже своему ротному он не имел права:

– Дурью маюсь. Готовим машины для колонн, что идут из Термеза в Кабул. Встречаем тех, кто возвращается. Дефектовку проводим. Местный рембат не справляется, вот собирают офицеров со всего округа. Солдат, кстати, тоже откуда-то подгоняют. Последний раз говорили, что на базе окружного рембата будут формировать фронтовую базу. Посмотрим, что изменилось за последний месяц.

– Ясно!

– Ну тогда, Серег, я пойду в штаб, получу предписание, командировочные.

– Давай! Но перед командировкой вечером зайдешь на хату?

– Зайду! Марину надо за информацию ценную отблагодарить, да и посидеть перед дорогой дальней.

– Во сколько ждать?

– А чтобы не загоняться, давай часов в восемь?

– Заметано!

Офицеры разошлись. Смагин пошел в парк, Тимохин направился в штаб. Там он получил все необходимые для командировки документы.

Затем был вызван командиром батальона.