Чтение онлайн

Эдит снова прогнала неприятные мысли и, покачиваясь, прошла через спальню к книжному шкафу. В руках и ногах ощущалось тепло, а голову охватило приятное отупение. И Лайонел, и Фишер ошибаются: напиться — вот единственный ответ. Ей подумалось о буфете со спиртным на кухне. Может быть, она возьмет оттуда бутылочку бурбона — или две. Может быть, стоит напиться до беспамятства и так дождаться утра.

Она вытащила пустую книгу так быстро, что та выскользнула из рук и с шумом упала на ковер, фотографии рассыпались по полу. Эдит опустилась на колени и стала рассматривать

одну за одной, машинально облизывая верхнюю губу. На глаза попалась фотография двух женщин, лежащих на столе в большом зале и занимающихся оральным сексом. В комнате словно становилось все жарче и жарче.

И вдруг Эдит отшвырнула фотографии, как будто они обожгли пальцы. «Нет», — испуганно пробормотала она и вздрогнула, оглянувшись на заворочавшегося Лайонела, потом неуклюже встала и огляделась, как загнанный зверь.

Эдит быстро вышла в коридор и закрыла за собой дверь, вздрогнув от хлопка, — ей хотелось выйти потише. Помотав головой, чтобы прояснить мысли, она направилась к комнате Фишера.

Его у себя не было. Эдит заглянула в комнату, не зная, что делать. Закрыв дверь, она повернулась и отправилась назад по коридору, забирая вправо, пока не коснулась перил, и, схватившись за них, чтобы удержать равновесие, двинулась к лестнице. По какой-то странной причине дом уже не казался страшным. «Еще одно доказательство, что алкоголь — не такая плохая штука», — подумалось ей.

Эдит спустилась по лестнице с ощущением, что летит по воздуху. Смутно вспомнился какой-то фильм про Юг, который показывали на одном из религиозных бдений. Врезалось в память лишь то, как какая-то женщина в кринолине скользит вниз по лестнице, словно скатывается с горки. И она чувствовала себя так же, сама не понимая, откуда в ней взялась эта уверенность.

Мерцание, слабое, слишком мимолетное, чтобы заметить. Эдит моргнула и замерла. Ничего. Она продолжила спуск. Наверное, он в большом зале. Он всегда там, где кофе. Эдит не помнила, чтобы он что-то ел. Не удивительно, что такой худой.

Пройдя через вестибюль, Эдит услышала треск чего-то деревянного и остановилась, но, поколебавшись, снова двинулась вперед. «Конечно», — подумала она и улыбнулась. Никогда в жизни ей не было так легко и весело. Она закрыла глаза. «Я лечу, — пронеслось в голове. — Отец и дочь — вечные пьяницы».

Эдит остановилась под аркой и прислонилась к стене, хлопая глазами. Взгляд с трудом сфокусировался на стоящем спиной к ней Фишере. Он ломом отдирал доски контейнера. «Очень мило», — подумалось ей.

Она вздрогнула, когда Фишер обернулся и замахнулся ломом, как будто собираясь ударить врага. Он так быстро повернулся, что сигарета выпала из губ и дугой полетела на пол.

— Kamerad [10] , — сказала Эдит и подняла руки, словно сдаваясь.

Фишер смотрел на нее в молчании. Она видела, как взволнованно вздымается его грудь.

— Вы рассердились? — начала было Эдит, но он перебил ее:

— Какого черта вы тут делаете?

— Никакого.

Она оттолкнулась от стены и, покачиваясь, направилась

к нему.

— Вы пьяны? — ошеломленно проговорил он.

— Немного выпила, если вас это касается.

Фишер положил лом на стол и двинулся к ней.

— Лайонел будет рад, что вы... — Она беззаботно махнула рукой в сторону машины.

Фишер подошел и взял ее за локоть.

— Пойдемте.

Она оттолкнула его.

— Идите сами. — И пошатнулась, но поймала равновесие и повернулась к машине.

— Миссис Барретт...

— Эдит.

Фишер снова взял ее за локоть.

— Пойдемте. Вам не следует отходить от мужа.

— С ним все в порядке. Он спит.

Фишер попытался повернуть ее, но она сопротивлялась и с тихим смешком снова его оттолкнула.

— Ради Бога! — раздраженно рявкнул он.

Ее губы растянулись в дразнящей улыбке.

— Нет, не ради него.

Фишер в замешательстве посмотрел на нее.

Когда она двинулась к столу, все вокруг расплывалось у нее в глазах, и смутно казалось, что за пределами видимости в зале полно народу. «Это лишь кажется, — говорил рассудок. — Все здесь — лишь бессмысленная энергия».

Эдит приблизилась к столу и провела пальцем по поверхности. Фишер подошел к ней.

— Вам надо наверх.

— Не пойду.

Она схватила его за руку, но Фишер вырвался. Эдит с улыбкой снова провела пальцем по столу.

— Вот здесь они встречались, — сказала она.

— Кто?

— "Les Aphrodites". Здесь. Вокруг этого стола.

Фишер снова взял ее за запястье, и Эдит дернула руку так, что его рука прижалась к ее груди.

— Здесь. Вокруг этого стола, — повторила она.

— Вы сами не знаете, что говорите.

Фишер высвободил руку.

— Я прекрасно знаю, что говорю. Мистер Фишер. — Эдит хихикнула. — Мистер Б. Ф. Фишер.

— Эдит...

Он окаменел, когда она прижалась к нему и обхватила руками.

— Я совсем тебе не нравлюсь? — спросила она. — Конечно, я не такая красивая, как Флоренс, но я...

— Эдит, мы в этом доме. Это он заставляет вас...

— Этот дом ничего не делает,— перебила она. — Это я сама.

Он попытался высвободиться из ее объятий, но она прижалась еще крепче и дразнящим тоном проговорила:

— Ты что, тоже импотент?

Фишер вырвался и, отодвинув ее в сторону, крикнул:

— Проснитесь!

В ней взорвалась злоба.

— Не говори мне этого! Сам проснись, бесполый ублюдок!

Эдит упала на стол, потом залезла на него и, издеваясь, задрала юбку.

— В чем дело, мальчик? Никогда не имел женщину?

Схватившись обеими руками за джемпер, она рванула его на груди, отрывая пуговицы. Раздвинув края, она расстегнула крючок лифчика и, трясущимися руками взявшись за груди, со злобной насмешкой на лице подняла их.