Абсолем
Шрифт:
— Вы хотите, чтобы я молчал? Я буду молчать, — сказал Макс.
Впервые за весь разговор Борджи позволил себе сдержанную усмешку.
— В этом я не сомневаюсь, — сказал он, — мне необходим образец крови демона, счастливым обладателем которого вы являетесь.
Макс покачал головой:
— При всем уважении я считаю, что образец лучше оставить там, где он находится сейчас. Он у моего знакомого доктора,
Макс ожидал, что Борджи разозлится, перейдёт к угрозам, но тот отреагировал совершенно спокойно:
— Вы так считаете?
— Несмотря на ваше могущество, вы потеряли всё, что только можно. У меня нет и сотой доли ваших возможностей, но я сумею сохранить этот образец.
Борджи внимательно смотрел на Макса, не торопясь задать своей следующий вопрос. Но в том, что он последует, Макс не сомневался.
— Скажите мне, Штайн, вы ведь не всегда были преподавателем?
— Не всегда, — коротко ответил Макс.
— И то, чем вы сейчас занимаетесь, далеко от вашего истинного призвания?
— Возможно.
— Интересно было бы посмотреть на результаты вашего теста на призвание, — задумчиво проговорил Иероним Борджи.
— Боюсь, вы будете разочарованы тем, что увидите, — проговорил Макс, не отводя взгляда от лица собеседника.
— Возможно, — задумчиво проговорил тот.
Макс понял, что на этом разговор окончен. Иероним Борджи встал, на сей раз Макс поднялся вслед за ним.
— У вас есть сутки, чтобы определить, действительно ли образец крови принадлежит демону. Если подозрения подтвердятся, я пришлю группу, которая изымет у вас образец и законсервирует его до того момента, пока мы не подберём новую группу специалистов.
Макс понимал, что согласиться Борджи вынудила ситуация с разрушенной лабораторией Лиги. Будь лаборатория цела, образец крови не задержался бы у него ни на секунду.
Они не стали пожимать друг другу руки. Борджи чуть заметно кивнул Максу и вышел через запасной выход. Макс остался сидеть в кабинете ректора, задумчиво глядя перед собой. В таком положении его и обнаружил Паулюс, набравшийся смелости войти только спустя двадцать минут после ухода Борджи.
— Ушёл? — на всякий случай уточнил ректор, окинув взглядом кабинет.
Макс кивнул. Паулюс обошёл свой стол и сел напротив. Он не стал накидываться на Макса с расспросами, а начал нервно и суетливо перекладывать какие-то бумаги. Макс наблюдал за ним, размышляя о том, что узнал от Борджи.
— А чай где? — с усмешкой
Паулюс смерил его строгим взглядом и, включив стационарный манипулятор, произнёс:
— Анна, принеси нам кофе и зелёный чай.
Через пару минут секретарь вошла с подносом. Она молча поставила на стол чашки, кофейник и сахарницу. Макс дождался, пока она выйдет, и пододвинул к себе чашку. Паулюс посмотрел на часы:
— У тебя там уже следующая группа сидит.
— Они найдут себе занятие, — успокоил Макс.
Ректор кивнул. Несмотря на всё желание казаться собранным и сосредоточенным, он выглядел потерянным — движения были невпопад, взгляд не мог уцепиться за что-то одно, блуждал с предмета на предмет. Давно Макс не видел старика в таком состоянии.
— Не знаю, сказал ли вам Борджи, но вещество потеряли не только мы. Из двух других мест оно также была выкрадено, — произнес Макс.
Паулюс отвлекся от своих бумаг и недоверчиво посмотрел на преподавателя. Взгляд ректора обрел какую-то осмысленность.
— Правда?
— Более того, Борджи отдает себе отчет в том, что это целиком вина Лиги. Они должны были обеспечить соответствующую охрану.
Здесь уже Макс лукавил — да, Борджи понимал, что его вина здесь есть, но и с колледжа он не снимал ответственности, по крайней мере, такое впечатление сложилось у Макса. Но зачем было вываливать это на старика, который и так был измучен последними происшествиями?
— Мне пора, — сказал Макс, вставая.
Паулюс не стал его задерживать. Макс отдал должное ректору, который, несмотря ни на что, не пытался выведать то, что ему рассказал Борджи. Пока Макс ждал лифт, он раз за разом анализировал слова Иеронима Борджи о новом витке эволюции демонов. Когда он размышлял над потерянным веществом, двери лифта раскрылись, и Макс замер. Оттуда на него смущённо смотрела Эмилия. Через несколько секунд, когда двери уже начали смыкаться, Макс опомнился и выставил вперёд руку, заставив створки разъехаться вновь. Он быстро вошёл.
— Как дела? — нарочито безмятежно спросил он.
— Хорошо, — кивнула Эмилия, — как твоя рука?
Макс сжал и разжал кулак, демонстрируя, что всё в порядке:
— Замечательно.
— Ты извини…
— Прости, что…
Они начали говорить одновременно, и тут же оба замолчали.
— Что ты хотела сказать? — проговорил Макс.
— Извини, что не навестила тебя в больнице.