А-Прогрессор
Шрифт:
Эта, как многим показалось, резкая перемена во мнении служителей Единого на самом деле и была целью поездки Кагра по королевству. Да, он, конечно, навещал всех лордов, присутствовал на торжественных пиршествах в свою честь. Проверял рыцарские дружины. Осматривал стены крепостей. И мало кто даже из его сопровождающих придавал значение тому, что по пути Кагр навещает каждое аббатство, каждый монастырь. Новый король там не только молился, но и помногу разговаривал с настоятелями, аббатами, викариями, епископами, убеждал их в своей правоте. Разъяснял, что не по злому умыслу, не по личной корысти он остановил стройку, а только радея за процветание королевства и паствы церковной. Кагр очень хорошо понимал, насколько церковники влиятельны, а долгое общение с Йомским епископом избавило молодого короля от излишне идеализированного
Даже я был шокирован таким поворотом событий, полагая именно церковь основным противником будущего правителя. Но Кагр смог меня поразить. И ведь он убедил служителей не посулами выгоды, не обещаниями праведности своей, он не дарил монахам новые земли, не обещал им золота. Он просто говорил и был услышан. Тут два варианта: или Кагр просто величайший оратор из рожденных когда-либо, или это я излишне предвзято отношусь к церковникам. Второй вариант на самом деле не был таким уж сомнительным. Вера Амира еще очень молода в этом мире. А церковь вообще только встает на ноги, собирая под свое крыло самых лучших, честных, добрых, умных людей, искренне радеющих за свою паству. Это в мое время на Земле что ни поп, то в глазах одни барыши…
Также из этой своей поездки Кагр сделал определенные выводы и смог перешагнуть через свои привычки. Во время путешествия по королевству он собственными глазами видел, что для многих гораздо важнее, как он себя подает, чем то, каков он на самом деле. А простым людям не благородного сословия более интересно, как выглядит его свита, какие праздники в честь короля устраивают их сеньоры. Вообще Кагр считал, что празднества, пиры и прочее не более чем напрасная трата денег. Но, увидев, насколько народное мнение зависит от таких вещей, король по прибытии в столицу устроил грандиозное торжество. Оно, конечно, не шло ни в какое сравнение с трагической свадебной церемонией прошлого лета. Но военный парад, торжественная присяга новых эсквайров, которая была впервые проведена на городской площади, на глазах у горожан, — все это подняло престиж короля в глазах столичного люда.
В общем, Кагр пока справлялся сам, пора было подготовить почву в других местах. А именно в Гильмарисе. Это королевство, больше напоминающее слоеный пирог из земель владетелей, нежели единое государство, по плану стало первой целью в будущей войне за объединение.
А дела там были обычные для территорий с феодальной раздробленностью. Владетели, если не было внешней угрозы, постоянно воевали друг с другом. То луг соседский кому приглянется, то деревенька якобы спорная. Надо сказать, что Эорид, король гильмарийский, и сам был не дурак пограбить земли своих вассалов. В общем, очень приятная глазу дьявола картина представала в этом государстве. И если бы не Самиантр, я приложил бы все усилия, чтобы Арках в целом стал чем-то вроде Гильмариса. Но сейчас это королевство являлось помехой, которую требовалось устранить.
Первое и самое простое решение, конечно, военное. Оно же и самое бесперспективное. Помимо того что численность населения в южном королевстве была больше, чем в Бельгране, так еще у каждого владетеля, даже самого маленького, домом служил как минимум каменный донжон, а то и очень приличных размеров замок. А если учесть постоянную угрозу со стороны любого соседа, то бароны юга были всегда готовы к отражению нападений. Да и их воины имели намного больше военного опыта, нежели бельгранские, к тому же общее число дружин владетелей юга примерно в три раза превосходило своим числом рыцарское ополчение востока. Правда, крестьян южные лорды никогда не вооружали, считая их неспособными на славный ратный труд. Если будет прямое столкновение военных сил, то в отдаленной перспективе Бельгран выиграет за счет лучшей скоординированности действий, более глобальной и развитой экономики. Но победа будет поистине пиррова. Были бы изобретены порох и пушки, был бы иной разговор, но до них еще очень далеко.
Однако и
Как же быть? Впрочем, решение было очевидным. Не можешь выиграть у более сильного противника, научись использовать его же силу ему во вред и для своей победы. В чем сила Гильмариса? В том, что за свою свободу лорды вцепятся в горло кому угодно. Но ведь свобода — это настолько размытое понятие. Вот есть свобода властвовать над землей. Есть свобода вершить на ней правосудие и прочее. А есть свобода принятия решений, и неважно, правильные эти решения или нет. Свобода именно в том, что каждый лорд властен и в своих ошибках. На этой свободе я и планировал сыграть…
5 марта 606 г. от Р. А. Бельгран; замок Бирим;
королевская охотничья резиденция
Кагр Первый с некоторым неудовольствием смотрел на пирующих рыцарей. Да, сегодняшняя охота была и правда удачной. Но даже это не могло развеять его хмурого настроения. Сегодня уже год как он вдовец. Его милая Миринн, с которой он прожил в браке четыре года, вот уже полный солнечный оборот покоится в земле. Обычная простуда, переросшая, как сказали лекари, в лихоманку, и ее не стало. Не сказать, что Кагр любил жену, навязанная отцом девица вначале вызывала у герцога не более чем раздражение. Но постепенно он очень сильно привязался к этой милой, непосредственной и такой жизнерадостной толстушке, дочери герцога Сайского. Вот скажи кто-то Кагру четыре года назад, что он будет горевать об утрате супруги, молодой человек рассмеялся бы тому в лицо. А сейчас?.. Сейчас ему было грустно. И то, что Миринн умерла бездетной, усиливало горечь от случившегося несчастья.
Молодой король не был обделен женским вниманием. Вообще королевским особам, даже если они уродливы и тупы, утрата женских ласк — нечто из ряда вон. Но Кагр был воспитан на сказаниях древности, истинно чтил святое писание. И любовные утехи не в лоне брака доставляли ему муки совести. Фаворитки у трона сменяли одна другую, не задерживаясь в королевской постели больше чем на месяц. Это тяжким грузом давило на монарха.
Конечно, был вариант жениться. Но, увы, присказка, что короли не могут жениться по любви, была верна и в Принцисе. А политический брак… Нет, Кагр, как хороший правитель, понимал, что женитьба отличный повод для усиления своей власти или влияния поддерживающего его рода. Но в сложившейся обстановке он не получал от него большой выгоды. На трех основных землевладетелях королевства он никак не мог жениться — на себе, на Маррисе и, конечно, на церкви. Породниться со своим другом он был бы и рад, но, увы, — единственной дочери Марриса вот-вот исполнится всего второй годик. Казалось бы, идеальная ситуация — женись по любви! Но ни одна из дочерей герцогов и графов не приглянулась королю. Да и возвышать один из родов его королевства в сложившемся положении шаткого равновесия ему казалось недальновидным. Это сейчас, имея поддержку служителей Единого, множество личных вассалов и полную поддержку своего маршала, он мог править почти без оглядки на остальных. Но если он выберет в жены дочь какого-нибудь герцога, то вокруг того сразу же образуется еще один центр политического притяжения.
Эти раздумья уже не в первый раз портили настроение Кагру. Особенно его волновало отсутствие наследников. Если он заболеет или неожиданно погибнет, то Бельгран погрузится в пучину смуты. Молодой монарх был умным «мальчиком» и понимал, какая тяжелая ноша — королевская корона.
Решив хоть как-то отогнать хмурые мысли, король прислушался к менестрелю, который начал исполнять свою балладу. Этого скальда он раньше никогда не видел, но с первых же звуков лютни Кагр понял, что этот юноша с желтыми как сено волосами настоящий мастер. Да и голосом его явно не обделила природа.