Чтение онлайн

— Не имел такой чести, тин Ламир.

И почему я не могу врать, а то так можно было бы разыграть этот момент! Но нет. Да и по правде, мне самому хотелось выиграть эту душу максимально возможно честно. Меня охватывал самый натуральный азарт.

— Спасибо за ответ. Так вот. Я продолжу свой рассказ с вашего позволения. — Киваю. — Читал писание и думал. Если Амиар смог противиться дьявольским искушениям, этим мерзким соблазнам… — Но тут он вспомнил, что не на проповеди, а я — дьявол, а не его паства. — Извините, увлекся.

— Ничего, ничего, я понимаю, что такое сила привычки.

— Благодарю. Священный текст заставил меня по-иному посмотреть на то, что

вы мне предложили. Я же не дурак, понимаю, что эта встреча суть хитрая приманка, заглотни я которую, прельстись на наживку — и все. Потеряна моя душа для Света.

— Не нахожу изъяна в ваших рассуждениях. — Ну и что он тогда пришел с такими-то мыслями?! — Позвольте спросить, дорогой мой собеседник. Почему тогда решились?

— Если Амиар смог противиться искусам… Не смотрите на меня так! Я даже в мыслях не ставлю себя на одну ступень с Искупителем! Но ведь его жизнь — пример нам всем, живущим на этой земле. То… — Он смочил горло небольшим глотком родниковой воды. — То я просто не мог отказаться от встречи и прогнать вас. Ведь Амиар не изгнал дьявола, он выслушал все его посулы, он проверил силу духа своего перед искусами тьмы. И почему я, тот, кто в непомерной гордыне своей мнит себя его ничтожным последователем, должен поступить иначе?

— Все верно, не могли.

Иногда большой ум — это большая беда. Только что я получил еще одно подтверждение этой истины.

— Я готов. Жду вашего предложения.

Хм-м, и все же как мне повезло, что он хоть и умнейший из всех встреченных мной людей, но все же «продукт» той эпохи, в которой ему не повезло: родиться, расти, жить…

— Я не собираюсь вам предлагать продать душу.

— Но зачем тогда наша встреча? Для чего эти предметы?!

Я выбил его из колеи, вышел за рамки того разговора, который он наверняка продумывал всю ночь! Сбил ему мысли. Маленькая, такая незначительная, но победа.

— Я хочу вам что-то показать. Не как служителю церкви. Не как знаменитому философу и теологу. Даже не как знатоку ученых текстов разрушенной империи. А как самому умному человеку, которого я встречал. — Во всей фразе ни грамма лжи.

— Вы мне льстите.

Каким бы святым он ни был, но такие слова из уст представителя Сил — это очень греет самолюбие.

— Я понимаю, что трудно поверить в то, что скажу. — Напускаю на себя очень загадочный вид. — Но дьявол не может лгать. — С показным сожалением взмахиваю руками.

— Кхм-м. Вы недооцениваете мою образованность, мсье Сергиус. В юные годы, когда я учился в самом Уире, мне посчастливилось держать в руках оригинал писания от Ортокса. Как вы знаете, официальная церковь решила не включать тексты этого апостола в писание, так как в них слишком много рассказывается о некоторых нюансах жизни Амиара, в том числе и о времени, проведенном им в пустыне Лиасса. Впрочем, я согласен с таким решением синода: неподготовленного обывателя подобная правда может шокировать, навести на ересь. Хоть в этом тексте ничего нет еретического, но кому, как не вам, знать, что очень многое, даже прямо сказанное, можно толковать двояко. А Ортокс излагал свои мысли иногда очень иносказательно. Впрочем, извините за этот экскурс в теологию. Вы наверняка знаете все эти нюансы. — Не знал, но решил не акцентировать внимание на этом. — Ортокс писал, что Амиар говорил: «Сила дьявола не во лжи, а в правде. Дьяволы не лгут. И в этом суть не их слабость, а их сила. Ничто так не может смутить разум, как клинок правды, который нанес свой удар. Но, называя слугу тьмы — отцом лжи, вы будете правы. Ибо правда, высказанная в нужный момент, как бы истинна она

ни была, способна привести того, кто слушает тьму, к ложным выводам и погубить вашу душу».

— И вы верите в это? — Надо сказать, эта цитата меня совсем не обрадовала. Мой оппонент оказался намного более подготовлен к беседе, чем ожидалось.

— Если я ставлю под сомнение труды и записи апостолов, то зачем тогда все это? — Широким жестом он умудрился не только показать на свою рясу, но и на церковь, а также на людей, в нее входивших. — А, я понял! Вы хотите смутить меня, посеять зерно сомнений. Умно, тонко, браво!

Да он вошел во вкус! И просто-таки наслаждается этим диалогом! Чего обо мне в этот момент сказать было нельзя. Я чувствовал себя буквально размазанным по траве, проигрывая словесную дуэль.

— Не приписывайте мне такой изощренности. Я лишь уточнял.

От я идиот! Ну зачем это сказал-то?! Мне приписали более умную мотивацию моего вопроса, а я… Надо было этим воспользоваться, а не так бездарно отреагировать.

— Полноте, скромность, конечно, украшает. Но вам не к лицу.

Уф-ф. Все же правильна мысль, что все мнят других похожими на себя. Так и Ламир сейчас поставил знак равенства между силой своего ума и моего.

— Как скажете, не буду вас переубеждать.

Вроде получилось подмигнуть вполне естественно. Что подтвердила его улыбка.

— И все же мне любопытно. Чего такого в плошке, нескольких пригоршнях воды, деревянной пробке и иголке? Неужели моя душа, по вашему мнению, стоит лишь такой малости?

О, а подобная мысль его задевает!

— Кому, как не вам, знать, что даже самые простые на вид вещи могут таить в себе великие тайны мироздания. Вспомните труд Аирисиуса, к каким выводам он пришел по простому своему наблюдению за обычным утренним умыванием в бочке. К какому открытию он пришел?

— «Тело, погруженное в жидкость…» Знаменитый закон Аирисиуса. Это знает любой ученый муж.

— Как вы считаете, сколько народу до него ежедневно принимало водные процедуры?

— Бессчетное множество…

Он упорно думает, это видно по испарине, выступившей на его лбу.

— Но только Аирисиус увидел в этом процессе один из природных законов, не так ли?

— Вы хотите сказать, что… О!!! Теперь я пониманию значение слов «дьявольское коварство!». Вы не будете уговаривать меня продавать душу. Вы и правда ни в чем меня не обманули! Теперь я верю, что вы поистине являетесь тем, кем представились! Вы предлагаете мне славу великого ученого! Хотя не понимаю, что в принесенных мною вещах может прятать природа? Но вы покажете один из опытов и предложите мне стать тем ученым, кто первым в истории сформулирует новый закон природы! И по вашему замыслу, я сам заложу в обмен на это знание бессмертную душу.

— Нет.

Ага, не дождется, что все будет так просто. Щаз-з. Таков был первый план, пока я не понял, с каким великим умом имею дело. Второй замысел был намного изощреннее.

— Как — нет?!

Сейчас он был намного более удивлен, чем в тот момент, когда узнал, кто является его собеседником.

— Я вам просто кое-что покажу. Как вы угадали, это будет опыт, основанный на природных явлениях. Чтобы не быть голословным, давайте прямо сейчас этим и займемся. Поставьте плошку на землю. Нет, поровнее. Наполните ее на две трети водой из бурдюка. Хорошо. Аккуратно положите на поверхность воды отщеп. Не намочите его целиком. Дайте мне, у вас руки дрожат. Вот так надо. Теперь возьмите иголку. Стоп. Давайте опять это сделаю я. Кладем иголку на отщеп. Очень аккуратно кладем, чтобы не намочить ее. Все.