90-е
Шрифт:
С каждым днем прямо на глазах становящийся все более важным и холеным управляющий привычно поскромничал, и мы покинули машину, двинувшись к вертолету и встретив там Нанако — ее здешний персонал хорошо знает, поэтому никаких проблем с «аусвайсом» не возникло.
Привет — давно не виделись (и вправду видимся гораздо реже, чем привыкли, и Нанако мне порой не хватает — она очень трогательно обо мне заботится). Погрузились, помолчали, приземлились — пацан несколько преувеличил, написав, что живет в «горах» — так, плато. Сам город Нагано от Уцуномии отличался меньшей этажностью и в целом смотрелся победнее. Тут-то «Хонды» и еще нескольких
Добрались до двухэтажной «панельки», и Рику-сан пояснил:
— Квартиру им выделил муниципалитет — Хиро-сан считается городским служащим.
Покивал — цинично, но лично для нас так даже лучше — из таких-то условий кто съехать не захочет?
Дверь второго этажа распахнулась, и оттуда выскочил лысый, гладко выбритый старик с сузившимися от возраста в щелочки глазами, одетый в старенький, но безукоризненно выглаженный черный костюм. За руку он тащил двенадцатилетнего пацана — у этого глаза тоже были узкие, а еще — нос картошкой и довольно-таки широкие щечки. Подстриженные строго по регламенту средней школы темно-коричневые волосы были аккуратно причесаны и поблескивали гелем. Дед явно постарался придать своему непутевому (и я его не осуждаю — не детство, а сплошная психологическая травма) внучку максимально пристойный вид.
Спустившись по лестнице, они отвесили выбирающимся из машины нам поклон почти до земли. Стало жутко неловко, но так уж у азиатов принято — старика-Хиро сегодня посетили настоящие небожители. Неудивительно, что он потеет, трясется и заикается. «Унасекомился» — грустно шутканул в голове я. В глазах обоих — смесь неверия, страха и надежды. Ничего, мы вернем этому деду самоуважение.
Поздоровались, познакомились, прошли наверх, в крохотную «двушечку», попахивающую плесенью — а что поделать, если центрального отопления нету, а дед обмазать квартиру обогревателями себе позволить не может? Да, вот настолько у них все плохо. Надеюсь, старик не пошел за «микрозаймом» к якудзе, чтобы накрыть этот приличный стол. Судя по голодным глазам маленького Хиро, говядину он видит не часто. Ничего, мелкий, теперь все будет хорошо.
А вообще — сегодня я узнал, как выглядит настоящая японская нищета. Как-то так вышло, что все мои знакомые были «типа средний класс». Даже у Кохэку сказывалось наличие «большого» деда-профессора. А здесь — все прямо очень плохо. Телевизор — мелкий и черно-белый, видака и приставки, само собой, нет. Зато наглядным воплощением любви деда к внуку были набитые мангой шкафы — чего тут только не было! Тома — какие попало, серий целиком не найти совсем, все — потертое, потому что дед находит это на улицах и несет сюда, как группа Каста.
— Прежде всего — позвольте мне извиниться за недостойный обман моего внука! — Как только мы уселись на выделенные нам наименее потертые подушечки вокруг стола, упал дед маленького мангаки в «большой сорян».
Мне стало стыдно. А когда мне стыдно, я нередко отмачиваю что-то супер глупое:
— Если ты покажешь серьезность своих намерений, отрезав фалангу мизинца той руки, которой не рисуешь — я проведу тебя к самым вершинам мира манги! — Сложив руки на груди, надменно выдал я Масиме-куну.
— Да, аники! — Блеснув сталью в глазах, пацан схватил ножик и под нашими ошалевшими взглядами «резанул» по суставу.
Костеря
— Идиот! — Рявкнул на меня батя, отвесив звонкого леща, — Немедленно извинись!
Рухнув перед о*уевающим дедом будущей легенды манги в «большой сорян», от всей души извинился за свою глупую шутку. Видимо, после этого старик выгорел, поскольку робеть перестал, и, спустя полчаса, в течение которых меня, и, за что-то, Масима-куна ругали последними словами, извиняясь друг перед другом, сделав перерыв на визит скорой — дед уверял, что заживет и так, но батя чувствует себя виноватым. Так я узнал, что…
— У моего внука — ужасная успеваемость, и он часто опаздывает!
— Просто школа находится слишком далеко! — Буркнул маленький мангака.
— Сколько раз я тебе говорил, что это не оправдание?! — Даванул его взглядом дед.
Наконец, мне стало скучно, и я решил вмешаться:
— Что тебе нравится в манге больше всего, Хиро-кун?
— Панцушоты! — Не раздумывая ответил он.
Дед побледнел, батя кусал губы, Рику-сан мастерски держал покерфейс, нервно стукая пальцем по коленке.
— А панцушоты без панцу — самые лучшие! — Продолжил пацан.
— Ты уже разбираешься в теме процентов на семьдесят! — Обрадовался я.
— А еще — я обожаю, когда герои выбираются из неприятностей в последний момент, приложив все силы!
— А вот и оставшиеся тридцать процентов! — Окончательно уверовал я в аниметалант маленького Хиро и протянул ему руку: — Пойдем! Я сделаю из тебя настоящую легенду!
Пацан радостно схватился обеими руками:
— Да, аники!
***
Итогом поездки я остался доволен — механизм запущен, и, с началом триместра, Масима-кун отправится в новую школу. В прошлой ему все равно терять нечего. А эта — будет рядом с новой квартирой, которая побольше, с обогревом и без плесени. Служебная «Хондовская» — кусты стричь нужно и корпорации, так что деда взяли на такую же должность, но с гораздо более щедрой зарплатой. Сразу на пожизненный контракт, который от Хиро-куна не зависит — это стало гарантией для деда решиться на переезд. Задачи под моего нового маленького сотрудника я придумаю потом, а пока будет безыдейно учиться рисовать под руководством профильного сенсея.
— Слушай, пап, я понимаю, что это — наглость, и так вообще не делается, но… — Ковыряя ножкой пол такси, промямлил я на обратном пути.
Хохотнув, батя протянул руку, Нанако пригнулась, и он похлопал меня по плечу:
— Хочешь «подобрать» еще кого-то?
— Да. Есть такой Дзюндзи Ито, тоже живет в Нагано. Недавно выпускал мангу, у него огромный потенциал, но пока что он работает зуботехником. Давайте его найдем и съездим!
— Дзюндзи-сенсей? — Вмешался таксист, — Я знаю, где он принимает — он лечил зубы моей жене!
Я вопросительно посмотрел на батю. Он вздохнул.
— Мне бы не мешало осмотреть рот! — Добавил я еще один аргумент.
— Тебе же в больнице осматривали! — Фыркнул батя.
— Если это нужно — я готов сломать зуб прямо сейчас!
— Бака! — Укоризненно посмотрел на меня отец и перевел взгляд на таксиста: — Спасибо, что грубо нарушили корпоративные правила и вмешались в разговор!
Таксист втянул голову в плечи — лимузин же, малейший косяк — и отправится водить обычные «желтенькие».