Чтение онлайн

Она быстрыми движениями установила огромное ружье на сошки, открыла массивный снайперский прицел, тут же подняв очки-авиаторы и припав к нему. Некоторое время она внимательно смотрела в темноту, а после нажала спусковой крючок. Ружье стало издавать нарастающий гул и раскаляться, а после со звуком, какого не должно в принципе издавать оружие, раздался выстрел.

Патрон – или то, чем там стреляет это оружие – улетел в темноту, резко осветив перемещающуюся рывками девушку с катаной, а потом и огромную фигуру, которая была высотой чуть ли не до неба. С мастодонта падали те самые мелкие тролли,

которые и неслись в сторону автобуса резкими прыжками. Сама огромная фигура пусть и медленно, но продвигалась в их сторону.

– Эми, мне не видно куда стрелять, подсвети! – заорала особа с пушкой. Казалось, что она продолжала жевать даже в то время как орала.

По недовольному пылающему огнем взгляду девушки-самурая было понятно, что идея ей не понравилась, но она тут же начала мерцать вокруг фигуры с бешеной скоростью. Девушка будто бежала прямо по гиганту вверх, к его лицу, параллельно рубя попадающихся под руку мелких троллей и само чудовище. Каждая такая зарубка обильно кровоточила фонтанами темной жижи. Несколько резких мерцаний – и она начала носиться по его плечам так, что голову стало отлично видно в темноте.

– Блин, это как-то скучно, не находишь? – повернулась девушка с противотанковым ружьем и состроила грустную гримасу.

– Каролина, твою налево! Стреляй! Мы на пределе, – низким гортанным голосом, уже больше смахивающим на рык, проорала монахиня. Тут же рядом появилась самурайша с горящими ненавистью глазами, стукнула по голове темноволосую девушку с ружьем ручкой меча и моментально исчезла.

– Да поняла я, поняла! Никакого веселья с вами! – отозвалась та и нажала спусковой крючок.

Всё повторилось в точности так, как и было в прошлый раз. Ружье разогрелось и выплюнуло заряд, только в этот раз он угодил точно в цель. Голова чудовища на момент засветилась, и в ней образовалась солидная дыра, а позади полыхнуло, будто это сработал фейерверк. Похоже, это были его мозги, поскольку месиво резко полетело вниз и продолжило светиться уже на земле. Сама туша начала медленно и комично заваливаться вперед, а мелкие чудища перестали с него падать.

После всё закончилось достаточно быстро. Я, полностью приняв ситуацию, просто сидел и смотрел сквозь пальцы, как три девушки добивали остатки мелких троллей, или кто бы там они ни были. Снайперша же надела очки, откинулась на спинку кресла и закинула в рот новую жвачку. Вскоре пулемет умолк, а Анна, молча подняв пистолеты с огромными магазинами в воздух, посмотрела на меня осуждающе. Она пихнула локтем монахиню, которая тяжело дышала за ее спиной.

– Ты? Ты всё еще здесь! Поразительно, – сказала тяжелым голосом монахиня, выглянув из-за спины «школьницы».

Монашеское платье на ней было разорвано в нескольких местах, а изо рта всё еще текла слюна. Зрачки медленно трансформировались в человеческие. Она утерлась рукавом и начала медленно оседать на пол. Тогда девушка в костюме школьницы из прошлого с излишне коротким платьем ловко подхватила ее и отвернулась, а самурайша, которую звали Эми, с хлопком возникла прямо передо мною.

– Так, значит, ты умер. Вот везет, – сказала она, сверкнув адским пламенем глаз, и схватила меня за грудки. После я услышал хлопок, и свет погас.

***Отрывочное

воспоминание в бреду***

Глаза открылись как-то неохотно, будто я их больше никогда не должен был открыть. Вокруг было темно, но мерно, с нарастающим гудением, по кругу ездил какой-то луч света. Девушки, которых я принял за галлюцинации, сидели на каком-то подобии лавки и смотрели на меня. Вид они имели крайне потрепанный.

– Может, просто добьем беднягу? – сказала одна из них.

– Нет, как можно! Это не по-божески! – отозвалась другая.

– Ага, нам потом еще и кладовку изнутри драить, – скривилась третья.

– Так он не умер? Бедняга… – опустила глаза к полу четвертая.

– Значит, нужно показать его графу! – одновременно выпалила вся четверка, а я окончательно отключился. Пока глаза закрывались, я успел заметить подожженный кем-то троллейбус.

***Слова автора***

Песня под которую идет битва в троллейбусе: PVRIS – Dead Weight

Сила не всегда равна проклятию, но, будучи прoклятым силой, ты, увы, уже ничего не сможешь с этим поделать. (с) Одна демоническая сущность, не пожелавшая быть названной.

***

Я открыл глаза и тут же смачно блеванул куда-то вниз. Меня знатно мутило, будто подхватил ротовирусную инфекцию и уже скоро пропишусь в туалете на пару дней. Осмотревшись, я понял, что лежу на деревянной лавке в какой-то кладовке, куда через небольшое окно проникает тусклый свет. Вокруг была развешана куча вещей и навалены в кучи предметы, более походящие сейчас на мусор.

Я протяжно простонал, и тут же по стенам кладовки пробежал луч света, будто бы вмонтированный внутрь. Задержавшись напротив моего лица, он метнулся к деревянной двери на входе и исчез. Через некоторое время из-под потолка послышался звук.

– Ты в порядке? Как себя чувствуешь? – глубокий мужской голос было приятно слушать.

– Кто вы? И где вообще я? – на этих словах меня снова дико затошнило, но каким-то чудом я смог сдержаться и привстал с лавки, тут же послышался шелест камеры, которая повернулась на меня из-под потолка.

– О, да, конечно, я забыл представиться! Забываю тут о манерах, живя с этими… Граф Романоф, надеюсь, приятно познакомиться, а тебя как зовут?

– Я, я… – попытался вспомнить, как меня зовут, но всё прошлое будто заволокло пеленой. Сейчас легко можно было воскресить в памяти разве что произошедшее в троллейбусе.

– А, амнезия. Частое явление при первом вхождении. Ну что ж, это всё поправится. Со временем. Что помнишь?

– Ну троллейбус, и четыре девушки стреляли в каких-то тварей, а потом – в эту громадину…

– Значит, всё в порядке. Память на месте осталась. Остальное не важно, не хочу слышать об их похождениях еще от тебя. Входи в зал, там тебя все уже ждут.

На этих его словах огромная деревянная дверь отворилась, и из-за нее выбился луч света. Немного помедлив и скосившись на свою блевоту в углу, я всё же решил принять предложение, ведь, по сути, выбор был не так уж велик.