Чтение онлайн

[…] интерпретировать событие не могу. Вероятно, замеченный с "Ямахи" "Молот" все же нанес удар по сектору…

[…] Остаюсь в точке пеленга, тону, на SOS ответа не получаю…

[…] Пожар в отсеке распределения защит энергоблока локализовать не могу… Экипаж в спецкостюмах, пораженных паразитной перегрузкой на финише людей спасти не могу… Атмосфера крейсера к моменту сейчас, 4.23 – 20.3.534, полностью утрачена…

– Старайся не делать резких движений, вирус, – сказал Нурминен. – Я восхищен идеей проникновения, хотя и не понимаю. Как ты мог получить мою матрицу… Понял. Странная планета. Не двигайся.

– Не буду, – кротко сказал двойник. – Я и не собирался развлекаться, заставляя мисс Ларкин играть в угадайку. Меня зовут Миротворец. Я предпочитаю именно это название. Я не человек. Я не Эйно Нурминен, хотя когда-то я и был им. Я – НК, господа.

– Ну, свершилось, – произнесла Хелен Джей, как будто бы с искренним удовлетворением. Она выпросталась наконец из-под щупалец Нурминена, оглядела его и предложила:

– Эйно, прими ты облик…

хотя бы полугуманоидный. Или защитить меня ты можешь только доведя до инфаркта? Я ненавижу медуз.

Нурминен промолчал. Ларкин поводила руками, поднимая с пола развалившееся кресло.

– Привычка сидеть, – объяснила она. – Итак, господин Миротворец, вы пришли поговорить. А вы достаточно легитимны и высокопоставленны?

– Вне всяких сомнений. Мы никогда не позволили бы себе неуважение к вам, мисс Ларкин.

– Что ж, говори. Прошу прощения, что я на "ты", но я так привыкла, обращаясь к моему заместителю… вы похожи немного.

– У меня есть некое впечатление, мисс Ларкин, – произнес Миротворец. – Не откажетесь ли вы, если я его вербализую, дать к нему комментарий?

Очень довольная Хелен Джей кивнула.

– Вы изначально были уверены, что мы выйдем на контакт лично с вами, ведь так?

– Да.

– Это не комментарий.

– А это не вербализация впечатления. Это вопрос, – очевидный, грубый и прямой. Но да бог с тобой, Миротворец… Действительно, когда я поняла – недавно сравнительно – что мне не позволят добраться до вас самой, и, скорее всего, убьют, – я стала думать. Редкое со мной происшествие… – Хелен Джей усмехнулась. – Посчитала свои очки: как полководец я уже не могла изобрести ничего, приказ сверху – и я мятежник, вплоть до высшей меры невзирая на прошлые заслуги, да еще и деток своих подвожу под монастырь… Как политик – я уже не могла состояться и помочь сама себе, опоздала, а как частное лицо, партизан – глупо и бессильно… Что оставалось мне, Миротворец? И тогда вдруг пришло: а почему бы не взглянуть на ситуацию глазами женщины, внелогично? Чего я – я, дама средних лет – добиваюсь? Чего хочу – на самом деле? И оказалось: я хочу, чтобы все было хорошо, и с каждым днем все лучше и лучше. Чеканная формулировка, к сожалению не моя. Чтобы все были живы. К сожалению, женская аргументация не действует даже на меня саму. И Чандрагупта мне с ужасом и говорит, в ответ на мой лепет: "Опомнитесь, – говорит, – Хелен! Мир несовершенен по определению! Несовершенство мира – двигает прогресс вперед, одновременно являясь и стабильностью всего сущего!" Он как-то красивее сказал, но вы понимаете, я солдат, а не политик. У меня все в трезвых эмоциях… И дальше: "Как вы можете даже подумать, чтобы нарушить эту стабильность и остановить этот прогресс! Люди, нелюди, – граждане Галактики, – население всех трехсот двадцати двух миров испытывают – вот прямо сейчас – максимум счастья, но только в условиях существующего положения вещей, необъемлемой частью которого является некое напряжение мира у вас на Западе!" Полсотни фраз о моей личной крутости и гигантскости моего личного вклада… "в здание миропорядка", он сказал. "И все социологические опросы, точечные тесты – это подтверждают: нельзя ничего менять! Опомнитесь, – говорит. – Никому ваша контратака не нужна, ни нам, ни им!"

– Проговорился… Но он прав, Хелен Джей, – сказал Миротворец.

– Может быть. Но расскажите это людям с тех шести планет, которые вы кавитировали в начале войны. Почти миллиард человек. Уже семи планет – считая Кавказ-2. И, если я ничего не путаю, население Странной приговорено также, а уж оно-то и вовсе не при чем, насколько я понимаю.

– Со Странной произошло несчастье. Провокация, мы не сумели ее пресечь, – Миротворец развел руками. Он все-таки был ужасно похож на Нурминена. – У нас тоже есть свои Хелен Джей Ларкин.

– Рада была бы сделать знакомство, хотя и не понимаю, как они, преследуя те же цели что и я, то есть пытаясь остановить войну, могли подставить двести миллионов человек под излучатель деструктора. Я уповаю только на Бояринова сейчас… Словом, – рассказывайте все, Миротворец. Торговаться будем позже. Слава богу, вы не сможете мне сейчас, в нашем киберспейсе, солгать.

– Мы давно с вами в контакте, – произнес Миротворец. – Мы помогали вам. Мы, черт побери, только ведь и делали, что помогали… Слушайте. Мы попали на Землю триста лет назад – в самый разгар экспансии. В большой степени, это была случайность – что одна из спаек оказалась рядом с Солнцем. Нам и в голову не пришло, что мы можем наткнуться на людей, и только еще одной случайностью объясняется сохранение инкогнито: наш разведчик вперся в Солнечную Систему на всех парах, вы нас просто случайно не заметили.

– В голову не пришло? Вы все-таки гуманоиды?

– Стопроцентные.

– Продолжайте.

– Разведчик определил координаты столичной, как нам показалось сначала, планеты и мы стали искать спайки соответствующей ориентации. Несколько лет мы наблюдали – уже используя все средства камуфляжа, доступные нам. Затем мы посчитали возможность контакта желательной, еще несколько лет готовили его и, наконец, одновременно вышли на правительства Объединенной Европы, Азии и обоих Америк… И поняли, что великолепная по задумке земная цивилизация катастрофически быстро прекращает свое существование. И виноваты были только вы сами.

То, что происходило на Земле в десятых годах двадцать первого века, кроме как жизнью большой семьи в детской колыбельке назвать нельзя. Она была уделана, эта колыбель, какашками и пописьками до краев, младенцу нужно было срочно вылезать в космос, чтобы не захлебнуться! Слушайте! – Хронически возрождающаяся

в кредит, но, по обыкновению, Великая, Россия, перегрызшаяся со всеми, с кем только можно, кроме разве что австралийцев, высасывала из недр остатки жидкой и газообразной валюты. Америка, терзаемая вечным комплексом неполноценности, невменяемая на почве защиты гражданских прав и свобод, линчевала белых гетеросексуальных мужчин, обладающих хорошим образованием, и изо всех сил тщилась быть мировым арбитром, ментором, санитаром, радетелем и все остальное сразу, заклинала остальную планету своей Декларацией Независимости, словно шаман богов камлалом, или что там у него… Африка, не устающая выяснять, у какого племени кожа синее и губы больше, а также кто вклал наибольший вклад в святое дело развития человечества в каменном веке, – с применением озер напалма, стай "акул" и антикварных "команчей", – основным предметом экспорта из Вьетнама и Афганистана… Не менее Великий, чем Россия, Китай, методом международной продразверстки пытался гуманитарно накормить полуторамиллиардное население, почти поголовно занятое давно убыточным воспроизведением всяким образом и всякого рода украденную у других продукцию… Обе Кореи, вцепившиеся в пятом году друг дружке с голодухи в глотки, и обе сладострастно подыхающие с тихим сытым урчанием… Объединенная Европа, с ее вдруг развившимся, словно рак, внутренним противостоянием итальянцев французам – почему?! – на почве сексуальной крутости! – и их подзуживали обидным гоготанием шведы; Европа, в ужасе закрывшая все границы с необъединившимися в нее соседями, и общающаяся с миром только через своих представителей в НАТО и ООН… Серьезно обнищавшая Япония более-менее сохранила лицо посредством невыношения сора из чайного домика при тотальной маскировке его вишневым и сакуровым цветом, но остолбенело взирающая на веселый бардак, стоящий на все четыре от нее стороны света… Ближний Восток, с изумлением вдруг осознавший, что в праведной резне во имя Аллаха, как-то стало очень голодно и безлюдно, а патриотов-террористов с внушающим опасение постоянством уничтожают, не вступая в переговоры и не считаясь больше с жертвами среди заложников… Гордый Израиль, затюканный соседями, да и изнутри – тоже затюканный, вот уж воистину, горе от ума, большое горе от большого ума… Спокойнее всех жила далекая Австралия, чемпион начала века по количеству иммигрантов, нельзя же считать зачастившие с приходом третьего тысячелетия стихийные бедствия беспокойством, подобным очередному правительственному кризису в Армении или задержке выплаты заработной платы на заводах ПЕПСИ-КОЛЫ в Индии, поскольку произведенная продукция вдруг была национализирована коммунистическим правительством по причине защиты отечественного производителя… Южная Америка, на просторах которой, очищенных от неудобной сельвы, сплошь произрастали вполне легальным образом кока и мак, разорвавшая дипломатические отношения с Северным Великим Соседом, непрерывно подсыпала Соседу в сено толченое стекло и подкладывала шестерни в гамбургеры. Внезапно Куба объявила себя нейтральной страной, открыла границы, побраталась со Швейцарией и открыла в восьмидесяти милях от пляжей США свои – тоже неплохие. Еще снежные люди в Гималаях жили относительно спокойно, поскольку альпинисты заезжали к ним лишь посезонно, да нарочно заблудившиеся полярники в Антарктике, которым, кроме льда, спичек и спирта делить было нечего… Земля сходила с ума, перенаселенная, бедно-богатая, то умная, то ни в какую… – планета устала, вот что я вам скажу, и планета породила гения. Кто такой был этот ваш Кумок, и был ли он… однажды ночью, с помощью гениальной вирусной программы, самой по себе привлекшей внимание, он сажает на все существующие порно-сайты Интернета техническое описание пространственного процессора и сингулярного питателя для него. И тот и другой прибор удивительно просты в изготовлении, дешевы и невероятно демократичны… Словом, ну что я вам буду пересказывать историю вашей же планеты… К середине 21 века сорок процентов населения Земли ее покинуло – с огромным облегчением, безвизно и много чего с собой увезя. Правительства в панике. Анархия! Гибель цивилизации! Связи с улетевшими нет, возвращаются немногие, у кого вдруг кончилось в полете спиртное, например, как у группы "Фэндом"… И тут появились мы.

Это мы дали вам дальнюю связь. Мы помогли вам с объединением. СМГ состоялось только при нашей поддержке – у нас был опыт, и наша экспансия происходило нормально. Мы были осторожны и ненавязчивы – все у нас – у вас – получилось. Меньше чем за век цивилизация Земли превратилась в цивилизацию галактическую. Нас не в чем обвинить, мы вели себя предельно корректно, не протестовали, например, против вашего чудовищного расоформирования в промышленных целях…

– Спасибо.

– Не смейтесь.

– А почему – тайна?

– Обоюдная заинтересованность. У вас, у людей, гипертрофированная гордость, чуть ли не патология. Суверенность превыше всего! Я имею в виду людей – не политиков. У политиков ваших все с гордостью в порядке – она отсутствует. У нас – были свои резоны.

– Ну хорошо. А зачем была нужна война?

– Исторически сложилось так, что Запад Галактики был заселен весьма одиозными социальными группами из первой волны. Они называли себя Гонимые, Готовые Вернуться – как они только себя не называли. Я бы объединил их одним словом – наци. И Запад очень резко протестовал против объединения. Фашисты, например, отвергли даже подаренную им дальнюю связь. Попытки переговоров в лучшем случае кончались ничем. В лучшем случае, Хелен Джей! Запад вечно оставался бы источником беспокойства и нестабильности. Никто не мог гарантировать, что через какое-то время наци не соскучатся по распространению человеческого счастья, так, как они его понимают, вовне. Центрами смутных колоний Запада и были те шесть планет.