18+
Шрифт:
— В общем, мой тебе совет, Мэри, — Тири уселась на своей кровати и серьёзным взглядом вгляделась в моё лицо, — не прыгай в его койку по первому зову. И по второму не прыгай. Такие, как он, не подходят таким девочкам, как ты. Он тебе всю жизнь испортит.
Серьёзность, с которой Тири говорила, заставила меня заволноваться. Появилось ощущение, что девушка знает нечто важное, но почему-то не говорит. И стало немного обидно. Не знаю почему, я просто почувствовала это. Возможно, из-за того, что соседка допускает мысль, будто я поддамся пикаперским приёмам засранца…
Я
ГЛАВА 4
Тири встала на ноги и подошла к зеркалу, которое украшало дверцу небольшого шкафа.
Наша комнатка была совсем маленькой, но мне нравилась. Она была такой же атмосферной, как и весь университет. Рабочий стол у окна, его я обычно игнорировала, предпочитая мягкую одноместную кровать. Напротив моего ложа — кровать соседки. У входа — двустворчатый шкаф слева, справа — дверь в ванную.
Тири учится на третьем курсе. Её предыдущая соседка в прошлом году закончила университет. Насколько я поняла, девушки не были дружны, хотя с Ильясом и всей остальной компанией Тири познакомила именно Ребека. Что случилось между ними потом — не спрашивала.
— Значит так, — соседка поправляла в зеркале макияж, — раз не хочешь устраивать вечеринку, то хотя бы просто пойдём со мной к Ильясу.
— Нет! — испуганно перебила, выпрямившись на кровати и чуть не уронив с колен и так на ладан дышащий ноутбук.
Тири оторвалась от своего занятия и слегка повернула голову ко мне.
— Не волнуйся, Мэрик. У Романова свои вечеринки. Он устраивает их в своём доме только для избранных. А на тусовках Ильяса редкий гость. Не заходит чаще раза в месяц, а на прошлой неделе уже являлся. Так что в субботу точно будет заливать в любимых дружков дорогущий вискарь из коллекции своего папочки.
— Но…
Я попыталась возразить, но подруга меня перебила:
— Не обсуждается, Мэри! Этот день ты должна запомнить.
Закрыв косметичку, Тири убрала её обратно в шкаф и повернулась ко мне, ослепив торжественной улыбкой.
Девушка была настроена более чем решительно, и я поняла, что проще согласиться на меньшее из зол…
— Ладно, — пробубнила, уставившись в ноутбук, — пойдём к Ильясу.
***
— Здравствуй, пап.
Я пришла домой…
В этой квартире на территории посольства мы с отцом прожили больше семи лет. Она стала для меня уютным гнёздышком, где можно отдохнуть, помечтать, посмеяться и поплакать… Но не это важно. Я всегда чувствую себя дома рядом с отцом.
— Привет, Маша.
Папа поприветствовал меня как всегда, сухо поцеловав в лоб. Раньше мне казалось, что этот его поцелуй какой-то отчуждённый, неродной… Потом привыкла, а когда стала старше, поняла, что всё дело в маме. Точнее, в том, что я — её полная копия.
После маминой смерти отцу было тяжело каждый день смотреть на меня, как на постоянное напоминание о любимой супруге. Наверняка, десять лет назад, приветствуя меня подобным образом, он делал усилие над собой… А теперь просто вошло в привычку, став традицией.
Я
— С Днём рождения.
Отец достал из шкафа в прихожей большой пакет, внутри которого лежала коробка.
Я улыбнулась, зная, что внутри. В конце концов, я ведь сама сказала отцу, что мне подарить.
— Спасибо, пап, это…
Но, достав коробку из пакета, я замолчала. Я не поверила глазам.
— Apple? Я же… Я просила что-то недорогое … Это же… Макбук… Боже…
Я вертела коробку в руках, словно это хрупкий хрусталь, боясь даже открывать. Это ведь мечта любого адекватного человека! Я теперь смогу не просто спокойно работать, да я вообще всё что угодно смогу!
На глаза навернулись слёзы…
— Это же очень дорого…
— И что? — отец пожал плечами, улыбаясь. — Ты же знаешь, что мне хорошо платят. Мы с тобой в прошлом году квартиру в Москве купили.
Это правда. Отец предложил, и я согласилась. Мне не нравится Швеция, и я действительно думаю, что вернусь на родину после учёбы. Да и в любом случае, недвижимость в Москве — залог счастливого будущего. А сейчас мы её сдаём, что, к слову, тоже приносит очень неплохой доход. Учитывая, что ту квартиру, в которой жили до переезда сюда, мы тоже сдаём, нас с отцом вполне можно назвать состоятельными… Но самостоятельно оплачивать обучение в Стокгольмском университете даже с этим уровнем доходов мы всё равно не смогли бы. Потому что «состоятельный» в России совсем не означает «состоятельный» в Швеции. Блядская Европа….
— Кроме того, моя дочь достойна только самого лучшего. На что ещё мне деньги тратить?
Я пожала плечами, шмыгнув растрогавшимся носом.
— На ещё одну квартиру?
Отец легко засмеялся грудным смехом, который я так нечасто слышу.
— Пойдём. Расскажешь мне об учёбе.
— О-о-о, пап! — я плюхнулась на стул в кухне, удобно разместив локти на обеденном столе. — Я могу говорить об этом часами.
— Так в чём проблема, я никуда не спешу.
Я широко и искренне улыбнулась. Похоже, папа решил устроить мне настоящий праздник. Он-то точно знает, как долго я могу болтать о том, что мне на самом деле интересно.
— Я обожаю английскую литературу. Мистер Митчел лучший! Ты вот знал, что Шекспир изобрёл слово blushing? (*пер. застенчивый — примечание автора). Он постоянно рассказывает нам что-то интересное!
— Кто, Шекспир? — наигранно удивился отец.
Я закатила глаза.
— Очень смешно.
Отец снова засмеялся, второй раз за день балуя мой слух этим звуком. А я не выдержала и тоже захохотала. Просто атмосфера была такой замечательной, что хотелось улыбаться. Как же хорошо дома!
Папа резко прекратил смеяться и с лёгкой улыбкой стал всматриваться в моё лицо, и я уже понимала этот взгляд — отец снова думает о маме. Я вмиг стала серьёзной, позволяя тому предаваться воспоминаниям. Так всегда бывает. Папа смотрит на меня, а видит маму. Потом он подолгу молчит, а я терпеливо жду. Но сегодня что-то пошло не так…