Чтение онлайн

Ее волосы рассыпались по моей груди, скрывая ее лицо. Они завивались невероятными волнами и отливали золотисто-серебряным сиянием. Такой цвет вообще существует в природе?

Как она здесь оказалась? И почему кажется знакомой?

Мы провели вместе ночь, а я не помню… Такого не может быть.

Не может! В груди шевельнулось странное предчувствие, и я потянулся к ее волосам. Может, если увижу ее лицо, то все вспомню.

Вспомню, кто она такая и как я привел ее сюда.

На самом деле, я просто

хотел снова к ней прикоснуться. До зуда в пальцах и лихорадочной дрожи во всем теле.

Я снова положил руку на ее спину, распластав ладонь между изящных выпирающих лопаток. Припечатал ее к себе, боясь отпустить.

Она вздрогнула, часто-часто задышала мне в шею и повела ногой по моим бедрам. Мучительно медленно вверх, нежно и сладко. До пылающей агонии.

Задела и так стоящий колом член, и я вздрогнул, зашипев сквозь зубы. В паху скопилось такое давление, что еще немного, и член просто взорвется. Всего лишь от ее сонного неосторожного движения.

Я вжал пальцы в ее спину, боясь отпустить. Наверное, это ее разбудило. Она уперлась рукой – крошечной ладошкой – мне в грудь и слегка приподнялась.

Волосы упали на ее лицо, скрывая черты. Только голубые глаза горели так ярко, словно это были звезды. Не знаю, когда я успел стать чертовым романтиком, но она казалась мне волшебной. Сказочной.

Сон! Она только что мне снилась. Пальцы дрожали, когда я протянул руку, чтобы убрать сияющие от солнца локоны.

Она удивленно округлила губы, и в животе взорвалась боль, когда я представил их на своей коже, скользящими по груди, животу и еще ниже…

Она вздрогнула, поднимаясь еще выше, по-кошачьи выгибая изящную спину.

Я быстро откинул ее волосы назад, жадно запуская в них пальцы.

Она была похожа… черт, я даже не знаю! Ангел. Фарфоровая кукла? Девушка из повестей Тургенева?

Какая-то абсолютно нереальная. Сказочная. Преступно белокожая. К ней было страшно прикасаться. И в то же время эгоистично хотелось ее замарать своей грязью, чтобы не могла от меня отмыться. Аккуратный, другого слова я не находил, рот. Невинный, но такой искушающий. Задорно вздернутый нос, который ужасно хотелось поцеловать.

Мы смотрели друг на друга, может, минуту. Не больше. Но время растянулось до бесконечности. В окно просачивалось холодное ноябрьское солнце. Оно рассыпалось на ее коже бликами, высвечивало тонкие белоснежные волоски на ее руках, и казалось, что ее кожа осыпана золотом. Золотом были обведены и глаза. Рыжеватые пушистые ресницы вокруг голубых глаз – убийственное сочетание.

Я протянул руку, чтобы коснуться ее губ, но она дернулась, отстраняясь, и села.

Я опустил взгляд вниз.

Черт! Твою ж мать!

У нее была просто потрясающая грудь. Совсем небольшая – словно две капельки. Такая манящая. С маленькими торчащими сосками.

Я

даже облизнулся от желания зажать губами и провести языком.

Она поняла, куда я смотрю. Нахмурилась и резко наклонился голову. Шумно выдохнула и схватила покрывало.

Ее пальцы накрыли мой член, сжали и слегка потянули. У меня потемнело перед глазами. Бедра рванулись за ее пальцами. Я отчаянно пытался вбиться в ее руку. Она поняла и тут же отдернула руку, покрываясь алым румянцем.

Больше я выдержать не мог. Она сдернула покрывало, пытаясь прикрыться, а мне снесло крышу.

От одного ее прикосновения через несколько слоев ткани, я кончил. Не смог сдержать предательского стона. Как чертов подросток – прямо в штаны.

Но плевать. По всему телу прошлась сокрушительная судорога. Волна, смывающая все и оставляющая после себя лишь развалины.

По мне прошелся тайфун. Испарина выступила по всему телу. Перед глазами стало темно. В ушах зашумела кровь.

Несколько долгих мгновений мне казалось, что меня просто разорвет на части. Я стиснул зубы, корчась так, что рвало жилы. И все у нее на глазах.

Давно не было так стыдно. И одновременно хорошо.

Я с трудом сфокусировал взгляд. Она смотрела на меня с удивлением. Даже испугом.

Ладно, теперь я знаю, что значит захотеть провалиться от стыда под землю. Если бы мог, я бы сам сиганул в пропасть.

Она успела закутаться в наше покрывало, оставив неприкрытой только голову.

А потом вдруг вытянула вперед руку и неверяще посмотрела на нее. Перевела взгляд на меня, словно сомневаясь в чем-то, и снова посмотрела на пальцы.

От каждого движения головы, ее волосы дрожали, как морские волны. В них путались лучи солнца, жадно целовали пряди.

С трудом управляя ватным телом я сел, но она снова отодвинулась. Приоткрыла губы, толкая меня в черный омут грязных мыслей. Собиралась что-то сказать?

Сердце замерло от ожидания. Я хотел услышать ее голос. Чтобы она произнесла хоть что-то. Произнесла мое имя!

Но вместо этого в квартире что-то грохнуло, и послышался возмущенный возглас:

— Ди-и-има-а-а-а! Ты где?! Боже, ну и лабиринты… Пусто-то как… Дома нет, что ли? Разувайся скорее, а я пойду поищу его. – И еще громче: – Ди-и-ма-а-а-а-а!

Господи, да весь дом услышал уже!

Я подорвался с матраса и бросился в ванную.

Но тут же остановился и приказал своему ожившему сновидению:

— Не вздумай уйти!

Я быстро переоделся, торопясь так, что напялил рубашку наизнанку. А, плевать.

Главное, опередить мать. Если она сюда ворвется, то устроит разборки, которые я вряд ли вывезу. Она обязательно захочет узнать, с кем я провел ночь и какие у нас отношения. А я даже имени своего воплотившегося в реальность сновидения не знаю.