Чтение онлайн

"В камере было не так уж и плохо" - мелькнула мысль, но меня уже вытаскивали наверх, при этом ругаясь уж совсем нехорошими словами. Я скромно молчала. Удивительно, как за две с небольшим недели можно было выучить такое количество новых матерных и не очень слов. По-моему столько ругательств не знает даже Гоцик - парень из нашего подъезда, играющий роль авторитетной шпаны.

Вдруг парень резко замолчал и попытался запихнуть меня обратно в тоннель. Но тут во мне проснулась клаустрофобия, и я наотрез отказалась залазить в довольно узкий и грязный лаз. Брюнет с секунду поразмышлял и вручил мне в руки кинжал, на лезвии

которого четко выделялись ярко-синие прожилки. Из-за того, что в комнате, в которой мы находились, царил полумрак, переплетение синего на лезвии стало еще ярче. Я зависла, рассматривая странный светящийся коле - режущий предмет.

– Не высовывайся, - безо всякой надежды попросил принц и аккуратно задвинул меня к себе за спину.

В дверь постучали. Хорошо так постучали. По звукам и эффекту - бревном как минимум. Я крепче сжала рукоять кинжала и едва успела отвернуться, как окно разлетелось на части. В него тут же начали залазить люди в черной одежде, сильно смахивающей на униформу ниндзя. Спустя еще одно мгновение на пол рухнула тяжелая деревянная дверь. В комнате стало очень тесно и людно.

– Вы обвиня...
– вперед вышел один из "людей в черном", но договорить фразу он не успел. К нему подошел какой-то человек, одетый в серое, и зашептал что-то на ухо.

– Кхм... К королю их, - почти истерически взвизгнул мужчина, и нас оперативно затолкали в портал.

Аластар

Мы выпали прямо посреди обеденного зала, красиво вписавшись между жареным поросенком и гусем с яблоками. Интересно, почему гусь должен быть именно с яблоками? Я с любопытством посмотрел на птицу и пропустил тот момент, когда меня вместе с Витткой вытащили из салата и крепко прижали к груди. Хотя нет, мамин крик "Аластарчик" я все-таки помню.

Я криво улыбнулся и малодушно попытался залезть под стол. Но родительская любовь оказалась сильнее, о чем я сильно пожалел. Мысленно, естественно. Отец сочувственно покачал головой. Попадись я к нему первому - не обошлось бы без хорошей порки, но реакция королевы, видимо полностью компенсировала любое наказание. Раймон предпочел смыться под шумок, утащив с собой полузадушенную Витту.

Всегда невозмутимый Микаель подмигнул и я с великим подозрением уставился на него. Неужели перемещение сюда, стражники, тюрьма, тайный ход... неужели все это его рук дело? Он лишь загадочно улыбнулся и слегка склонил голову набок.

Можешь не говорить мне спасибо. Ведь иначе внуков мама потребовала бы от меня - мелодичный голос брата, который не скрывал удовлетворения от полученного результата, раздался у меня в голове.

М-да. Вот и верь после этого в братскую любовь.

Витта

Утро наступило внезапно. Я просто открыла глаза и с удивлением обнаружила, что лежу на кровати в абсолютно незнакомой комнате. Само собой разумеется, что это меня ни капли не обрадовало, но дверь оказалась закрытой, а на окне красовалась массивная решетка. Я села в кровати и постаралась понять, где же я все-таки нахожусь.

Последнее, что я вчера помню, - это крепкие объятия Лики. Дальше - туман. Неужели, меня похитили, и сейчас вся

королевская семья во главе с Аластаром рвет на себе волосы и разыскивает меня по замку? Эта мысль мне настолько понравилась, что представить в красках расстроенного принца, беспорядочно мечущегося по замку, не составило труда.

Но мои мечты так и остались мечтами. Минут через пять в дверь постучали и в комнату внесли манекен, одетый в традиционный цыганский наряд. На тумбочку рядом с кроватью положили бархатную коробочку и, не говоря ни слова, удалились.

Я только ошарашено похлопала глазами, рассматривая необычный наряд. Насколько я знаю, здесь такого не носят. Руки сами потянулись к бархатной коробочке. И через мгновение я могла лицезреть массивные золотые серьги, щедро украшенные рубинами. Мозг отказался переваривать эту информацию, а я бросила взгляд на свое отражение в большом зеркале. Серьги выпали из рук.

Следующие два часа я прочно засела в ванной, приводя себя в порядок после вчерашнего ползанья по земляным тоннелям и сиденья на колючих клумбах. Уж не знаю, как меня вообще под таким слоем грязи вообще смогли узнать. Я покосилась на одежду и покачала головой. Грязь и пыль намертво въелись в ткань, так что путь моей одежке был только один: в утиль.

Душераздирающе вздохнув (жаль, нет публики), я надела халат, и закрутила на голое некое подобие тюрбана. Теперь отражение не напоминало о бурном вчерашнем дне, а скромно показывало меня в слишком большом халате. Я повертелась перед зеркалом и решив что сходство с человеком я все-таки обрела, примерила широкую цыганскую юбку. Убедившись, что она села хорошо, я надела блузу и со скептисом осмотрела себя. Одежка сидела идеально, как будто шили специально для меня, вот только все это казалось немного неуместным из-за моих светлых волос и бледной кожи. Ведь цыганки позагорелей меня будут, да и цвет волос у них потемнее...

Мои раздумья прервал еще один стук в дверь.

– Виточка, как я рада тебя видеть, - пропела Лика, обнимая меня. Я неловко обняла ее в ответ и улыбнулась.

– Я вижу, ты уже примерила свадебное платье, - королева покрутила меня вокруг оси.

– Свадебное?
– широко раскрыв глаза, прошептала я.

– Конечно. Аластар говорил, что в вашем мире это традиционный наряд невесты, - пожала плечами женщина. Я скрипнула зубами, мечтая о мести, но тут ко мне пробилась одна-единственная мысль: свадебного платья без свадьбы не бывает.

– Какая свадьба?
– искренне удивилась я.

– Ваша с Аластарчиком, - мечтательно улыбнулась королева.

– Но... но...
– я потеряла дар речи. Почему-то вспомнился бал и то, как на нем объявили о нашей помолвке с принцем. Значит, это все было не игрой? Лика, заметив мое ошалелое от таких перспектив лицо, протянула мне небольшой пузырек со словами:

– Не больше гло...
– я одним махом осушила бутылочку, не слушая слов женщины. Жидкость была густая, терпкая, с легким привкусом винограда. Мне даже на мгновение стало жаль, что пузырек оказался таким маленьким, но уже через мгновение в теле появилась приятная слабость, комната закружилась, а мысли стали похожи на воздушные облака. Я попробовала ухватиться хоть за одно из них, но лишь потеряла равновесие и упала на пол. Пушистым барашиком проскакала мысль: "кажется, меня споили", но я уже падала в объятия Морфея.