Чтение онлайн

По моей задумке, волосы должны были очень красиво рассыпаться по плечам.

Сработало!

Он сглотнул и ответил:

— Потому что Бенжамин будет солировать в шоу, а это страшный секрет, — бармен допил мой виски, и я подала ему еще и колы.

А, ну да, старший брат с приветом и младший не отстает.

Почему бы Его Высочеству не любить переодеваться в женщину и не танцевать?

— А откуда вы узнали моё имя? — спросил Джонни после того, как допил.

— У такого красивого мужчины, может быть только такое красивое имя, —

наклонилась я к нему, и бармен подлил себе виски прямо в мой стакан.

А хорошо быть барменом.

Ты вроде бы и на работе, а вроде бы и не совсем.

А еще лучше быть поваром, никогда не будешь голодным.

А совсем уж хорошо, если ты, к примеру, известная певица.

Менеджеры суетятся вокруг тебя, подают дорогие конфеты и эксклюзивные напитки. Толпы поклонников преследуют тебя, и папарацци не упускают шанса запечатлеть без одежды.

Самые красивые мужчины у твоих ног, а журналисты бьются за то, чтобы взять у тебя интервью.

— Мисс Уитлок! — стоит передо мной коленопреклонённый Кларксон. — Я не ел уже пять дней, я дежурил у вашей двери, умоляю, ответьте всего на один вопрос!

— Валяй, — с королевским видом дозволяю я.

— Какого чёрта вы делаете в баре? — я испуганно вскочила со стула.

Уф, показалось.

Села на место.

Какого чёрта он так нахально врывается в мои мечты?

В этот момент на опустевшую сцену направили прожектор, и под весёлую, жизнеутверждающую мелодию, «я буду жить», кажется, вышли нарядно одетые танцовщицы.

Танцовщики.

Танцующие, одетые в умопомрачительные платья, с перьями на голове, усыпанные стразами и украшенные ярким макияжем.

Мужчины.

— Очуметь, — громко сказала Энн, а я добавила:

— Пошли к ним! — я встала с высокого стула. — Покажем им, как правильно крутить попами.

Мы достигли сцены и восхищенно замерли.

Какая красота!

Всё блестит, перья колышутся, каблуки цокают, а танцовщицы изгибаются.

Интересно, где тут Бенжамин?

Под таким слоем грима и не увидать.

Наша знакомая, которой я не так давно поправляла грудь, заметила нас, подошла и втащила на сцену.

И тут пошло веселье.

Видно нас было не очень, потому что мы мало того что были в черном, мы были всем примерно по пояс. И поэтому нам прямо в танце одолжили головные уборы с перьями и подтолкнули вперед.

Перья тянули голову назад, в глазах рябило, но зато грудь была впереди и попы наши раскачивались совсем уж красиво, синхронно с колышущимися перьями.

— А теперь уходи! Закрой за собой дверь! — громко кричала я.

Я прямо видела, как закрываю эту самую дверь перед носом Брайана.

— Разворачивайся, потому что тебя здесь больше не рады видеть! — и я так вот пальчиком упираюсь в грудь изменщика.

— Это же ведь ты пытался сделать мне больно прощанием! — не пытался, я по-тихому улетела с планеты и запретила папе говорить, где я.

— Ты думал, я рассыплюсь? Думал, я лягу и помру? — лечь — это не для меня,

а вот любовника давно пора завести, фантазии уже жить мешают.

— Нет-нет, я буду жить! — громко запели мы все вместе.

— Пока я помню, как любить, я буду жить! — я уже и не помню.

— У меня вся жизнь впереди! — ага, и триста золотых практически в кармане!

— Мне нужно отдать столько любви! — конечно, хватит на всех желающих и даже больше.

Это была феерия, настоящий, самый всамделишный девичник!

Ох, как же я танцевала, как я пела!

Я была Звездой!

Я представляла себя на сцене, будто бы тысячи восторженных глаз следят за каждым моим движением, люди, то есть не просто люди, а преданные фанаты, не могут усидеть на месте, так я завожу толпу.

Все встают, начинают танцевать вместе со мной и выкрикивают моё имя:

— Джин-джер! Джин-джер! Джин-джер!

И я выхожу на бис.

— Это новая королева сцены, — ведет Кларксон репортаж. — Не было в истории Силиона более яркого таланта! — не было, конечно, никаких сомнений.

— Мисс Уитлок! — ох уж мне эти журналисты.

— Ну чего тебе, болезный? — останавливаюсь я и спрашиваю через плечо.

А на плече у меня.

Что у меня на плече?

Меховая накидка у меня на плече и бриллианты, да!

Я вся в бриллиантах!

— А ну марш домой, чудовище! — музыка выключилась, и я испуганно сжалась.

Перья, кажется, тоже в страхе немного опали.

Всё нормально, опять показалось.

Но что-то как-то это уже не смешно.

Кларксон умудряется портить мне отдых даже на расстоянии.

— Пошли выпьем, Киска, — пробасила та самая танцовщица, и я очень обрадовалась этому предложению.

Все пошли в бар, пили виски, пили много и не только виски. Джонни улыбался где-то рядышком, Энн пела на сцене. Она отобрала у музыканта микрофон и устроила сольный концерт. Ей аплодировали. Танцовщицы расселись за столики и умиленно смотрели на неё.

А я сидела с Жасмин, это так звали мою новую подругу. Она меня целовала, мы с ней были в полном восторге друг от друга.

— Нет, Киска, — говорила она мне, — разве можно было из-за одного говнюка так расстраиваться?! — и она снова поцеловала меня в щеку.

Я расплылась в глупой улыбке.

Жасмин была такой классной и душевной, что я почти сразу рассказала ей о Брайане.

— Да, — согласилась я, — это я не права была, — Джонни активно закивал.

— А вот, у нас есть отличный кандидат, — и Жасмин показала мне на бармена.

Я вздохнула.

— Тут такое дело, — я снова вздохнула и прошептала ей на ушко, — я завтра замуж выхожу.

— Так это же прекрасно! — обрадовалась она. — Джонни, наливай!

Я сидела, нет, я лежала на руках у Жасмин, она меня нежно так поглаживала по голове и что-то приговаривала. Что-то про то, какая же я маленькая и как она хочет такую сестренку. Я млела, рядом прошли несколько высоких красоток, они кого-то несли.