Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Они ведут разведку наиболее уязвимых мест на границе. Ты думаешь, они до самой границы мчатся на машине? Ничего подобного. Они останавливаются в укрытии на таком расстоянии, чтобы русские пограничники не слышали гула мотора, а затем пешком, а то и по-пластунски пробираются к самой границе. Вот это, я понимаю, чистая работенка!

Ганс — препротивная на вид образина, считал себя мечтателем, едва ли не философом, и без конца приставал к Курту со своими путаными словоизлияниями. Курт знал — это один из методов агентов гестапо — втравить человека в разговор, поспорить с ним, умело и вовремя подбрасывая порой криминальные фразы, и таким путем выведать его мысли.

— Как

ты думаешь, мы победим? — начинал он с самого каверзного вопроса.

— Я уверен в этом точно так же, как и ты, — не давал себя подцепить на крючок Курт.

А самому хотелось оказать: «Ты, дегенерат, полистай страницы истории — все войны начинались вторжением в Россию, военными успехами на первых порах и барабанным боем. А домой нападавшие возвращались, отчетливо ощущая крепкие пинки на своих истощавших в окопах задах».

— Да, мы несомненно победим, — надоедливо крутил свою шарманку Кригер. — К тому же русские падут жертвой своего фанатического миролюбия. Голубь не остановит танка! Но ты должен помнить, что завоевать Россию — значит завоевать не только территорию, но и сердца людей. А потому — каждому ампулу с нашими идеями, каждому — вспрыскивание, и пусть они впитываются в кровь. Только тогда Россию можно будет считать покоренной. Иначе будет лишь страх, рабское повиновение, и только. А рабы любят бунтовать.

— Обуздаем, — усмехнулся Курт.

— Мы правильно делаем, что учим воевать с пеленок, — самодовольно изрекал Ганс. — Для русского война всегда неожиданность. Пуля уже просвистела у него над ухом, а он еще только ищет винтовку.

— Тем хуже для него, — поддакивал Курт, не ввязываясь в дискуссию. — Боюсь только, что иным твердолобым одной ампулы будет недостаточно.

— Ампул у нас хватит! Из «Майн кампф» мы сделаем библию для всего человечества. Для низших рас — выдержки основных идей, духовный концентрат. Цитатник на все случаи жизни.

Ганса мог заставить умолкнуть лишь полковой трубач.

Суббота двадцать первого июня тоже как будто ничем особенным и примечательным среди других суббот не выделялась. Подъем был сыгран, как обычно. Завтрак, рацион которого, как утверждали, был составлен самим фельдмаршалом Вальтером фон Браухичем после консультации с двумя тысячами специалистов: двести граммов чистого ржавого хлеба, кофе, двадцать восемь граммов сливочного масла. В другие дни недели масло чаще всего заменяла джемом. Затем занятия во взводах по расписанию и самое приятное — плотный обед, опять же по рациону фельдмаршала: двести граммов хлеба, пол-литра супа, сто семьдесят граммов мяса, четырнадцать граммов жиров, восемьсот граммов картофеля и овощей.

После обеда объявили соревнования между взводами в исполнении песен; лучший взвод получал бочку свежайшего пива. Солдаты рьяно маршировали по плацу, и почти каждый взвод пел одно и то же:

Мы двинемся дальше в поход, Пусть все разлетится вдребезги! Сегодня мы владеем Германией, Завтра нашим будет весь мир!

Взводу саперов бочка пива не досталась — он был признан едва ли не последним, особенно по строевой подготовке. Курт не горевал — он и песню-то пел, едва открывая рот, и то, чтобы не вызвать излишнего внимания к себе.

Лишь вечером произошло необычное: Шпицгена, как и других командиров рот, вызвали в штаб полка. По твердо заведенному правилу командир полка проводил совещания только днем, вечерами офицеры, свободные от службы, пировали в казино. И Курт понял, что это неспроста.

Он не ошибся. Командир полка

пригласил всех ротных к себе в кабинет. Несмотря на душный вечер, окна в кабинете были наглухо закрыты. Да и сам командир полка говорил вполголоса, словно опасался, что его могут подслушать советские пограничники. Каждый командир роты получил большой пакет коричневого цвета.

— Все подразделения немедленно принести в боевую готовность, — еще тише, но с предельной выразительностью приказал командир полка, нервно поправляя сползавшее с острого носа пенсне. — Выдвинуться вплотную к границе на исходный рубеж. Пакеты вскрыть ровно в ноль-ноль часов на своих командных пунктах.

Едва командиры рот вернулись из штаба полка, как была объявлена боевая тревога. Полк погрузился на машины. С погашенными фарами машины одна за другой исчезали за поворотом лесной дороги.

— Какого дьявола они опять придумали учения именно в субботу, — ворчал Ганс. — Завтра ко мне обещала прийти мировая полька.

Ганс, как всегда, бахвалился — никакой знакомой польки у него не было, да и вряд ли какая-либо девушка могла бы увлечься этим звероподобным рыжим малым с пятнистым от темных въедливых веснушек, отталкивающим лицом.

В полночь рота была выстроена у кромки уже совсем погрузившегося в темноту леса. Накрапывал дождь. Солдаты стояли, позевывая: снова учебная задача, снова тащиться через какое-нибудь вонючее болото, специально выисканное на карте кретином-штабистом, чтобы снова и снова физически и духовно закалять солдат тысячелетнего рейха. Снова палить в пустоту холостыми патронами, окапываться до одури саперными лопатками и ждать, когда наконец на дороге покажется дымок полевой кухни и котелки наполнятся гороховой кашей со шпигом.

Однако Курт по необычному, торжественному и в то же время нервозному виду Шпицгена понял, что речь пойдет о более серьезном, чем очередные учения.

Он снова оказался прав. Командир роты резким движением тонких изнеженных пальцев надорвал извлеченный из полевой сумки конверт, как бы подчеркивая, что все, о чем он сейчас прочитает, не подлежит ни обсуждению, ни тем более изменению.

Он начал читать — хрипловато, отрывисто, стараясь придать особую значимость каждому слову, и Курт увидел, как сразу же стали собраннее до этого мешковатые, стоявшие в полудреме солдаты, как вытянулись и посуровели их лица. Война еще не началась, над лесами стояла гнетущая тишина, а каждый из солдат будто бы уже ощутил горячую вспышку выстрела. Каждый понял, что через три с половиной часа он переступит ту грань, за которой уже не будет соревнований на лучшую песню с надеждой заполучить на взвод бочку отменного пива, а будет совсем новая жизнь, в которой не в мыслях, не где-то в отдалении, а за собственным воротом притаится смерть.

Шпицген продолжал читать, называя точный маршрут, боевую задачу, а Курт, как, видимо, и остальные солдаты, все еще никак не мог поверить, что речь идет уже не об очередных учениях, а о настоящей войне, которая разразится в воскресенье.

Он сразу же подумал о пограничниках советской заставы, которая угадывалась там, за близкой рекой. Знают ли они, что эта ночь — последняя мирная ночь в их жизни? Что всем им — и тем, кто спит, и тем, кто притаился в нарядах у линии границы, — всем им предстоит всего лишь через три с половиной часа выдержать удар едва ли не целого полка? И, наконец, знает ли о том, что именно сегодня начнется война. Тимофей Лукьянов, который еще там, в осеннем лесу под Немчиновкой, не сомневался, что Гитлер нападет. Где ты сейчас, Тимоша, догадываешься ли ты, что по всей границе сейчас — от моря до моря — миллионы немецких солдат слушают один и тот же приказ?

Поделиться:
Популярные книги

Проблема человека в западной философии

Коллектив авторов
Научно-образовательная:
философия
5.00
рейтинг книги
Проблема человека в западной философии

Во власти любви

Вон Эмилия
Любовные романы:
5.00
рейтинг книги
Во власти любви

«Муромцы» в бою. Подвиги русских авиаторов

Никольский Михаил
Великая забытая война
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
«Муромцы» в бою. Подвиги русских авиаторов

Сборник статей и интервью 2009г (v1.4)

Кагарлицкий Борис Юльевич
Научно-образовательная:
политика
5.00
рейтинг книги
Сборник статей и интервью 2009г (v1.4)

Годы огневые

Кожевников Вадим Михайлович
Документальная литература:
биографии и мемуары
публицистика
5.00
рейтинг книги
Годы огневые

Газлайтер. Том 16

Володин Григорий Григорьевич
16. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
аниме
6.50
рейтинг книги
Газлайтер. Том 16

Газлайтер. Том 20

Володин Григорий Григорьевич
20. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
аниме
попаданцы
5.80
рейтинг книги
Газлайтер. Том 20

Психология национальной нетерпимости

Чернявская Юлия
Религия и эзотерика:
самосовершенствование
5.00
рейтинг книги
Психология национальной нетерпимости

Беседы

Русанов А. В.
Религия и эзотерика:
эзотерика
5.00
рейтинг книги
Беседы

Сыновья

Бредель Вилли
5.00
рейтинг книги
Сыновья

И.Бабель. Воспоминания современников

Паустовский Константин Георгиевич
Документальная литература:
биографии и мемуары
5.00
рейтинг книги
И.Бабель. Воспоминания современников

Кодекс Охотника. Книга XV

Винокуров Юрий
15. Кодекс Охотника
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XV

Французская новелла XX века. 1900–1939

Пруст Марсель
Проза:
классическая проза
6.25
рейтинг книги
Французская новелла XX века. 1900–1939

Геном: автобиография вида в 23 главах

Ридли Мэтт
Научно-образовательная:
биология
4.25
рейтинг книги
Геном: автобиография вида в 23 главах