Звездный всадник

========== Пролог. ==========

Центральный Сектор, звездное пространство Динар, станция Динар-3

Экипаж «Шер Танели» не спускал глаз с внешних экранов. Все семьдесят два человека с небритыми и недовольными лицами наблюдали за разговором своего капитана с командиром динарского спецназа. Всем без исключения хотелось как можно быстрее покинуть эту станцию. «Станцию мертвецов», как уже окрестили они между собой Динар-3.

Грузовой транспорт «Шер Танели»

пристыковался два часа назад. То, что на станции не все в порядке, они знали сразу. Поскольку на сигналы приближающегося корабля не ответили ни диспетчерская, ни портовая службы. Тогда решили, что из строя вышла главная антенна.

Такое иногда случается с малобюджетными станциями. Транзитных рейсов мало, а значит, доходов почти нет. Бюджет станции рассчитан только на проживание. Вот и экономит персонал на плановых ремонтах. А антенна, это не система воздухоочистки. За пару часов ее ремонта никто не умрет.

По инструкции, в этом случае, «Шер Танели» должен был развернуться и направиться к следующему пункту назначения, попутно дав кодовый сигнал на станцию «Центральный». Вот только каждый пилот знает, что инструкции пишутся в светлых кабинетах. Чьи обитатели даже представить себе не могут, что значит в космосе лишний глоток воздуха или воды. Кто никогда не ждал помощи среди звезд, и не наблюдал за тем, как уровень СО плавно переползает в красный сектор.

Поэтому, не получив ответа, капитан грузовика не раздумывая направился к шлюзу. Дав на приемный модуль код аварийной стыковки, (слава богу, не в первый раз тут) «Шер Танели» беспрепятственно вошел в грузовой док.

– Совсем оборзели дикари, даже не встречают, - фыркнул капитан.

Дикарями пилоты называли всех постоянных обитателей космических станций. За полгода проживания тут любой превращался в гибрид отшельника и пещерного человека. Плохо мытый, плохо бритый, в рабочей робе и с неизменным набором автоматических ключей на поясе.

– Может у них карантин? – вставил связист, рассматривая док через внешние камеры.

– Если у них карантин, могли бы, хоть робота пустить.

Док был подозрительно тих. Не включились разгрузочные краны, не засветились огоньки переходных шлюзов, даже экран внутренней связи висел «в режиме ожидания».

– А ну-ка, Лас, переключи антенну на звуковой диапазон, - велел капитан.

В таком режиме импульсная антенна ИП-связи начинала работать как мощнейший рупор.

– Эй, трюмные крысы, транспорт встречайте! – разнесся по станции громовой рев. Если не в рубке, то в диспетчерской точно уши заткнули.

Прибытие грузового транспорта на станцию – это всегда местный праздник. Ведь корабль привозит не только еду, воду и кислород. С кем-нибудь из экипажа родственники могут передать посылку. А кроме стандартного набора продуктов, прописанного в реестре, у экипажа всегда можно купить свежемороженое мясо или рыбу, а еще сладости, и прочие приятные мелочи. Но самое главное, у капитана всегда можно разжиться

бутылочкой контрабандного спиртного, с маркировкой «химические реактивы»…

Прошло десять минут, но ничего так и не изменилось.

– Они что, вымерли там?

– Похоже, здесь действительно что-то случилось, - вздохнул капитан. – Надо пойти посмотреть.

При этих словах начальник ремонтного отдела, уютно устроившийся в кресле второго пилота, болезненно поморщился.

– Слушай, кэп, может, просто свалим отсюда? Шут их знает, что у них там стряслось.

– Рад бы, да без команды из рубки мы все равно не взлетим. Пошли трех человек в диспетчерскую. Пусть глянут.

– В биозащите? А если у дикарей крышу снесло? Легкий скафандр вещь хрупкая, разорвут же.

Капитан еще раз посмотрел на пустующий док.

– Пусть автономки оденут.

Автономный скафандр предназначен для наружных ремонтных работ. Его ресурс позволяет комфортабельно находиться в космосе до двенадцати часов. Помимо запасов воздуха там присутствует дренажная система и минимальный объем воды и пищи. Но самое главное его достоинство в том, что одевается он с помощью автоматов. Это полностью исключает контакт человека с наружной поверхностью скафандра. А значит и со всем тем, что можно на нем принести.

Все, кто был в рубке «Шер Танели» с интересом смотрели на обзорные экраны. На одном из них шла картинка наружной камеры, на трех других – изображение со встроенных камер скафандров. Трое ремонтников шагали по металлическому полу ангара как инопланетные чудовища. В динамиках корабля раздавался свист сервоприводов, да тяжелое дыхание. Все-таки автономки весили немало и не были рассчитаны не гравитацию.

Ремонтники подошли к переходному шлюзу. На панели приветливо мигал зеленый огонек.

– Шлюз не заблокирован, это уже неплохо, - прокомментировал капитан.

Трое вошли вовнутрь, и пропали с внешних камер корабля. Двухминутная дезобработка показалось вечностью. Но вот дверь открылась, и они шагнули на станцию. Коридор был пуст.

– Давай, Бозо, ты в диспетчерскую, - просипел голос из динамиков, - А мы к докерам.

– Не разделяться, - рявкнул капитан в микрофон. – Все трое в диспетчерскую.

– Ладно… Идем…

Опять натужный свист сервоприводов.

– Ой, покончают они мне сервы, - сокрушенно вздохнул механик. – На что я их ремонтировать буду.

– Твою…за ногу! – громкий крик из динамиков заставил капитана подскочить в кресле.

Диспетчерская была видна на экранах с трех ракурсов. И везде одно и то же.

– Тут вся дежурная смена, - сообщил ремонтник. – Они мертвы! Все!

– И не только тут! Сюда гляньте!
– тот, кого назвали Бозо, смотрел на монитор внутренней связи. Даже экраны «Шер Танели» позволяли рассмотреть, что там видна часть столовой. Где вповалку на столах лежали люди.

– Никаких следов. Похоже, они так и не поняли, что случилось.